Лунное затмение

В тот весенний месяц лил дождь без остановки, словно небо плакало. Непогода разбушевалась ещё с конца зимы, посылая сильнейшие ветра, способные снести дома до основания. С начала весны же кроме дождя, гром и молния раз за разом обрушивались оглушающим гулом и вспышкой яркого света на земли государства. Создавалось ощущение, что боги за что-то наказывали людей, живущих в этих землях. Дома заливало так, что доски начинали гнить. Сырость пропитывала до костей. На улочках города редко можно было бы заметить хоть одного прохожего, а тем более торговцев из дальних земель. Люди начинали заболевать неизвестной хворью, а лекари не успевали добраться к ним на помощь через непроходимые лужи. Непогода делала всех горожан слабее и сокращала их число. Однако, ливни после засухи в весенние месяцы обычно несли за собой урожайные летние. Это было единственным, что не давало людям падать духом. Никто не мог ничего поделать с непогодой, потому что не было в руках как простых людей, так и государства, Наивысшей Силы. С рождением первого сына, который вскоре умер от неизвестной болезни, король потерял её. Он должен был зачать следующего наследника, чтобы эта Сила вернулась в его род, но долгие месяцы ничего не получалось. Только Наивысшая Сила позволила бы подчинить себе все стихии и саму мать природу, вернуть землям Корё спокойствие и стабильность. Ещё в феврале появились слухи, что у короля появится наследник. Никто не знал, кто зачал от него. Одно было точно известно, что это была не королева. Сама же Мать Страны была невероятно зла на весь мир и винила всех в том, что не смогла понести от своего супруга здорового сына. Чиновники, обладающие наименьшими способностями, чем королевская семья, готовили восстание против короля, при поддержке королевы, намереваясь его свергнуть. Король был слаб и бессилен, что позволило свергнуть его почти не замарав руки. Но тот самый дождь разрушил их коварные планы, заставляя попрятаться в норки, и не высовывать свои головы оттуда. Оставалось только ждать и надеяться, что боги смилуются и вернут покой. Семья Чон страдала в той же степени, как и все жители города. Глава семьи Чон ХёнДжон, был торговцем лечебных трав в лавке, что досталась ему от отца после смерти, и иногда мог помогать в лечении. Он был известным в городе человеком в городе и многие приходили к нему за помощью. Мужчина был необычным человеком. Он также обладал некой способностью, являющейся довольно редкой. Ходили слухи, что ребёнок с подобным талантом рождается раз в сто лет. Он всегда знал, что именно будет нужно заболевшему. ХёнДжон чувствовал, что именно болело у человека. Даже та болезнь, которая ему была незнакома, могла быть излечена правильным подбором трав. Он не знал, как мог определять это. Интуиция помогала ему во всём. Мужчина женился несколько лет назад на дочери одного из лекарей Ким Соре. Брак в его возрасте был достаточно ранним, но обе семьи его единогласно одобрили. Через год после свадьбы девушка родила своего первенца Сокджина. Молодая семья не могла нарадоваться сыну. Через год после, они снова ждали рождения ещё одного ребёнка. За несколько недель до той самой роковой ночи Сора тяжело заболела. ХёнДжон сразу понял в чём дело и всё то время поил её лечебными настоями, однако запасы трав иссякали. Он не имел возможности пополнить свои запасы из-за непогоды. За нужными требовалось переплыть реку, но плоты не ходили. Это мучило его. Он понимал, что его Сора может не выжить в это тяжёлое время. В ту ночь, казалось, что дождь усилился, а ветер стал ещё злее. Они били по крышам домов так, что находящиеся в одной комнате люди, едва слышали друг друга. Однако Чон ХёнДжон имел острый слух и смог уловить через сон, как кто-то стучит в его дверь. Он приподнялся на руках, едва приоткрыв глаза, чтобы сосредоточиться и понять, не приснилось ли ему это. Телодвижения мужчины разбудили и его жену.  — Что случилось, ХёнДЖон? — слабым голосом просила его Сора. — Почему ты проснулся? — Я слышу стук в дверь, и мне точно это не кажется. — ответил мужчина. — Я пойду проверю. А ты засыпай снова. — Ты же знаешь, что не смогу не ждать тебя. Как только ты вернёшься, мы снова уснём вместе. — в темноте улыбнулась девушка. Мужчина накинул на себя ханбок и вышел из спальни. Как только он оказался ближе к входной двери, стук усилился. Ему точно не показалось. ХёнДжон ускорился. Открыв дверь, мужчина тут же резко подпрыгнул от неожиданно громкого раската грома. За ним последовала яркая молния, озарившая не только небо, но и улицу. У входа в дом семьи Чон стояла полностью промокшая молодая девушка в зелёном плаще, покрывавшем голову. На вид ей было около восемнадцати. Она вся тряслась от холода, прижимая к груди небольшой свёрток. — Господин, пожалуйста, помогите… — прошептала девушка, тут же согнувшись от боли. Мужчина понял её только причитав слова по губам. Звуков слышно не было совершенно. Слова ему не были нужно и для того, чтобы понять, что беспокоит девушку. Она была беременна. В эту ночь ей предстояло родить. Вероятно, она знала, кто сможет ей помочь, и сама бесстрашно направилась в путь в эту ужаснейшую погоду. ХёнДжон тут же пропустил девушку внутрь. Он понимал, что ей срочно нужно согреться. Она могла серьёзно заболеть после такой прогулки и не перенести родов. Молодой травник тут же дал девушке полотенца, чтобы та могла обтереться и просохнуть, направившись готовить согревающий и снимающий боль при схватках отвар. Когда она сняла с себя промокший насквозь плащ, мужчина краем глаза заприметил знакомые одеяния. Она была одета в ханбок придворных дам дворца. Скорее всего она сбежала именно оттуда. Это не было удивительным. Все придворные дамы всегда принадлежали только королю и больше никому другому. Её убили мы с рассветом, как и новорождённого ребёнка. Удивительным было то, как она смогла все месяцы скрывать своё положение. — Вы рожаете, — утвердительно проговорил он, как только вернулся. — Я приведу лекаря. Мужчина никогда ещё не принимал роды самостоятельно. Только следил за тем, как лекари управлялись с этой тяжкой задачей. Он объективно понимал, что сам может не справиться и к чему это может привести. — Не нужно лекаря, он не сможет мне помочь,— прошептала бедняжка всё ещё трясясь от холода. — Я могу доверять только вам. Только вы можете спасти моего ребёнка. Я видела это. Я знаю. — Видели? —  только и проговорил травник. — Да, — еле слышно сказала она. — Я знаю, что будет дальше. И только вы сможете ему помочь. Девушка закашляла и прикрыла глаза, замолчав. Платок, которым она прикрыла свой рот, тут же окрасился в красный цвет. Девушка уже была больна. ХёнДжон удивился тому, что не смог почувствовать этого. Возможно приближающиеся роды слишком сильно перекрывали состояние будущей матери. По кровавому следу стало моментально ясно, что девушка не доживёт до утра. — Милый, что случилось? В дверном проёме показалась Сора. Видимо, её мужа долго не было, и она начала волноваться. Увидев незнакомку и её состояние, она ахнула. — Она рожает, Сора. — сказал ДжонХён, набираясь решимости. — Я должен помочь ей. На тот момент он ещё не совсем понимал, что собирается делать. Сора приблизилась к девушке, присев рядом на колени. Она взяла её за руку и сжала, пытаясь передать через прикосновение свою поддержку. Через несколько часов после, на свет под звуки весеннего ливня на свет появился крошечный мальчик. Он совсем не плакал и был совершенно спокойным. Казалось, что он единственный, кого совершенно точно устраивал царивший вокруг хаос. Пришедшая в ночь незнакомка всё же не смогла пережить роды, как бы ХёнДжон не пытался спасти ей жизнь. Она последний раз вздохнула, сжимая в слабых руках своего новорождённого сына, произнося последние слова: — Мой Юн. На утро всё государство было поражено новостью. Королевский дворец пал, а король убит вместе со своим новорождённым наследником. Власть оказалась в руках семьи Ли. Магия с этого дня стала под запретом. Только высшие власти могли ей обладать. Других же было приказано наказать и забрать их способности. Однако не это было самым шокирующим. Непогода, царившая на землях Корё, сменилась ярким солнечным днём.