А цветы всё-таки вкусные...

Простой карандаш мягко скользит по бумаге, штрихуя небрежные линии. Рукав кофты и правая рука полностью в серой пыли, по столу разбросана деревянная стружка постоянно стачивающегося карандаша. Казалось ещё чуть-чуть, и от него останется лишь маленький огрызочек. Остановит ли это художника? Вряд ли. На столе лежал плеер с включенным сборником песен на каком-то непонятном языке. Английский что ль? Не важно. Наконец тень должна становится все темнее, перепачканная рука давит на карандаш сильнее и вдруг... Хрясь! Чернографитный карандаш переломился, хотя это было достаточно странно для такого маленького огрызочка. - Бл&ть! - острые углы отныне поломанного карандаша успели оставить слегка кровоточащий след на ладони. И конечно же на правой руке, где же ещё? "Везение" зелёного показывало себя в полной мере. - Не ори. Лежавший неподалёку Пиковый Король не соизволил проверить что там с валетом. Он пытался расслабиться. А как это сделаешь, когда рядом из плеера играет сборник матерных немецких песен и валет орёт то ли на себя, то ли на карандаш после каждой кривой линии? Ужас. Потом спрашивают ещё "Пик, ты чего такой нервный? Случилось что-то?" А как тут не быть нервным? Ему давно пора в отставку. Только вот эти наивные не смогут выжить в нынешнем мире, полном пьяниц, убийц, педофилов и извращенцев? Никак, в этом-то и дело. Приходится их защищать. Поэтому и нервный он такой стал. Хорошо, что в нынешнее время везде полно эльфов: от них подвоха не жди. - Мне больно! - зелёный продолжал возмущаться и орать. - Потерпи, не сдохнешь, - король опять закрыл уставшие глаза и расслабил уши. В его планах было пролежать весь день на кровати и просто поспать. Но он был уверен в том, что сейчас весь небо упадет на землю, а земля взлетит на небо, если он не будет ничего контролировать. Он был прав: из кухни раздался крик. Ему было настолько всё равно, что он даже глаза открывать не стал. - Чё там? - пиковой был уверен, что зелёнка уставился на дверь в ожидании того, что сейчас оттуда выбежит какой-нибудь убийца или ещё кто похуже, чтоб эпичней было. Насмотрелся фильмов, идиот очкастый. - А х¥й его знает, иди сам проверь. Пиковому впервые было так пофиг на происходящее, пусть он поспит нормально. По звукам валет показал ему язык и с интузиазмом побежал к двери, глазеть что там. Оставив дверь нараспашку открытой тот побежал на кухню. Пик только слышать какие-то звуки непонятного происхождения. - Бубновый валет, как ты додумался пожарить листья и траву на сковороде? - Куромаку недоумевал. Опустив ушки и тихонько хлюпая эльф смотрел на свои ноги. Ну а вдруг это вкусно было? Куро ничего не понимает в готовке. Вдруг плечи эльфа кто-то сжал и немного хриплый голос сказал прямо в лицо Куромаку: - Нельзя трогать моего енота! Запрещаю! Вару по-дружески, но крепко обнял эльфа, перекинув свою руку через его плечи и похлопав его по спине. Габриэль поднял на Вару слегка покрасневшие глаза. Зелёный утёр влажные дорожки слез на лице "своего енота" и уголоки его рта поползли вверх. - Ну вот, другое дело, - укротитель енотов поднял глаза на Куромаку и заявил: - Нельзя трогать енотов! - Этот "енот" испортил сковородку! Если ему так захотелось быть поваром, почему бы он не приготовил что-нибудь нормальное? - Маку продолжал возмущаться. - Он виноват что ли, что проголодался? - Поскольку вы все находитесь в моем доме, он мог попросить меня что-нибудь ему дать! - Ты меня не слышал и я боялся тебя отвлекать, - послышался шепот за спиной Вару. - Тогда прошу прощения! Но почему именно листья? - Они вкусные... - Уф... ладно... Габриэль, прошу прощения за то, что не слышал тебя. В следующий раз лучше отвлекли меня, а не жарь листья на сковородке, договорились? - Хорошо, - эльф заметно приободрился - так что можно покушать?