Русская рулетка

      Меня разбудили очень рано сегодня, что было очень странно. Обычно, я вставал со всеми по одному времени, а сейчас, Оливер, полностью бодрый сообщил мне, что Вагнер ждёт меня в своем кабинете для разговора.       Направляясь в его кабинет, я раздумывал о том, что произошло пару дней назад. Я, наконец-то, смог узнать кем являюсь и…всё. Буквально всё. Олдрик даже не удосужился спросить о том, как идёт расследование. Это слишком странно. Ещё этот ранний подъем. Все нежатся в своих кроватях, а я в сопровождении Оливера направляюсь к командиру. Здесь что-то не так.       Подходя к той самой злосчастной двери, я постучал в нее, покосившись на Оливера. Тот лишь пожал плечами. — Входи, Немо, — за дверью раздался его грубый голос. Я сразу же вошёл, оставляя товарища за дверью. — Присаживайся, не стой столбом. — Вагнер указал на стул, с мягким сиденьем и спинкой красного цвета. Я послушно сел, выжидающе смотря в его глаза, надеясь найти в них ответы, на все мои вопросы. — Помнишь наш с тобой последний разговор? Как я тебе сказал, кто ты на самом деле? — я положительно кивнул, не решаясь говорить. Он продолжил. — Я не мог подставлять себя и свой отряд, а также генерала. Мне пришлось передать всё в штаб.       От этих слов, ком в моем горле стал гораздо больше и начал душить. Меня бросило в холодный пот и, смотря на Вагнера круглыми глазами, я потянулся рукой к горлу, считая, что это поможет мне снова нормально дышать. Про меня доложили…в той анкете написано, что я приговорен к расстрелу…зачем я бежал. — И…что Вам ответили из него? — я всё-таки смог найти в себе силы спросить. — Завтра, рано утром, тебя увезут и без любого суда расстреляют. Извини, Вальтер. — он отвёл взгляд. Было видно, что он чувствовал себя виноватым передо мной. Но если ему самому неприятно такое решение, так для чего он доложил все генералу? Я облокотился на стол, закрывая лицо рукой, нервно хохотнув. Это тупик. Всё, конец истории. — Погодите, а расследование с убийством? — я тут же вспыхнул, поднимая голову на мужчину. Возможно, это мой единственный шанс на спасение — Увы, это уже не твоя забота, — он мотнул головой. Да, быстро же рухнула моя надежда… Видимо, мне пора смириться и принять этот факт. Я ведь знал, на что иду, когда бежал…а сейчас, чуть ли не распускаю нюни, пытаясь схватиться за последние руки помощи, которые удачно меня отвергают. — Можешь идти, сегодня твой последний день в казарме.       Медленно кивая, я потупил пару секунд в пол, а после встал и быстро ретировался из кабинета.       Не находя Оливера в коридоре, я решил для себя, что он ушел в свою излюбленную библиотеку, выполнять приказ Вагнера, а иначе что ему остаётся делать так рано утром?       Спускаясь вниз по лестнице, меня очень волновал вопрос, как он объяснит всем в отряде о моей пропаже? Хотя, очень странный вопрос. Он так и скажет, что я являлся дезертиром и был приговорен к смертной казни. Логично? Вполне.       Только повернувшись в сторону, я зацепился взглядом за дверь в подвал, на которой отсутствовала цепь и замок… Оливер там? Что ему там то нужно?       Борясь со своим интересом, я считал, что мне не стоит туда спускаться ибо это не мое дело, но все-таки интерес был сильнее и я тихо открывая решетку, стараясь не шуметь, я спустился в подвал. Выглядывая из-за угла, я не обнаружил Оливера, но… Это что, Яков? Что он тут забыл? Я конечно помню про его бессонницу и ночные похождения и то, как он прожигает меня взглядом со своей кровати, но это уже что-то новенькое. Откуда у него доступ сюда? — Немо, я чувствую твой взгляд, перестань пялиться на меня, — спокойно уведомил светловолосый, оборачиваясь и снимая с лица свою маску, убирая ее в карман, уставившись прямо на меня, со своим недовольным взглядом. — Что ты здесь делаешь? — я вышел и выпрямился в полный рост, скрещивая руки на груди, глядя на товарища. — Тоже самое я могу спросить и у тебя, Немо. Что ты здесь делаешь? — он ухмыльнулся, прожигал меня своим насмешливым взглядом, проходя к столу, где, на мое удивление, не было ничего кроме небольшого чемоданчика, видимо, для чистки огнестрельного оружия. Иначе я не могу больше объяснить лежащие перед Яковом два револьвера. — Я был у Олдрика Вагнера, — всё-таки, врать ему прямо сейчас бессмысленно, он и так мог видеть меня с Оливером. Я прошел к большому деревянному столу, замечая стул напротив Якова. Давно ли он тут? Присаживаясь за него, я отметил для себя, что спать совершенно не хотелось и делать все равно нечего… — Я посижу с тобой, ты не против? — Что, у тебя есть план по тому, как избавиться от меня? — снова он со своими раздражающими подозрениями. Я уже совершенно устал ему доказывать, что не желаю зла. — Как хочешь, но не мешай мне.       Молча соглашаясь, я сжал ткань спальных штанов под столом, внимательно наблюдая, как Яков, поправляя свои перчатки окунает в растворитель щетку и умело чистит цилиндр, иногда разглядывая под единственной здесь лампочкой его блеск. Справился он с этой задачей за пару минут и взял в руки новую кисть, также купая в растворителе и прочищая сами отверстия для пуль. — Вагнер передал обо мне в штаб пару дней назад и вероятней всего, меня расстреляют, — я сухо улыбнулся, нервно постукивая пальцем по столу, наблюдая как Яков с помощью кисти, намоченной в растворителе, прочищает дуло своего револьвера. Он так сильно печется об их чистоте… — Это мой последний день в казарме, завтра утром меня увозят. — И ты, не хочешь туда ехать? — протянул Яков, не отрывая своих глаз от оружия. — Что ты хочешь от меня? — Я надеялся, что твой гениальный мозг придумает что-то, — я усмехнулся. На что я надеялся, доверившись ему? Правда какой-то поддержки с его стороны? Бред… — У меня есть один вариант, как оставить тебя здесь, но зависит от твоей удачи, Немо, — парень наконец поднял свои черные, как гагат, глаза. Меня пронзило дрожью от того, как он глядел на меня. — И какой… — неуверенно спросил я. — Давай сыграем в русскую рулетку.       Именно этих слов я и испугался. Вот и последняя надежда рухнула в моих глазах. И что мне сказать? Согласиться? И подписать себе смертельный приговор? Хотя он уже подписан для меня… Но только тот оттягивает мою кончину, а этот… Вот же черт.       Но если подумать, ведь они оба будут играть в это и…у Якова такие же равные шансы прострелить себе голову. То есть, он может «выиграть» и выйти из игры первым? А он что? Проиграть и умереть уже чуть позже? — Давай. — отрезал я, совершенно не понимая, для чего согласился? Возможно потому что лучше помереть на глазах Якова или увидеть его смерть? Я не знаю сам, но голову пробил адреналин и азарт, что согласиться сложно.       Светловолосый довольно улыбнулся, откладывая свой второй револьвер в сторону, беря из небольшой коробки одну из пуль, заряжая ею чистый револьвер, прокручивая барабан и кладя в середину стола. Я прикусил губы, смотря на металл оружия, который отражал от себя свет тусклой лампочки. — Ну что, Немо, или как тебя зовут на самом деле? Ты боишься начинать игру? — Яков склонил голову, внимательно смотря на мои дрожащие брови. — Нет, я не боюсь, — хватая револьвер со стола, я поднес его к своему виску, смотря прямо в глаза, спустил курок. Тишина…я остался живым. Откладывая оружие обратно дрожащей рукой, я громко сглотнул, а мой собеседник негромко хохотнул. — Скажи мне, как тебя зовут на самом деле? — он протянул руку к своей пушке, прокручивая барабан и прикладывая к виску, абсолютно безразлично смотря на меня. — Вальтер Майер, — честно признался ему я, смотря на его руки, которые совершенно не дрожали в отличии от моих. Ему что, совершенно не страшно умирать? Ненормальный… — М, понятно, Вальтер, — Яков кивнул, нажимая на курок. Барабан прокрутился, а выстрела не произошло. — Как жаль, я тоже проиграл, — он пожал плечами, возвращая оружие на середину. — И почему тебя везут на расстрел? — Я дезертир и таков мой приговор на той и этой стороне. — я облизнул сухие губы, отлично замечая, как он смотрит на них. Я смутился. — Все что узнал? — он кивнул на револьвер, я кивнул и взял его в руки, неуверенно прокручивая барабан, подставил к виску, прикрывая глаза, выстрелил. — Глаза открой, живой, — вновь этот безразличный голос Якова. Открывая глаза, вернул оружие на место, выдыхая. — Тебе так страшно умирать? Ты такой странный, господин Немо. Сбежал и сейчас сидишь дрожишь от страха продырявить себе самостоятельно голову. Лучше чтобы это сделал кто-то другой? — он улыбнулся, беря и прокручивая барабан, наставляя ствол на меня. Я даже не шелохнулся и смотрел четко ему в уставшие глаза, недобро улыбнувшись. — Сам то не боишься? — В отличие от тебя — нет. — так странно, а всегда заботился о своей жизни, подозревая всех вокруг, что те как-либо хотят избавиться от него, меня в первую очередь. Он вздохнул и вновь его очередь оказалась «проигрышной». — Давай, — темноглазый сразу передал револьвер мне и я прокрутил барабан подставляя к виску. — Немо, — он тут же остановил меня, я вопросительно глянул на него. — Прежде чем ты спустишь курок, ответь на один интересующий меня вопрос. — И что же это за вопрос? — я хмыкнул, прищурившись. — Почему ты так легко доверился мне во всем и рассказал, не побоявшись предательства с моей стороны? — этот вопрос заставил меня вновь задуматься. Я уже пытался найти ответ на этот вопрос для себя, но так и не смог. — Ведь с Элиасом твои отношения гораздо лучше чем со мной. Ты мог полностью довериться ему, а взял и рассказал мне. — Я. — отводя взгляд и опуская руку с оружием, мне пришлось вновь упасть в свои мысли. Может из-за того, что он тогда обнаружил меня ночью с дневником Вольфганга? Я мог просто сбежать, он бы не пристрелил меня, но я взял и без каких-либо сомнений доложил ему обо всем. — …не знаю, возможно, мой внутренний голос считал, что это будет правильным решением.        Я прикрыл глаза, сжимая револьвер Якова в своей руке, тяжело дыша. Я полный идиот, это факт.       Только собираясь вернуться к игре, я почувствовал на своей щеке прикосновение чужой руки в перчатке. Открывая глаза и наблюдая перед собой лицо Якова, которое находилось слишком близко, я вздрогнул. Он положил вторую руку на мою, держащую револьвер и аккуратно, что не свойственно ему, притянул меня к себе, завлекая в поцелуй.       Сердце странно кольнуло и я, пребывая в немом шоке несколько секунд, пялясь широко раскрытыми глазами на Якова не понимал, что ему в голову взбрендило. Но всё-таки ощущение чужих мягких губ на своих пьянило и я легко ответил ему на поцелуй. Сплетаясь с парнем языками, я совершенно не заметил, как он легко украл инициативу и нагло исследовал своим языком мой рот, проходясь им по зубам. Я пытался не отставать и тоже провел им по верхней небе.       Правда, поцелуй был не очень долгим, но каким-то желанным? Оторвавшись, я все также с недопониманием глядел на собеседника. — Барабан остановился на том отверстии с пулей, Немо, — спокойно объяснил ему Яков, как-то странно улыбнувшись. Эта ухмылка отображала настоящее ничего и его пустоту в душе. Почему он сломлен… Что такого произошло? Но, стоп. — Ты это услышал? — я не стал спрашивать про то, что только что было и напуганно глядел то на товарища, то на револьвер в моей руке. — Да, Немо, я это услышал. — он вздохнул. — У тебя нет шансов, по правилам, перекручивать нельзя. Либо ты стреляешь, либо… — Я понял, — прерывая его, строго отрезал я, приставляя ствол к виску, смотря прямо на Якова.       Я не торопился спускать курок, потому что его слова заставили меня поверить ему. И ведь логично, я прокрутил барабан держа сам револьвер рукояткой вверх. Пуля самая тяжелая и вполне могла остановиться у спускового крючка…       Прикрывая глаза, я вздохнул, расплываясь в улыбке и уверенно выстреливая.       Пуля насквозь пронзила его голову и выстрел раздался по всему подвалу, возможно заставляя Вагнера на втором этаже подпрыгнуть на стуле. Рука Немо ослабла и револьвер выпал из его рук, с грохотом падая на стол, вместе с ним. Кровь почти сразу же полилась из отверстия, которое оставила пуля, стекая вниз по столу и капая на бетонный пол, эхом отдаваясь по всей комнате.       Наблюдавший за всем этим Яков, лишь тяжело вздохнул, мотнув головой, рассматривая тушку человека, которого он смог полюбить, но до конца это отрицал. На мгновение закрывая глаза, пытаясь проиграть в голове весь момент, он взглянул на стену, которая, хоть и была далеко от них, но смогла измазаться в человеческой крови. Забирая револьвер из ослабленной руки Немо, светловолосый взял ещё одну пулю, заряжая ею барабан, но не прокручивая.       В его голове был такой исход событий, это был самый последний, в который он мог верить, но вопреки его страхам, это произошло. Стягивая свою перчатку с левой руки и откидывая ее в сторону, он легко сплел пальцы с, ещё теплой рукой Вальтера, подставляя дуло к виску. — Теперь то мы отправимся на поиски твоего потерянного «Я», — сухо бросил Яков, легко выстреливая себе в голову.       Выстрел также раздался громко, что правда заставило Вагнера вздрогнуть. Неживое тело упало рядом с другим на стол, пачкаясь в чужой крови и собственной. Теперь и его кровь смешалась с темной кровью Немо…