Маска

Слепой любви порой мы не подвластны.

Нет смысла жить, другим тепло даря.

Закрыв от вожделенья сердце, будешь ты несчастна,

Тони в глазах того, кто быть не может без тебя.

Хезертон Холл, Лондон За окном начинали появляться очертания замка Хезертон Холл. Драко чуть ослабил шейный платок и повернул голову в сторону Орионы. Девушка нервно сжимала и разжимала изящные пальцы. «Интересно, она думает обо мне или о том, насколько низко заканчивается вырез на её платье», — мелькнула в голове Малфоя шальная мысль. А она была шикарна, если не считать напряженное выражение лица, которое, к слову, не портило впечатление о девушке. — Расслабься, — хмыкнул он, словно наслаждаясь ее неловкостью, — ты просто моя спутница на этот вечер, не более. — Да, сэр, — кивнула Ори, отвлекаясь от вида за окном, — просто это все странно. Начиная с того, что я еду со своим боссом на встречу… — На официальный приём, — поправил ее Драко, проверяя запонки на рубашке. — Заканчивая тем, что я еду на неё на машине! — Это один из самых дорогих автомобилей в стране, мисс Блэк, — цокнул языком на это Малфой, — Мерседес 1934 года выпуска. Ориона закатила глаза. — Все равно можно было добраться с помощью каминной сети. — И запачкать это шёлковое платье в печной золе? — Малфоя что-то в сегодняшнем вечере сильно забавляло. — Мистер Малфой, — отозвалась Ориона более жестко, — я не намерена обсуждать с вами мой наряд. Чертово платье! Ориона привыкла к красивым и, конечно, дорогим, но не настолько откровенным вещам. Обычно она носит более сдержанные юбки, блузки и мантии. Они были ее зоной комфорта, из которой ей пришлось выйти, надев платье с открытой спиной от Гермес. Благо, у него хоть были рукава-накидки, потому что без них она бы чувствовала себя почти обнаженной. Ещё минут семь, и вот чёрный Мерседес уже въехал в курдонёр замка. На парадной лестнице уже толпились люди в золотистых мантиях и значком «пресса». — Я хочу, чтобы этот вечер был прекрасным, — Драко открыл дверь автомобиля, — и помни, никаких разговоров с наглыми репортерами «Пророка», — он по-джентельменски помог Орионе выйти из машины, и вокруг засверкали яркие вспышки.

***

Главный зал Хезертона был удивительно светлым и казался больше, чем был на самом деле. Роскошные хрустальные люстры со свечами парили под потолком, и каждый их отблеск отражался в зеркалах и окнах зала. Стены украшали белые мраморные полуколонны и балюстрады, в центре стояла невысокая сцена, а рядом с ней на фортепиано играл волшебник с забавным длинным носом. По залу разносились звенящие переливающиеся ноты и смешивались с разговорами толпы. Между гостями ловко лавировали официанты с полным подносом напитков. Ориона была очарована царившей в зале атмосферой. Девушка не привыкла к светским вечерам, и, как бы холодно она не относилась к своему начальнику, где-то в глубине души она была благодарна ему, что получила возможность оказаться на этом вечере. Драко, наблюдавший за реакцией девушки, слегка ухмыльнулся, будто решил, что сумел хоть немного растопить ее сердце. Он осмотрелся, оценив, кого пригласили в этом году на этот благотворительный вечер, и поймал на себе взгляды нескольких волшебниц, которые без капли стеснения раздевали его глазами. Оно и не удивительно. Для этого вечера Малфой выбрал свой лучший парадный костюм: на нем был черный бархатный камзол со сдержанной серебряной вышивкой и плащ, надетый на одно плечо. Мелкие аксессуары — брошь на шейном платке, парадная кобура для палочки, сделанная на заказ, кожаные перчатки, закрепленные на поясе ремнем — придавали Драко статности и даже некого величия. — Вино? Виски? Шампанское? — спросил он у своей спутницы, подходя к бару. — Шампанское, пожалуйста, — кивнула Ориона. — Огневиски и шампанское, — обратился Драко к бармену, и тот мгновенно исполнил пожелание гостя. — За прекрасный, а главное продуктивный вечер! В прошлый раз я пожертвовал ветеранам Второй Магической Войны полсотни галлеонов. Об этом писали в газете по меньшей мере двенадцать раз. В этот раз от меня ждут чек не меньше. Ори на это только мило улыбнулась, заправляя прядь коротких волнистых волос за ухо. — Прекрасно выглядишь, — Драко ещё раз без стыда обвёл взглядом ее с ног до головы, — а эти цепочки на открытой спине… Прекрасный вкус. Ориона нахмурила брови и нелепо скривила губы в ответ. «Один глоток огневиски, и он уже не понимает, что говорит?!» — Мистер Малфой, — откуда-то из толпы выскочил волшебник в серебристой мантии, — очень рад видеть вас здесь, сэр… И вашу прекрасную спутницу. Ори сделала реверанс и слегка опустила голову в знак приветствия, попутно поправляя съехавший с плеча рукав. — Мисс Ориона Блэк, сэр, — представилась она, подавая руку для символического поцелуя. — Приятно познакомиться, мисс Блэк. Кингсли Бруствер. Спасибо, мистер Малфой, за приставленных авроров, — он махнул рукой на двух волшебников позади него. — Мне сейчас как никому нужны телохранители. Хотя я до сих пор в этом немного сомневаюсь. Но Долиш… Ужасная потеря для Министерства. — Не будем об этом, — грубо отрезал Малфой, — всё-таки это мероприятие посвящено другим событиям. Лучше оставим неприятные темы на другое, более подходящее время. — Соглашусь, поскольку ваше интервью для последнего номера «Пророка» исчерпывающе показало в целом ваше отношение к случившемуся. Я разделяю вашу точку зрения, сэр. Волшебник удалился искать более сговорчивых собеседников. — Я не читала ваше интервью, — Ориона посмотрела на Драко, — даже не знала, что оно уже вышло в «Пророке». — Уверяю, что многого ты не потеряла, Блэк. Медленная музыка сменилась на более быструю. — Танец? — сказал он, выходя в центр зала, рукой приглашая Ориону пройти за ним. — Что?.. — Ори двинулась за своим боссом, предполагая, что каждая девушка сейчас хочет оказаться на ее месте: в центре этого большого зала под огромной хрустальной люстрой. Ориона Блэк, работающая на новом месте меньше пары недель, уже танцует с главой Аврората в платье с вырезом на спине, а рука мистера Малфоя лежит гораздо ниже, чем должна была, однако она все еще была на ткани, не касаясь открытых участков кожи. Это было смущающим и одновременно захватывающим, но все же Ори не могла оторвать взгляд от броши в виде змеи, которой был заколот чёрный платок на шее у Драко. Щёлкнули затворы фотокамер, Ориона отвлеклась от разглядывания украшения, чтобы посмотреть, кто же нарушил их покой. Парочка волшебников в ярких мантиях стояли в нескольких футах от них и без зазрения совести готовили материал для своих статей. Ориона уже представляла все эти заголовки. Один хуже другого. — Мистер Малфой, они… — хотела предупредить его девушка, но тот лишь качнул головой. — Пусть фотографируют, — отмахнулся Драко, — эти нарлы только и жаждут найти темы поинтересней, чем кусачий чайник в отделе незаконного использования технологий маглов. Им повезло, что есть я, — с явной иронией сказал он и уже более серьезным тоном добавил, — но это их работа, а наша сегодняшняя работа — представить Министерство в лучшем свете. Но вас, мисс Блэк, это не должно волновать, в конце концов, это всего лишь танец. Ориона выдавила из себя некое подобие улыбки. Музыка стихла и раздались аплодисменты. Драко и Ориона закончили танец, но Малфой в свою очередь руку с ее талии не убрал, даже наоборот, девушка почувствовала, как его крепкая рука сжимается вокруг ее пояса. — Дамы и господа, — прозвучал голос Кингсли, который поднялся на сцену, усилив палочкой свой голос, — рад приветствовать всех вас на таком важном мероприятии. Мне многое говорить не стоит, хотя я и сам принял активное участие в войне, но… — он сделал драматическую паузу, — лучше всего вступительную речь расскажет мистер Гарри Джеймс Поттер, поприветствуем его. Драко повернулся к Ори, подмигнув ей, и потянул ближе к краю сцены.

***

Пока толпа громко аплодировала появлению героя Магический Войны, Ори и Драко оказались у ступенек, ведущих на сцену в обществе Рона и Гермионы. Малфой без слов протянул руку для рукопожатия Уизли, который так же молча пожал ее, а вот Гермиона только кивнула в знак приветствия, на что Драко удостоил ее лишь холодным взглядом. — Министерство Магии делает многое, чтобы поддержать ветеранов Второй Магической Войны, — доносился до них усиленный волшебством голос Гарри Поттера. — Как только такие хрупкие девушки готовы работать в охране самого министра Магии, — протянул Рон, кивнув в сторону девушки в лиловой мантии, крутящую в руках палочку. — Особенно после того, что случилось в Долишом, — согласилась Гермиона, оглядываясь на девушку-аврора. — Не жалеешь ты своих сотрудников, Малфой, — Рон заметил обеспокоенное лицо Орионы, — хотя, у тебя в распоряжении и так целый штат девушек. Меняешь как перчатки? В твоем стиле. По выражению лица Драко было ясно, что он точно хотел ответить колкостью на эту колкость, но тут к нему подбежала миниатюрная волшебница в лиловой мантии, которая обеспокоенно произнесла: — Мистер Малфой, сэр, сейчас вас вызовут на сцену. Пожалуйста, будьте готовы. Гарри Поттера провожали громкими аплодисментами. — Поттер, — поздоровался Драко, когда ждал, пока тот спустится со сцены. — Малфой, — кивнул он, освобождая ему дорогу наверх. Конечно, они не питали к друг другу неприязни, как это было в школьные годы. Каждый выбрал свою дорогу — Поттер отказался от славы и сделал выбор в пользу спортивной карьеры. Но также каждый помнил о всех стычках, что происходили в стенах Хогвартса, и поэтому они понимали, что общаться, даже как хорошие знакомые, они не смогут. Откровенно говоря, если бы они стояли не около сцены, на которую обращены сотни глаз, вряд ли они даже заговорили бы друг с другом. Ориона проводила взглядом своего босса, который громким голосом начал приветствовать всех богатых спонсоров, пожаловавших на мероприятие. — Мисс Блэк, — раздался рядом довольно знакомый голос, — не ожидал тебя увидеть здесь. Ориона оглянулась и увидела перед собой своего коллегу, который по большей части был на побегушках у отдела, таская корреспонденцию и отвечая на запросы других волшебных международных ведомств. — Люк, — развернулась к собеседнику она, — я… — С мистером Малфоем, — кивнул он, указывая на сцену, где Драко начал осыпать щедрыми пожертвованиями, — ну что скрывать, ты сегодня великолепна, впрочем, как и всегда, — подмигнул он. Ориона растерялась от неожиданного комплимента. — Спасибо, Люк, — сказала она, предпочитая закончить разговор. Но парень никак не хотел отставать от девушки. — Скажи, у меня есть шанс заполучить такую… — он подошёл вплотную к Ори и схватил ее за предплечье, не давая ей отстраниться. Девушка почувствовала сильный запах алкоголя. Она быстро отдернула руку и огляделась по сторонам, будто убеждаясь, что никто их не заметил. Они находились у сцены в самый разгар выступления. Конечно, все ее сейчас видят. Да она даже не может использовать палочку. Сделай она это, и завтра все таблоиды будут пестреть новостью, что работники Аврората напали друг на друга. Единственное, что она может, это дать пощёчину. — Отстань от неё! — к ним приближалась молоденькая девушка-аврор, из охраны Министра Магии на которую ранее указывал Рон. Люк отступил на пару шагов. — Ничего, просто… Простите, мэм, — и немного шаткой походкой он удалился. Девушка в лиловой мантии со значком Аврората ещё долго смотрела ему вслед, а потом обернулась к Орионе. — Твой парень очень настойчив, — подытожила она, оглядывая стоящую перед ней девушку, — Алексия Николлас. — Ориона Блэк, — кивнула Ори ей, — это мой коллега, а не парень, — поправила она. — Ну все равно, — отмахнулась Алексия, убирая палочку, — некоторые парни… Со сцены под громкие аплодисменты спустился Драко, который буквально купался в овациях зала, но стоило ему заприметить разговаривающих девушек, как он сразу поменялся в лице. — Да чтоб… — выругался он, спускаясь с лестницы, не сводя взгляд с этих двоих. — Мисс Николлас, — обвёл он строгим взглядом девушку, — вы, кажется, приставлены к Министру Магии и должны быть там, где находится он, а не разговаривать с гостями. Ориона была уверена, что увидела в глазах Драко Малфоя не только свойственное ему пренебрежение, но еще и беспокойство. — Да, сэр, — оправилась Алекс, — я пойду работать. — Именно так, — кивнул он, — а моя спутница удостоит меня ещё одним танцем.

***

И вновь Орионе казалось, что весь в зал обращает внимание только на них, поскольку она все время замечала, как на нее оборачиваются гости. Ей начинал нравиться этот интерес. Она заметила, как ее рассматривает молодой хогвартский учитель, а вечный холостяк Симус Финиган вообще не сводил с нее глаз весь вечер. Официальная часть мероприятия с однотипными речами закончилась. Свет приглушили, и атмосфера в Холле стала более уютной. В основном пожилые гости начали уходить. Некоторые журналисты отправились готовить завтрашние утренние номера газет. Другие же остались в надежде получить эксклюзивные материалы. Вспышки фотоаппаратов продолжали мерцать. Носатый волшебник продолжал играть на фортепиано: торжественная музыка сменилась на веселую и неформальную мелодию, которая чередовалась с вальсом. — Что от тебя понадобилось Люку Харперу? — неожиданно спросил Драко, медленно ведя Ориону в вальсе. — Откуда… — удивилась она. — Я все видел, Блэк, — отозвался Драко, старательно выводя ее на середину зала. — Ну, так что? — Малфой с явным интересом посмотрел девушке прямо в глаза. — Ничего особого, такое бывает, когда кто-то хочет показаться настоящим мачо… — Ори не сразу отвела взгляд, как это делала весь вечер. Она будто впервые увидела его глаза, и неосознанно начала их изучать. Это были не обычные холодные глаза истинного аристократа, в них читались какая-то шутливость и раскрепощенность. — А я мачо? — спросил Драко то ли серьезно, то ли в шутку — Или только кажусь? Я вот когда-то слышал, что у Поттера набита татуировка Венгерской Хвостороги, — Ориона едва сдержала смех. — Я не проверяла, — пожала она плечами, изо всех сил стараясь сохранить спокойный тон, но получалось у нее это не очень хорошо. — А хотела бы? – непринужденно задал еще один глупый вопрос Малфой. — Он не в моем вкусе, — рассмеялась Ори, окончательно отпуская глупую ситуацию, позволив себе наконец-то расслабиться в присутствии своего начальника. Она поняла, что перестала контролировать свои действия не то от волнения, не то от тона Малфоя. — Приставать к девушке на глазах у всех, — цокнул он языком, резко меняя тему разговора. — Люка стоит уволить за несдержанность. — Не стоит, сэр, — встрепенулась она, словно забыв о нелепости, — он всего-навсего… — Не контролирует себя, — подытожил Драко. — Но раз ты говоришь, что не стоит, так и быть, на этот раз я последую твоим указаниям. Ориона могла поклясться, что впервые увидела на лице Малфоя улыбку, а не ухмылку. На мгновение музыка стихла, раздались аплодисменты. Драко вновь подвел Ори к бару. — Заказывай, что хочешь, я оплачу. — Мистер Малфой, нужно сделать совместное фото на память, — к нему подошел красивый высокий мужчина в длинном темно-синем кардигане. — Конечно, Кристофер, иду, — Драко, повернувшись к Орионе, добавил. — Прошу меня извинить, но пресс-секретарю министра нельзя отказывать, — и скрылся в гуще мантий и платьев. Не успела девушка отвести взгляд от места, где только что стоял Малфой, как тут же к ней подошел молодой волшебник в золотистой мантии. — Мисс Блэк, как вы прокомментируйте тот факт, что Ваша мать Беллатриса Лестрейндж причастна к большинству убийств во время войны? — бесцеремонно начал журналист. — Вы сегодня находитесь здесь, чтобы загладить вину своей семьи? Ориона не ожидала такой наглости, она молча стояла, растерявшись от такого напора. — И как вы считаете, всем ли гостям приятно Ваше присутствие на этом вечере? Вообще Ориона не относилась к девушкам, которых несколькими неловкими вопросами можно было поставить в тупик. В любом разговоре она могла постоять за себя. Однако тема семьи для нее была слишком болезненной. Из-за того, что училась Ори в Шармбатонской академии, она не привыкла к таким вопросам. На глазах девушки появились слезы. — Я... — ее голос задрожал. Сквозь слезы Ориона увидела, как перед ней возникла темная знакомая фигура. Малфой нацелил палочку на репортера. В его глазах бушевала ярость. Журналист тут же отскочил назад. Драко, не опуская палочку, продолжал наступать на парня. — Не смей подходить к ней, — медленно произнес он ледяным голосом. — Еще раз ты хотя бы посмотришь в ее сторону, и я превращу твою жизнь в ад, — репортер тут же скрылся. Драко подошел к Орионе и осторожно вытер слезы с ее лица. Она слегка вздрогнула, когда холодная кожаная перчатка коснулась ее кожи. — Прости, Кристофер захотел фото на улице, а там ужасно похолодало, — мягко сказал Драко, снимая перчатки и заправляя их за пояс. Ориона слабо улыбнулась. Каким бы надменным не пытался казаться Малфой, ей было приятно, что он так за нее заступился. — Может быть танец? В танце у нас никаких происшествий не случается, — предложил он, подавая девушке руку. — Хорошо!.. — уже не скрывая улыбки ответила она, положив свою руку на ладонь Драко. — Не стоит обращать внимание на репортеров, — тихо, чтобы слышала только она, произнёс Драко, — им нужна грязь, не более. Думаешь ты единственная, к кому они пристают с такими вопросами? Ори неопределённо пожала плечами, безмолвно соглашаясь с ним. — Такие вопросы должны тебя волновать не больше, чем проблема гуманитарной помощи жителям Тибета. Кстати, она действительно не должна тебя волновать, потому что я ее решил, отправив туда лучших солдат. — Не понимаю, — Ориона млела от тёплой руки на своей талии, — как можно решать настолько сложные вопросы. Вы не боитесь последствий своего выбора, сэр? — Практически каждый день нам приходится выбирать, — философски заметил он, сильнее сжимая руку Ори в своей ладони, — чай или кофе, блондинка или брюнетка… — он слегка улыбнулся, — кого отправить в Тибет. Но есть вопросы сложнее, и они касаются наших желаний. Истинные они или нет, например. И только после того, как на них ответишь, ты доходишь до сути вещей. В глазах Драко зажегся огонек, который никак нельзя было игнорировать. — Знаешь, иногда, я так хочу тебя… — прошептал он ей на ухо. Ориона подняла глаза, хотя на протяжении всего этого разговора игнорировала попытки длительного зрительного контакта, потому что знала, его взгляд способен заставить даже самую рациональную женщину отдаться целиком и полностью. Такой уж он был по натуре. «Нельзя. Нельзя. Нельзя. Он только что говорил о том, что его стандартный выбор — какого солдата отправить на задание, с которого он может не вернуться. Он поставил это в один ряд с выбором утреннего напитка. Так спокойно рассуждал об этом, как будто это действительно был сущий пустяк. А теперь… теперь он говорит это». Ориона остановилась так резко, что Малфой чуть не наступил ей на ногу. — Ориона… — Д… сэр… мне надо… — ее глаза нервно забегали по лицу Драко. — Мне надо идти. Ее застали врасплох. Это Малфой, тот самый Малфой, который только и жаждет получить девушку, чтобы потом забыть о ней, как и о других своих женщинах. Он хотел её только потому, что не мог получить.

***

Ориона, не оглядываясь на Драко, направилась к бару. Внутри неё зарождалось странное чувство одновременной тревоги, беспокойства и при этом приятного трепета. «Прекрати, — осадила она саму себя, начиная понимать, что эта ситуация может зайти слишком далеко. — Ориона, тебе нельзя так думать!». Девушка шла через редеющую толпу, словно призрак, она не замечала ничего и никого, полностью погрузившись в свои размышления. Драко Малфой был поразительно хорошим управленцем, безоговорочно самым знаменитым ловеласом волшебной Англии, но в то же время еще и лицемером, скрывающим истинные мотивы. Он хотел Ориону, это стало понятно давно, и позвал он ее на этот вечер только для того, чтобы соблазнить. Этот танец был по истине волшебным. Блэк непроизвольно поежилась, вспомнив прикосновения его тёплых рук, лежащих на ее талии. Всю свою жизнь Ориона сталкивалась с моральными дилеммами. Сначала ей пришлось принять решение — отказаться от родной семьи и по сути стать изгоем. Затем начались отношения с Мастером, которые по началу ей казались ошибочными. Но она полюбила его. У Мастера не было оболочки. И как бы парадоксально это не было, его маска наоборот открывала в первую очередь его внутренний мир. И хоть однажды он дал понять Ори, что мир не всегда жесток и безжалостен к ней, тем самым по сути спасши ее, из-за его нравственных устоев и достаточно нетрадиционной формы их отношений она до сих пор иногда сомневалась в том, что сделала верный выбор. И сейчас, когда она узнала, что Мастер хладнокровно убил человека, и эти сомнения вновь закрались в ее голову, вдруг появляется Малфой уже со своей непроницаемой «маской» надменности и высокомерия. И на этом фоне отношения с ним кажутся такими правильными и простыми, и потому невероятно манящими. Девушка подошла к барной стойке и, поправив подол платья, села на высокий стул. — Огневиски, — сделала она заказ, даже не посмотрев на бармена. Через мгновение перед ней появился стакан с обжигающим напитком, который Ориона тут же осушила, немного поморщившись, и закашлялась. — Не похоже, что вы привыкли к таким напиткам, — внезапно раздался чей-то голос рядом. Ори вздрогнула, она не привыкла к тому, чтобы люди так неожиданно начинали разговор. Но несмотря на неудачное время для разговора с незнакомцем, воспитание не позволяло ей не ответить. — Да, — хмыкнула она, — обычно я не пью ничего крепче вина, — Ориона взглянула на своего спонтанного собеседника. Им оказался молодой красивый парень с забавно взъерошенными волосами, но при этом в строгом костюме. Он смотрел на девушку выразительными серо-голубыми глазами, доброжелательно улыбаясь. — А вы, похоже, не привыкли бывать на таких нудных официальных мероприятиях. — Я тут оказался не по своей воле, — парень говорил так беззаботно, что с каждым его словом томные мысли Ори испарялись. — И все же, что же вас заставило выпить этот чудесный огневиски настолько стремительно? — Знаете, я как-то не привыкла рассказывать о своих проблемах незнакомцам, так что… — Я Эл, — тут же протянул ей руку юноша. — Видишь, теперь я уже не незнакомец, — он широко улыбнулся, и его большие глаза превратились в узкие щелки. Обычно на таких светских приемах все говорили медленно и напыщенно. Эл явно выделялся из этой толпы. Он говорил громко и быстро, даже как будто немного дергано, размахивал рукам и при этом не чувствовал никакого дискомфорта. — Ориона, — ответила на рукопожатие девушка. Она не отрываясь рассматривала его глаза. На секунду они ей показались знакомыми. — Какое интересное у вас имя, оно… — Это сокращение, — опять перебил ее Эл, — я не люблю свое полное имя, но вообще оно французское. Ты меня прости. Наверное, тебе кажется это странным. Какой-то сумасшедший парень вопреки всем правилам этикета начал приставать к тебе с вопросами, — тут его голос резко стал спокойнее. — Но знаешь, порой о трудностях намного легче рассказать человеку, которого, возможно, больше никогда и не увидишь. Ори опустила голову, сделав вид, что поправляет свою перчатку. В чем-то он был прав. Снова вернулись недавние мрачные мысли. — Скажите, — медленно начала она, — у вас бывало такое, что вы не понимали, чего вы хотите? — Ориона осторожно подняла взгляд на юношу. Некоторое время он сидел молча, продолжая так же благосклонно улыбаться. — Только в те моменты, когда я ничего не хочу, — наконец ответил он. — В остальное время я мечтаю о многом и иногда не могу выбрать, чего я желаю больше всего. — И что же вы делаете, когда не знаете, что выбрать? — Ори неожиданно для себя поняла, что каким бы необычным не выглядел Эл, за этим чудаковатым взглядом скрывается человек, который прошел трудный жизненный путь, прежде чем стал таким счастливым. И поэтому она почувствовала, что он сможет ей помочь. — Я верю в судьбу. И если исполнится хоть одна моя мечта, то я уже буду рад, ведь так или иначе мне этого хотелось. Ориона снова задумалась. Действительно в любом случае она будет счастлива. — Или нет?.. — тихо прошептала она. — Что, прости? — выдернул ее Эл из размышлений. Ори встрепенулась, в ее голове только что пронесся вихрь из обрывков мыслей, и она на мгновение даже забыла, что рядом сидит человек. — Я подумала… — она не решалась озвучить это вслух еще раз, тем самым признав, что последний вывод может оказаться правдой. — А что, если я не хочу мечтать о чем-то большем просто потому, что добиться исполнения других желаний проще? — Дело в любви? — догадался Эл. Он не стал дожидаться ответа и тут же продолжил. — Мы не выбираем, кого полюбить, — юноша посмотрела куда-то в центр зала и улыбнулся. — Отрицать свои чувства потому, что они могут быть неправильными, глупыми или потому, что ты их боишься, нельзя. Поверь мне, будет только больнее. Мягкий голос Эла заставил Ориону улыбнуться. Возможно, это не то, что она ожидала услышать. Девушка осторожно положила свою руку на его и, немного посмеиваясь, сказала: — Либо вы сейчас решили все мои проблемы, либо все стало еще сложнее. — Ничего сложного нет. Люди сами просто не понимают, что от них хочет судьба, и пытаются что-нибудь выдумать, а в итоге все само встанет на свои места. Музыка в полупустом зале затихла. Эл одним глотком опустошил свой бокал, встал и опять в уже привычной манере быстро заговорил: — Наконец-то это все закончилось! Мне было очень приятно познакомиться с тобой, Ориона — повернулся он к девушке. — Я надеюсь, что все-таки сумел помочь такому прекрасному человеку. Ради этого стоило просидеть тут целый вечер. Salut, — парень моментально испарился, будто бы его здесь и не было. — Надеюсь, я смогу разобраться в себе, — улыбнулась она, говоря уже в пустоту, и посмотрела в середину зала, где пыталась высмотреть светловолосую макушку. Драко нигде поблизости не было. На глаза выступили слезы. Вероятно, они испортили макияж, поэтому прежде, чем выйти на улицу в толпу, она отправилась в дамскую комнату, чтобы привести себя в порядок. «Почему все это происходит со мной? — поправляя прическу, задумалась Ори, облокотившись одной рукой на раковину, — Эл на это сказал бы, что через такое проходит каждый». Проговаривая про себя это, она невольно спародировала его. Девушка вышла в пустой темный коридор, который вел к служебным помещениям. Она направилась в сторону зала, но из глубины до нее донесся знакомый голос. — Я думал, что наши отношения уже давно закончились, — Ориона затормозила, это был голос Драко. Она ни с кем не могла спутать эти надменные нотки. — Ты первый начал это! — послышался второй, женский, голос. — Мне казалось, что мы все давно обсудили и решили, что все кончено. — Ты прекрасно знаешь, что я был против. Как обычно ты приняла решение за нас двоих. — В этом и была твоя проблема, — судя по тону, девушка начинала злиться. Орионе ее голос показался знакомым, но из-за того, что расслышать все было невозможно, понять чей он, она не могла. — Ты до сих пор не способен принять меня как равную себе! Да и никого другого. Все так же считаешь себя королем мира. Ориона была уверена, что Драко должен был что-то ответить на эту дерзость, но в ответ была лишь тишина. Любопытство взяло верх, и девушка тихо, стараясь не стучать каблуками, повернула за угол, где почти уперлась в разноцветные полотна, свисающие с потолка. Она встала у вазы с искусственными цветами и пригнулась. Беседующих она не видела, но теперь прекрасно слышала. Ориона никогда не подслушивала чужих разговоров, она считала сплетни ниже своего достоинства. Но сейчас все ее мысли были лишь о Малфое и о том, что он сказал ей во время того злополучного танца. Тот факт, что теперь он прячется за шторами в темном углу с какой-то девушкой, почему-то ужасно ее раздражал. Она хотела узнать, что происходит, чтобы не надумать себе лишнего. Драко говорил с девушкой не так, как со своими подчиненными на работе или во время беседы с другими чиновниками. Он обращался к ней так, будто знает ее много лет. И были они явно не просто знакомыми. — Я вижу, что новая должность добавила тебе дерзости, — усмехнувшись заметил Малфой, — могла бы и поблагодарить меня за это. — Ты не выносим! Ты можешь продолжать разговаривать с людьми, как с прислугой. Но не смей так обращаться со мной! — вскрикнула девушка и замолчала. Спустя несколько секунд она продолжила уже тихим, но злобным шепотом. — Да, мистер Малфой, я всегда говорила, что думаю, даже если вам это не нравится. И хочу напомнить, что я свою должность получила исключительно благодаря своим профессиональным способностям. Она замолчала. Послышался шум, и Ориона все-таки выглянула из-за своего импровизированного укрытия. В полумраке она разглядела два силуэта. Драко стоял, облокотившись рукой о стену. Другой рукой он зарылся в густые волосы девушки. Уложенные, но все такие же пушистые волосы нельзя было не узнать. Это была Гермиона. Малфой был максимально близко к лицу Грейнджер. — Пожалуйста, не начинай. Все уже в прошлом, — прошептала она. — Не ври… — выдохнул Драко. — Я вижу, ты сама этого хочешь, — его голос звучал прерывисто, словно он нервничал. Ориона никогда не слышала в его голосе эти интонации. Злость, восхищение, свойственная ему прямота и жёсткость — да. Возбуждение? Нет, никогда. Но это было настолько чарующе и маняще, что в груди у девушки все настолько сжалось, что она даже не могла вздохнуть. Драко с Гермионой не отрывали друг от друга взгляд, будто ожидали, что сделает каждый из них в следующий момент. Он сделал едва заметное, нерешительное движение и снова замер. — Малфой, не стоит… — фальшиво сказала Гермиона. — А мне кажется, стоит, — Драко провел рукой по щеке девушки, и та все-таки сдалась. Даже в полумраке было заметно, что тело Грейнджер расслабилось, полностью отдаваясь во власть Малфоя. Еще мгновение, и Драко припал губами к ее губам. Гермиона с жадностью ответила на поцелуй. Казалось, этот поцелуй был настолько долгожданным, что они не хотели, чтобы он заканчивался. Грейнджер запустила руку в шелковые волосы Драко, не давая ему отстраниться. Малфой обхватил девушку за талию и еще сильнее прижал к себе. Он провел рукой по ее оголенным плечам и спине. Гермиона выгнулась назад, слегка приподняв ногу. Драко, не отвлекаясь от глубокого поцелуя, резво убрал руку с талии и притянул к себе бедро, от чего впечатал ее в стену ещё сильнее. Последнее, что видела Ориона, это как ее начальник запустил руку в разрез платья Грейнджер. Ори казалось, что она приросла к полу. Она смотрела на все это, не в силах пошевелиться. Да, конечно, она знала, что ее начальник имел много девушек в своем подчинении. Однако это все было за закрытыми дверями его кабинета. Но тут было другое, что-то настоящее. Странное чувство разливалось в душе девушки. Отойдя от первоначального шока, Ориона попятилась назад, случайно задев спиной вазу. Чудом удержав ее на постаменте, девушка, опасаясь быть увиденной, умчалась прочь. Какое-то чувство отвращения от увиденного сопровождало ее всю дорогу до выхода из Хезертон Холл. Она не могла объяснить себе, что творится с ней, потому что мысли обрывками летали в ее голове, не желая складываться в предложения.