Пряжка

       За последние месяцы Тацуми Соичи уже привык к тому, что Моринага Тецухиро раздевается, так сказать, в процессе. И процесс этот начинается от входной двери. Вслед за обувью и верхней одеждой, если таковая имелась, наступала очередь галстука. Этот предмет гардероба, в зависимости от настроения, погоды, направления и скорости ветра или чёрт его знает ещё чего, Тецухиро либо сдёргивал, либо бережно снимал, либо только слегка ослаблял узел. Но делал это так, что у Соичи мурашки бежали по спине. Затем следовала рубашка. Cоздалось впечатление, что верхние пуговицы расстёгивались сами собой, обнажая ключицы, от одного взгляда на которые Соичи начинал терять дар речи, поэтому всеми силами заставлял себя не смотреть: отворачивался, закрывал глаза. Наступало время поцелуев и объятий, ещё вполне контролируемых, почти целомудренных, а потом... - Вжиих...        Звук расстёгиваемого ремня был своего рода границей, сторожевым пунктом между ДО и ПОСЛЕ. До этого момента всё только начиналось, было зыбко и неопределённо. Соичи чувствовал, что ещё может улизнуть. Эта мысль грела душу, но он уже давно не стремился к её реализации и терпеливо дожидался вожделенного "вжиих", означающего, что пути назад больше нет. Теперь Моринага не остановится ни при каких обстоятельствах, разве что Фудзияма начнёт извержение, да и то вряд ли... Можно было окончательно расслабиться, отпустить себя, успокоиться, забыться, отдаться, следуя за надёжными руками Тецухиро.        Но всякий раз теперь, когда последняя благопристойная мысль в панике покидала Соичи, на её месте тут же возникала другая: "Что ЭТО? Зачем? Что такое?"        Что-то жёсткое, чужое, холодное раз за разом касалось разгорячённой кожи. Мешало расслабиться полностью, мешало забыться, удерживало в реальности, заставляло, так сказать, осознанно находиться в процессе. Пряжка! Обычная металлическая квадратная пряжка на ремне Тецухиро!        Несколько недель подряд Соичи то благополучно забывал о её существовании, то вновь с досадой вспоминал. Увернуться от неё было невозможно! Он пытался, но как-то неуверенно, боясь как бы Моринага не посчитал его необычные движения странными. А сказать стеснялся, полагая, что щепетильный до мелочей Тецухиро так огорчится, что... В общем, себе дороже! Да и неудобство это длилось не долго. Минут через десять нагретый страстью металл переставал ощущаться. Первый порыв страсти чуть позже плавно перетекал в нежную ночь любви и злополучная пряжка забывалась до следующего раза.        Так длилось достаточно долго. Но однажды... То ли Соичи задержался в университете, то ли Тецухиро слишком устал с дороги, то ли просто успокоился и больше не искал вокруг любимого не то что потенциальных ухажёров, но даже гипотетических, только любовные объятия случились уже в спальне. И вот тут... Всё было как всегда. Страстно, откровенно, напористо. Объятия Тецухиро - стальные тиски. Развратный шёпот над ухом. Всё было как всегда, но не ТАК! Соичи терялся в ощущениях. Чего-то не хватало! Он даже героически приоткрыл один глаз, через плечо глянув на Тецухиро. Нет, с кохаем всё было в порядке, во всяком случае внешне. Всё так же строен, подтянут, с победно стоящим... О-ой... Тень от лампы причудливо лежит на обнажённом бедре... На обнажённом! Соичи застонал, утыкаясь лицом в подушку, ошарашенный внезапной догадкой. Пряжка! Её не было!        Тецухиро знал своё дело. Знал так же хорошо, как тело своего семпая, так что скоро Соичи уже и думать забыл и о пряжке, и о ремне. И вообще забыл кто он, где он... Был только Тецухиро: его ласки, его шёпот, его нежность и сила. И всё же... Как учёный, Соичи не мог просто забыть о случившемся. Он не понимал, как можно ощущать больше удовольствия от того, что получаешь холодным металлом по... Это же мазохизм! Но, судя по ощущениям, так оно и было! Соичи потребовалась целая неделя чтобы признаться себе в этом. Рекордно короткий срок, если учесть, что на принятие одного только факта наличия у него интимных отношений с кохаем ушло больше года.        Картина вырисовывалась неутешительная! Мало того, что он, Соичи, живёт с парнем и периодически спит с ним в одной постели, и не просто спит, а занимается сексом и - О, ками! - получает от этого удовольствие, так ещё теперь и посторонний предмет... И ладно бы только это... К концу недели Соичи полностью всё обдумал и с ужасом пришёл к выводу, что наличие на Тецухиро костюма и галстука в момент их, так сказать, любовного слияния, позволяло Соичи быстрее расслабиться, словно секс с одетым Моринагой был менее предосудителен чем секс с Моринагой раздетым! Кроме этого, если уж быть полностью откровенным, запах одежды Моринаги со временем стал для Соичи сильнейшим афродизиаком.       Тацуми Соичи готов был провалиться сквозь землю. Долгими размышлениями и самокопанием он обычно не увлекался. А размышления на тему Моринаги Тецухиро вообще были под запретом. Строжайшим. Тем не менее, Соичи думал, анализировал сложившуюся ситуацию. Дома. Наедине с самим собой. Но даже так было очень стыдно, непривычно, шокирующе, так что к концу рабочей недели он неимоверно устал и с тревогой ждал приезда кохая.        Тецухиро появился как обычно. С непринужденной улыбкой, в костюме и при галстуке. Соичи вздрогнул. Он не знал куда девать глаза. Взгляд упорно метался между полурасстегнутым воротом рубашки Тецухиро, галстуком и пряжкой. Последняя притягивала к себе магнитом. Тецухиро, уже вознамерившийся приготовить легкий ужин, перехватив этот взгляд, сначала подумал, что ошибся, но заметив его второй раз и третий, серьезно призадумался. А уж в следующий раз, когда Соичи не просто отвел глаза, а покраснел, все сомнения Тецухиро как ветром сдуло. Вместе с галстуком. Соичи завороженно следил, как разгорается в глазах неутомимого кохая огонь страсти. - Вжи-их...        Теперь можно было облегченно вздохнуть. Пряжка мягко коснулась бедра...