Хранитель Ключей

Горечь разочарования оказалась сильной эмоцией, но усталость на этот раз взяла верх и Северин заснул. Этот сон приходил к нему и раньше, но каждый раз Северин просыпался, так и не увидев его полностью. Он снова был в отчем доме, совсем маленький мальчик. Он сидел за столом, на очень неудобном для него большом стуле с кривыми ножками и ел уже давно остывший суп. Мать и отец, по обыкновению, ругались. — Ты не принесла в этот дом ничего, кроме нищеты! — закричал Андреас. — А её у меня и без тебя предостаточно! — Я отдала тебе жизнь и любовь. Я родила тебе сына, — ответила стройная, светловолосая женщина среднего роста. Северин, в очередной раз постарался рассмотреть лицо матери, но всё расплывалось у него перед глазами, стоило только посмотреть в её сторону. — Твои богатства! Богатства твоего рода! — кричал Андреас. — Ты могла бы взять с собой хоть что-то! — Нет, не могла. Таков закон моего мира, и ты знаешь это, — спокойно ответила она. Северин, находившийся в теле маленького мальчика, положил на стол ложку. Он уже давно забыл о супе. Но, как и прежде, он мог лишь наблюдать. — Береги нашего сына, однажды он принесёт тебе богатства. — Что ты… Северин безмолвно наблюдал, как его мать выбежала из кухни… Они тогда ели только на кухне, вспомнил вдруг он — на освещение столовой требовалось слишком много свечей, а для большого камина там — слишком много дров. — Вернись, полоумная!!! — закричал Андреас и тоже выбежал из кухни. Про Северина все забыли. Он осторожно сполз с громоздкого, шатающегося стула и пошёл к двери. Когда родители ругались, они неизменно отправлялись на берег моря — туда бежала мать, а за ней следом отец. Северину было страшно и он беззвучно плакал. Громко плакать было нельзя — тогда схлопочешь от отца и будет очень больно, а мама начнёт защищать и больно будет и ей. Горячие слёзы катились по щекам. Северин несколько раз упал, запутавшись в ногах, но, миновав огромный для маленького ребёнка холл, сумел добраться до входной двери, которую отец оставил распахнутой настежь. Он выбежал. Голоса родителей слышались издалека, но из-за шума волн он не мог разобрать слов. Вот сейчас! Сейчас надо проснуться и всё закончится! Но Северин не проснулся, на этот раз он хотел досмотреть сон до конца. Он побежал, ориентируясь на звуки голосов, сердитого и громкого — отца, спокойного и печального — матери. Северин ещё несколько раз упал, порвал свои старые, штопанные штанишки и в кровь разбил обе коленки и локти. Ему было страшно, хоть он и не смог бы объяснить, почему. Родители часто ссорились и скандалили, но он точно знал, что именно эта ссора закончится чем-то страшным. — Остановись, окаянная дура!!! — закричал Андреас. И Северин вспомнил, именно после той ночи он начал называть отца просто по имени. — Нет, — спокойно ответила мать, и взрослый Северин в теле маленького мальчика, услышал обречённость в её голосе. — Не в этот раз. — Мама! Мамочка! — крикнул Северин, именно это кричал он в ту ночь, когда добежал до полосы прибоя. Он добежал. Отец, поражённый и напуганный, стоял на берегу, а мама… шла навстречу волнам, которые уже промочили подол её длинного платья. Море слегка штормило, и оно набегало волнами на каменный берег, плюясь пеной и водорослями. Луна вышла из-за облаков. Северин не мог сдвинуться с места. — Мама! — крикнул он снова. И увидел первое в своей жизни волшебство. Его мама вдруг вся засветилась серебряным ярким светом, который будто шёл от её бледной кожи. — Остановись, дура! — закричал отец, но, как и Северин, не сдвинулся с места. — Я хочу… вернуться домой, — громко сказала мать. Свет, исходивший от неё, стал нестерпимо ярким, и Северин зажмурил глаза. И свет исчез. Исчезла и его мама. Остались лишь белоснежные хлопья морской пены на вершинах сердитых тёмных волн. — Где моя мама? — спросил маленький Северин. Взрослый Северин, заключённый в его тело, слышал свой собственный голос будто со стороны. — Где моя мама? — снова спросил он, и потом, немного помолчав, добавил. — Андреас… И, конечно же, получил оплеуху от отца. — Вернись домой! — прорычал отец. Он бросился в волны. — Эмфитри!!! Поскользнулся на мокрых прибрежных камнях и нахлебался морской воды. — Береги нашего сына! — Северин услышал голос матери в шуме морских волн, но не увидел её нигде поблизости. Всё вокруг погрузилось в темноту и звуки смолкли.