Клуб Кинолюбителей

Уже второй день как колотил противный дождь, видимо, не собираясь вовсе прекращаться. Кажется, сейчас он отражал состояние Виктора, который ощущал внутри себя пустоту. Такую вязкую, темную и бесконечную. Кто бы мог подумать, что всё из-за чертовой вещицы. Но только ли из-за неё? Виктор не спал вот уже какую ночь, он просто не мог этого сделать. Навязчивые мысли не покидали его, вгрызаясь всё глубже в мозг. Виктор толком не вставал с кровати, лишь только в туалет. Он был укутан в серый плед с ног до головы, лишь его лицо было видно из своеобразного кокона. Парню вновь захотелось по маленькому, поэтому встав с кровати, он пошёл по холодному деревянному полу, скрипя половицами. Было уже довольно поздно, около десяти часов, а отец всё не возвращался. Виктору даже было лучше от этого, он хотя бы не будет донимать парня. Зайдя в ванную, Виктор всё же немного раскрылся и сделав свои дела, подошёл к раковине. Включив холодную воду, парень помыл руки, после чего зачерпнув её в ладони, тут же плеснул в лицо. Оно горело, но почему, Виктор не понимал. Подняв голову, он увидел себя. Его некогда почти светящиеся волосы стали грязными и спутанными, торчащими в разные стороны. Глаза были красными и опухшими от слёз, а под ними большие мешки. Щёки были влажными, и казалось, можно было даже увидеть линию, как текли слезинки. Виктор вновь плеснул себе в лицо ледяной воды, дабы смыть это безобразие с себя. Но подняв вновь голову, он заметил позади себя мать. Галлюцинация? Парню определенно стоит поспать, но сейчас он застыл. Женщина улыбалась, лучезарно и так тепло. Виктор не смог устоять на ногах, он рухнул на колени. Из горла вылетел дрожащий хрип, а из глаза пошёл новый поток слёз. Ещё тогда он соврал Томасу об настоящей причине, почему он хранил ободок. Его мать не уходила из семьи. Она умерла пару лет назад. Каждую ночь образ женщины всплывал перед его глазами, убаюкивая парня, словно маленького. Сейчас её нет рядом. У Виктора нет людей, которые могут его полностью понять, выслушать и поддержать... или есть? Перед глазами всплыл образ его клуба. До этого у парня и друзей толком не было. А кто бы захотел дружить с таким, как он? Виктору хотелось сейчас пойти к кому-нибудь из ребят разрыдаться в плечо. Но нет. Он должен быть сильным. Сжав кулак, Виктор постарался подняться на ноги, но те его не слушались, предательски дрожа. И всё же, ему удалось это сделать. Глубоко вздохнув, он нормализовал дыхание. И посмотрев в зеркало, он более не увидел того опечаленного лица. Скорее хмурое.       — Я должен быть сильным. Вдруг раздался звонок в дверь. Виктор взглянул на часы - нет, это не отец. Он ещё не должен был прийти. Укутавшись в плед, Виктор вышел из ванной и пошёл в прихожую. Подойдя к двери, он убрал защёлку, после чего открыл её. И кого-кого, а Бенджамина он там увидеть не ожидал.       — Чего тебе? – в несвойственной ему злой манере спросил Виктор.       — Я, – Бен почесал затылок, отводя взгляд куда-то в сторону. – Я хотел бы извиниться. Я правда не знал, что этот ободок так важен для тебя... я узнал это от Беллара, когда мы случайно встретились и он чуть не побил меня снова.       — А стоило бы.       — Мне правда жаль. Я не такой говнюк, как ты думаешь. Да, я издевался над тобой так долго и сломал важную тебе вещь... Понимаю, ты меня не простишь. Но прошу, постарайся. Я не буду к тебе больше лезть, если хочешь, даже буду тебя защищать от других задир.       — Ничего мне от тебя не нужно, проваливай отсюда, – Виктор тут же захлопнул дверь прямо перед носом у задиры. Бенджамин три раза хлопнул глазами, не понимая, Виктор ли перед ним. За годы всех тех издевательств Виктор ни разу не проявил характера. Сам Виктор сейчас был зол, как этот урод вообще посмел сюда прийти и так легко извиниться? Да чтоб заслужить прощение, он должен как минимум умереть. Виктор прижался к двери и медленно съехал на пол, опуская голову. Нет, так это продолжаться не может. Раз уж он страдает, то не в одиночку. Вернувшись в комнату, Виктор взял телефон и набрал первый попавшийся номер - Юты. Она не взяла, как и Сара, Мимикью и Эмили. Следующим был Томас, и уже он взял.       — Привет, – дрожаще сказал Виктор. – Можешь прийти ко мне? Мне очень плохо.       — Мне тоже, – с горькой усмешкой послышалось на той стороне. – Родители меня наказали... через десять минут приду.       — Эй, постой, ты, – не успел парень что-то сказать, как Томас уже сбросил трубку. Виктор слабо улыбнулся, уже начав сомневаться, что парень не совершает глупых поступков. Он как-то рассказывал, что когда его наказывали, он вылезал через окно и по трубе спускался вниз, чтобы просто погулять с Кевином. Проблема была лишь в том, что это было пять лет назад, когда Томасу было двенадцать лет. Сейчас же ему семнадцать, и кажись, он совсем не собирается взрослеть. Отец вернётся через два часа, а то и позже. Правда Томасу придётся идти по полной темноте. Но и про это парень говорил, что он любит гулять ночью. Начиная с шестнадцати, он выбирался и редко гулял так, причем его ни разу не заметили, ибо парень ловко маскировался. Но почему остальные ребята не взяли трубку? Заняты? Спят? Вряд-ли. Решив спросить у них чуть позже, Виктор закрыл глаза. Сонливость уже появлялась, всё же он долго не спит. Но вдруг через мгновенье раздался стук в окно. Виктор встрепенулся и начав резко мотать головой туда-сюда, заметил в окне улыбчивую рожу Томаса. Облегчённо выдохнув, он подошёл и открыл окошко, впуская холодный ветер внутрь и не менее замёрзшего придурка.       — Для кого дверь придумали? – недовольно произнес Виктор.       — Ну извини, ух, – парень тут же стянул с себя промокшую кофту, после чего кинул её на пол, оставаясь в одной черной футболке, – мокренько.       — Ты замёрз? Может быть чаю?       — Нет, я ведь пришел сюда не чаи пить, – Томас сел рядом с Виктором. – Я пришёл составить компанию моему грустному другу. Из рта Виктора издался грустный смешок.       — Бен приходил, – тут Томас встревожился. – Извиниться хотел.       — Он всё же решился? – Виктор удивлённо взглянул на него. – Когда мы убирались в библиотеке, он извинился и передо мной. Не знаю, какая его муха укусила, что ему стало стыдно. Но если он перестанет лезть к тебе, будет очень хорошо.       — Спасибо... Кстати, а где ребята?       — Сам не знаю. Звонил, никто не взял трубку, – теперь они оба уже не знали, где остальные. Тем временем Бенджамин возвращался домой. Его волосы уже промокли и выглядели ужасно, да и сам он был подавлен. Кажется, его действительно задела эта ситуация. Шагая по мокрому тротуару, он всё время вдыхал запах сырой земли. Но ещё... он чувствовал на себе чей-то взгляд. В первый раз он списал это на "показалось". Когда всё повторилось, его это напрягло, словно множество глаз следовали за ним. Бена одолело сильное чувство паники, из-за чего он начал бежать домой как можно скорее. Пробегая мимо переулка, периферийным зрением он увидел какую-то фигуру с накинутым капюшоном на голове в нём. Продолжая бежать, Бен остановился, ибо увидел перед собой парня в такой же черной кофте и капюшоном на голове. Взглянув на лицо, он никого не узнал. Развернувшись, Бен начал убегать прочь. Ему пришлось забежать в подворотню, и не останавливаясь, он пробежал дальше, пока не увидел по обе стороны дороги людей. Со всех трёх путей к нему приближались люди, которых было около семи. Бенджамин уже начал кричать, звать на помощь, пока к нему не подошёл самый высокий человек и не толкнул его на землю. Бен задел мусорный бак, и теперь уже они вместе упали на холодный тротуар. Другой парень подошёл к Бену, и схватив его за воротник, тут же поднял и прижал к стене. Теперь Бенджамин мог лицезреть черные глубокие глаза. Но кто это был, он не понял.       — Если ты ещё на кого-то полезешь, тебе крышка, ты нас понял? – неизвестный пихнул Бена, который уже было успел умереть, заново родиться и снова умереть. Бенджамин тут же закивал головой. – Мы всегда видим тебя, так что не вздумай. Бенджамина отпустили, после чего парень упал. Щёлкнув пальцами, державший его начал уходить, а за ним и другие. Бен пытался понять, что это было. Народные мстители? Да нет, быть такого не может! К-сожалению, реальность была не такой, какой её представлял задира. Когда все семеро скрылись с этой улицы, то тут же поснимали капюшоны. Это были все участники клуба, широко улыбающиеся и довольные результатом. Конкретно толкнул его Беллар, а говорившим был Кевин, который увеличил тембр голоса.       — Вы его видели? Он в штаны навалил! – хохотала Юта.       — Мы не переборщили? – заволновалась Августина.       — Не, этот шакал заслуживал, чтобы его поставили на место. Как думаете, он перестанет ко всем лезть? – Кевин обратился к остальным.       — Даже если и будет, у нас есть запись, как он перестал быть крутым, – Сара с ехидной ухмылкой покрутила телефон с записью. – Скрытая съёмка - это моё всё.       — Темно уже, особенно в переулке. Точно всё видно? – спросил Мимикью, после чего Сара включила запись, глянула и кивнула.       — Слушайте, тут же неподалеку дом Виктора, может навести его? У меня тем более кое-что есть для него, – предположил Беллар.       — Да, давайте, – согласились все. Шли они недолго, минут двадцать. И подходя к дому, заметили, как там не горел свет. Августина и Мимикью предлагали не стучать в дверь, спит может, но всё не послушали. Стучал Кевин, и примерно через минуту дверь открылась. Но в проёме был не сам Виктор, которого ожидали все увидеть, а Томас, из-за чего у каждого глаза стали по пять копеек.       — Опа-па! – Эмили нагнулась и поставив руки на пояс, наклонила голову влево, сощурив глаза и посмотрев на Томаса. – А что мы тут делаем? Вдвоем. Наедине.       — Ты дура? – вполне резонный вопрос задал парень. – Что у вас за флэшмоб?       — Да так, Бена решили сильно испугать, я запись в беседу скину, – ответила Сара.       — Привет, брат, – наконец пожал Кевин Томасу руку. Они не виделись пару дней, для них это рекорд, и естественно друзья успели друг по другу соскучиться.       — Как там Виктор? – обеспокоенно спросила Юта.       — Заснул, он попросил меня прийти, ибо вы, господа, трубку не берете, а устраиваете свои приколы, – он одарил всех презрительным взглядом, из-за чего все синхронно пожали плечами.       — Его ж папаша в двенадцать ночи возвращается? – на вопрос Мимикью Томас кивнул.       — Пойдешь с нами домой? Ну, раз Виктор уже спит, – Августина заглянула в дом через плечо парня.       — Только это, Томас, – Беллар снял с плеча сумку, откуда достал склеенный ободок Виктора. Томас удивился и взглянул то на него, то на Беллара. – Я нашёл его в библиотеке, решил взять и починить. Вроде нормально вышло. Можешь оставить его Виктору? Кивнув, Томас взял ободок и тихонько прошёл в комнату парня. Виктор лежал на кровати, укутанный в плед, он наконец может поспать, спустя долгое время. Улыбнувшись, Томас пожелал другу спокойной ночи, после чего положил ободок на рядом стоящую тумбочку. Достав телефон, он написал ему сообщение: «Ждём тебя в клубе! Спасибо Беллару за то, что починил ободок! Восстанавливайся!». Взяв с пола кофту, парень тут же натянул её на себя. Уже уходя, Томас ещё раз взглянул на спящего, прежде чем выйти и закрыть дверь.       – Идём, – украв по сути у Виктора дубликат ключей, Томас вышел на улицу и закрыл дверь. Мысленно он пообещал себе вернуть украденное, когда Виктор придет в школу. Что же. Виктор наконец смог нормально уснуть, вдоволь настрадавшись в эти дни. Томас идёт по лезвию ножа, рискуя продлить себе наказание. А ребята смогли отомстить за своих друзей, заставив Бена перестать издеваться над остальными ребятами в школе. И если он не прекратит, видео сольют в сеть, тогда репутация задиры значительно снижается. Сегодняшний день был победой для всех. Почти всех, кроме Бенджамина, естественно.