Tienes mi palabra. Даю слово.

      После разговора с Абуэлой, мы стали решать, где я буду спать, в итоге меня подселили в комнату к Мирабель. Она помогла мне разложить вещи, и мы спустились обратно в гостиную. — Быстро вы. — на нас посмотрел Бруно, у которого на плече сидела крыса. — мы же вдвоем раскладывали всё. — сказала Мирабель и положила руку мне на плечо. — Да нам не составило труда, быстро всё сделать. — подтвердила я слова Мирабель. — мне надо всё сказать родителям, что я остаюсь в Энканто. — я перевела взгляд на Абуэлу, посмотрев на меня, она подошла и взяла меня под руку. — Мы скоро придём, — улыбнувшись, мы пошли ко мне.

Пока Викториа и Абуэлы не было.

Долорес подошла к Камило, лежавшему на диване, который перебирал низ пончо. — Что с тобой происходит ты какой-то странный, — она села ему в ноги — В смысле, ты о чём? — он приподнялся на предплечья. — Пока мы завтракали, ты всё время смотрел на Викториа. — девушка улыбнулась брату. — Долорес… — Что бы это ни было я никому не скажу, — Долорес подняла руки перед собой и скрестила пальцы, — просто хочу помочь тебе. — просто смотрел, а нельзя что ли? И не нужна мне никакая помощь, — Камило нахмурился. — Она тебе нравиться, да? — Камило развернулся в её сторону и посмотрел сестре в глаза. — Нет Долорес, отстань! — парень обратно плюхнулся на диван. — Боже как это милооо! — девушка встала с дивана и покружилась вокруг себя. -Долорес, да с чего ты взяла, не нравиться она мне! — Камило злобно посмотрел на сестру… — Знаешь, если бы ты не смотрел на неё, никто бы так не начал думать. — Долорес скрестила пере собой руки и ухмыльнулась. — Мда… — парень закрыл глаза. — Вы будете такой красивой парой! — девушка не слушала брата и завизжала на всю гостиную. — Долорес! — парень одернул сестру за руку, недовольно посмотрев. — ничего не будет, сколько раз тебе ещё повторить… она мне не нравиться, мы просто друзья. — Камило иди помоги маму успокоить, — в разговор вмешался Феликс, — она сильно нервничает за Викториа… — Хорошо сейчас пап, — Камило поднялся с дивана и направился в комнату матери.       Долорес проводила брата взглядом, а потом как ни в чём не бывало пошла к кузинам, которые все это время болтали с Джульеттой и Агустином.       Тем временем Абуэла и Викториа дошли до дома, от куда сразу вышла её мама и снова напустилась на дочь. — Викториа, ты где была, опять шлялась с этим стру… — женщина остановилась, когда увидела перед собой Абуэлу. — Прошу прощения, вы к нам? — мама посмотрела на неё и смягчилась. — Да я к вам, — ответила Абуэла, — я бы хотела поговорить о вашей дочери. — она перевела взгляд не меня, а потом снова на маму. — На счет чего вы хотите говорить, — сказала мама, жестом, приглашая её войти.       Мы прошли в дом. Мама села на кресло, а Абуэла не садилась, видимо не хотела долго задерживаться. — Я вас слушаю, — закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, произнесла мама. — Мама я хочу остаться в Энканто, и семья Абуэлы разрешила жить у них, — я старалась сдерживать свой страх перед матерью и тоже скрестила руки на груди, готовясь защищаться. — Что?! Ты с ума сошла? Виктория, я сказала это не обсуждается! — мама встала с кресла и уже хотела подойти ко мне, но Абуэла её остановила. — Позвольте я скажу, — она вытянула перед собой ладонь, как бы останавливая мою мать, — раньше я тоже не воспринимала своих детей и внуков, думала, что они взрослые и должны быть лучше всех, и даже не замечала, как им плохо и что они не справляются сами с собой. После того как моя семья чуть не развалилась, по моей вине, я стала смотреть на них как на детей, которым нужна поддержка, это укрепило нашу семью. И сейчас, когда вы давите на Викториа повторяете мою ошибку, если вам чем-то не понравилось Энканто, то уезжайте, но, если ваша дочь чувствует себя отлично, прибывая здесь, позвольте ей остаться.       Этот разговор казался мне очень странным, ведь Абуэла никак не могла повлиять на нашу семью и в какой-то степени не имела права — это делать, но с другой стороны, мама внимательно слушала её. Абуэла не настаивала, а лишь давала совет. — … — мама молчала, а папа стоял возле неё и с смотрел на Абуэлу, будто что-то вспоминая. — Хорошо, если ты так хочешь остаться здесь, оставайся, но мы с твоим отцом уезжаем. — она обратилась ко мне. — Спасибо мам. — я кивнула в знак благодарности, раньше, я бы ринулась её обнять, но сейчас во мне играла обида. — Спасибо вам, — мама холодно посмотрела на Абуэлу и кивнула. — Мы позаботимся о вашей дочери, не сомневайтесь, — Абуэла тоже ей кивнула. — Викториа, ты хорошо подумала, — спросил папа и грустно на меня взглянул. — Да пап, так будет лучше, — я подошла к нему и крепко обняла, он ни в чём не виноват. — Хорошо, я буду писать тебе, — он чмокнул меня в лоб и выпустил из объятий. — Викториа, я не хочу, чтоб ты чувствовала себя не нужной, — мама подошла ко мне в плотную и взяла моё лицо в ладони, — я не понимала, как тебе плохо, а теперь поняла, что здесь ты нашла себя и желаю тебе лучшего, только будь осторожна и слушайся… эм, — она посмотрела на Абуэлу. — Мадригаль. — ответила ей Абуэла. — Слушайся их, я люблю тебя. — когда мама говорила эти слова я не чувствовала что она говорит это искренне, и отвернулась от неё. — хорошо — тихо сказала я и холодно взглянула на мать. — Мы вылетаем через два часа и чтоб добраться до аэропорта, надо выйти сейчас. — отец взглянул на часы. — Хорошо. — отойдя от мамы, я направилась к выходу, чтоб уйти.       Родители проводили нас взглядом, но я, не обернувшись, направилась вместе с Абуэлой обратно домой. С этого дня началась моя новая жизнь.