Печенье с шоколадом

Антон сидел на скамейке около университета уже около десяти минут. Рядом с самим зданием собралось уже пара группок из студентов и таких же первокурсников как Антон. Парень лазил в своём телефоне, пока на скамейку, рядом с ним не сел другой парень. Антон поднял глаза на соседа по скамейке, и увидел парня семнадцати-восемнадцати лет, одетого в черные джинсы, такого же цвета футболку и белые конверсы, которые так любил Шастун. На глазах у молодого человека были солнцезащитные очки, а на земле рядом лежал огромный синий чемодан. Незнакомец тяжело дышал, пытаясь отдышаться от быстрого шага, которым он нёсся сюда. — Фух. — Парень тяжело вздохнул. — Ну и погодка, вроде конец лета, а солнце печет, будто в июле. — Молодой человек повернул голову в сторону Антона. — О, привет, я тебя не заметил, прости, если я тебя напугал. Антон не сразу понял, почему этот парень мог его напугать, хотя его действия, и то, как он себя ведёт, некоторым может показаться странным, но не Шастуну, он этого парня хорошо понимал. На улице была тридцатиградусная жара, и солнце действительно, словно в июле. — Ничего страшного, не напугал. — Антон улыбнулся уголками губ. — Ну и славненько, я Руслан Решник, кстати, но зови просто, Рус. Ты тоже первогодка? — Руслан протянул руку Антону в честь знакомства. — Я Антон Шастун, можешь называть Тоха, мне не принципиально. — Сказал Шастун и пожал руку новому знакомому. — И да, я первогодка. Руслан, пересев из своей разваливающейся позы, в обычную, посмотрел на одежду Антона. Парень был одет в белую футболку и светло-коричневые шорты. На ногах оригинальные коричневые конверсы. Подарок бабушки и дедушки на поступление. Может и странный, но парень давно мечтал о них, но они были слишком дорогие, а напрягать и просить у опекунов деньги на новую пару дорогой обуви он не хотел. Да и потом, когда увидел их подарок, был смущен и не хотел их принимать, но давняя мечта сделала своё. — Воу, ты выглядишь как какао, или какая-нибудь печенька. — Подметил Руслан. Антон сначала не понял, к чему парень это сказал, а потом посмотрел на свою одежду и смущенно улыбнулся. — Хах, я надеюсь это комплимент. — На что получил улыбку от Руса. — Я просто люблю коричневый цвет и его оттенки, он просто атмосферный что ли. А ты тогда…ммм, — Шастун задумался, что или кто может быть черного цвета. — Священник…? — Шастун неловко улыбнулся и поднял бровь. — Пфф, конечно. У меня за спиной три средних образования церковных школ, а так же каждодневные хождения в церковь. — Руслан сделал пафосное лицо, и зачесал уложенные волосы назад рукой, от чего они немного растрепались. Антон прыснул со смеху, от чего Руслан не смог сдержать улыбки. — А, ну тогда у меня за спиной фабрика, духовка и шоколад. — Ответил Антон. — Ладно, печенька, пошли к входу в универ, а то сейчас наш куратор придёт, а нас нет. А я не для того ЕГЭ сдавал, что бы в универ не попасть. Ты, кстати, на какой факультет? — Рус встал со скамейки и поднял с земли чемодан и вытянул у него ручку, что бы вести его по земле. Антон повторил его действия, но в отличие от Руслана, его чемодан аккуратно стоял рядом с хозяином, и парню оставалось лишь вытянуть у него ручку. — На международную журналистику. Ты куда? — Антон поравнялся с Решником и они, не спеша, потому что до здания рукой подать, направились в, дай Бог, светлое будущее. — Не поверишь. Тоже, только не на международную, а на спортивную. Антон посмотрел на Руса, подняв брови и улыбнулся, ведь действительно не ожидал, что его новый знакомый будет с ним в одной группе, и почти на всех парах. Это радовало, потому что Шастун не особо общительный человек, и заводить друзей ему трудновато, но он пытается переучить себя, потому что если он хочет стать журналистом, то ему надо будет общаться с людьми, а с социофобией это сложно. — Так это вообще круто. — Ответил Шастун Он действительно был рад, что уже с кем-то познакомился, и Решник на его взгляд очень веселый и крутой парень. У Антона в детстве было очень мало друзей, а если и были, то считать их лучшими было ошибочно, хотя бы, потому что с лучшим другом, ты можешь обсудить всё, он может заменить тебе всех, всю семью, всех друзей, с ним ты хочешь общаться всегда, не стесняясь сказать что-то лишнее. Антону этого не хватало. У парня были родители. Когда он был маленький, они с ним проводили всё своё свободное время, и этого было достаточно. Но потом, когда их не стало, друзьями для маленького Тоши стали бабушка и дедушка. Они заменили и друзей и родителей. И Антон не жаловался, потому что видел, что бабушка с дедушкой очень скучают по своей дочери и даже по зятю, хотя он им не особо нравился, но они приняли выбор дочери. Они не показывали этого внуку, но Антону пришлось слишком рано повзрослеть и узнать, что такое смерть. Он никогда не винил ни в чем родителей, а тем более бабушку и дедушку, потому что знал, что никто не хотел, что бы так вышло. На момент того, как это всё случилось, Антону было одиннадцать. Это происшествие очень плохо повлияло на его психику. Его родители всегда говорили, что он растет и развивается очень быстро, как физически, так и морально. И тогда, когда родители умерли, Антон очень долго не мог этого понять и принять, потом начал винить себя в их смерти, потому что ему казалось, что он был очень плохим сыном. И сколько бабушка с дедушкой бы ему не говорили, он считал, что он во всем виноват. Это продлилось два года. Он закрылся в себе, ненавидел себя и плакал по ночам. А днём корил себя, ведь он мужчина, он должен терпеть, а не плакать как девчонка. Где-то в двенадцать началось самое страшное. Его настигли панические атаки, мысли о самоубийстве заполнили всё пространство не только головы, но и комнаты, давя на подростковый мозг каждый день, всё больше и больше. Спустя год после смерти, Антон успокоился, но так казалось только бабушке с дедушкой. На самом деле, он ещё столько же не мог нормально жить. Он любил свою семью, и не хотел, что бы они сильно за него волновались, он сам всё переживет, он сильный, он сможет. Парень знал, что его родные уже не молодые, и если переволнуются, то может случиться, то же, что и с его родителями, а этого он уже точно не переживет. Когда его бабушка с дедушкой уходили на вечернюю прогулку, оставляя внука самого дома, ведь они ненадолго, парень срывался. Он плакал, беззвучно кричал, потому что не хотел, что бы его кто-то услышал. Ему было больно, Морально невыносимо. Он хотел умереть, но понимал, что не может оставить своих близких, они этого не переживут. Тогда он нашел выход. Заглушать моральную боль физической стало буквально его спасением. На протяжении года, запираясь в своей комнате, он доставал канцелярский нож из своего стола. До этого он там лежал сугубо в рабочих целях. Что-то порезать и отрезать, или вообще заточить карандаш. Потом же его применением стало резать кого-то. Сначала парень резал запястья. Неглубоко. Капельки крови просачивались сквозь маленькие царапины, но они были незначительными. Обработкой ран парень не занимался, максимум это промыть под водой, что бы смыть кровь. Было это зимой, так что прятать их не составляло труда, просто говорил, что ему холодно и натягивал свитера и кофты с длинными рукавами. Но потом пришла теплая пора, и носить свитера было невыносимо. На запястьях остались маленькие шрамы, но их было не видно, а если их кто-то и увидел, то парень отнекивался, говоря, что его кот на улице поцарапал. И все ему верили. И бабушка с дедушкой, хоть и смотрели беспокойным взглядом. Поняв, что парню больно до сих пор, а резать запястья уже вообще не вариант, он решил выбрать новое место для «удовольствия» которое ему приносили порезы. Этим местом стали плечи, а потом и ключицы. Антон носил футболки, которые хорошо закрывали его ключицы и плечи. Майки парень не носил. Но потом, когда родные заприметили что-то неладное, ведь их внук, в тридцатиградусную жару ходит в футболке по дому, а раньше даже зимой любил ходить по дому без верха. Шастун понял, что надо опять менять место, и этим местом стали бедра. А что, отличный вариант, больно конечно, но это и правильно. Парень всегда ходил в штанах или шортах, так что ничего заметно не было, и лишних вопросов никто не задавал. Конечно, шрамы от прошлых порезов остались и, причем глубокие, но сказав, что Антон, просто зашел в кусты с колючками, ведь его мяч улетел именно туда, и он поцарапал себе всё, было идеальной историей. До тринадцати лет, он резался каждый день, без зазрения совести, но в один прекрасный момент, у него в голове что-то щелкнуло, и он будто очнулся. Перестал резаться, перестал плакать, и понял, что его вины ни в чем нет. Хотя, нож далеко он не прятал и в очень сложные моменты позволял себе слабость. Бабушка с дедушкой были безумно рады смене настроения внука, потому что они понимали, что до этого всё было так же плохо. Антон начал читать книги и статьи. Ему это нравилось. Он прочитал гору литературы, даже ту, что задавали на лето. Так же он полюбил языки. У него всегда была к ним тяга. Английский он знал хорошо, учил ещё с четырех лет. Имел отличный акцент, но потом понял, что ему этого мало и начал учить ещё и французский Родные с радостью приняли его решение, и покупали внуку много книг на французском языке и о французском языке. Антона не очень интересовала сама страна, хотя он хочет когда-нибудь туда полететь, его больше интересовал сам язык. Он был нежный, красивый, его будто создали для влюбленных и признаний в любви. — Эу, Антох, ты чего? — Рус помахал перед лицом Шастуна. Антон сначала не понял, что случилось и где он, а потом вспомнил, что он стоит рядом со своим новым учебным заведение. Его мечтой детства. И его новый друг рассказывал ему о чём-то, но парень это прослушал. — А…– Антон, отмерев, посмотрел в глаза другу. — Ой, прости, я, кажется, всё прослушал. Ночью пока летел, не успел выспаться. Парень действительно не выспался в дороге, ведь предвкушение новой жизни не давало ему уснуть. Да и проснулся он рано, что бы успеть на самолет и не опоздать в ознакомительный день. — Ничего страшного, тебе баскетбол нравится? — Заглянул в глаза Шастуна парень. Антон сначала не понял, к чему вопрос, но решил ответить. — Ну, вообще нет, я не люблю спорт. — Ответил Шастун, пожимая плечами. Он не любил спорт и это очень хорошо видно по его дрыщавому телу. Он ненавидел облегающие вещи, потому что они обтянут его фигуру и все будет казаться, что он анорексик, но это не так, он просто такой высокий в маму с папой. — Ну, тогда ничего важного из моего разговора ты не упустил, хотя даже жаль, что тебе не нравиться спорт. В этом году набирают команду университета по баскетболу. Я жесть как хочу туда попасть. Да и ты своим ростом туда бы вписался, но к сожалению. — Парень сделал притворное грустное лицо. — Ну, Рус, поверь если бы я пошел, то я бы точно не смог нормально играть, во мне силы как в кузнечике, да и правил я не знаю. Спорт меня никогда не привлекал, а вот книги — другое дело.  — Это видно. — Решник осмотрел Антона с ног до головы с насмешливым взглядом. –Эй! — Шастун не сильно ударил друга в плечо. –Хах, да шучу я, шучу. — Руслан рассмеялся на такую реакцию семнадцатилетнего парня.  — Угу, конечно. — Антон поджал губы, но это было лишь для вида, он знал, что Решник не хотел его обидеть. — Ну, Тося-я-я. — Рус посмотрел в глаза Шастуна взглядом кота из «Шрека». На такое обращение Антон лишь сложил брови домиком. Он, конечно, сказал, что бы парень называл его, так как хочет, но такого он ещё не слышал, хотя Шастун, то и не против. Они стояли рядом со ступеньками возле главного входа в здание. Через пару минут, на ступеньках появились преподаватели, которые попросили студентов, определённых факультетов, подойти к ним. На ступеньке посередине стоял не высокий мужчина, в рубашке и пиджаке, с небольшой лысиной на голове. Он громко говорил о том, что бы студенты жур. фака. подошли к нему. Поняв, что Руслан и Антон студенты именно этого факультета, они подошли к мужчине. Вместе с ними в кругу, в центре которого стоял куратор, было ещё человек тридцать. — Всем доброе утро. Меня зовут Станислав Владимирович, я куратор факультета журналистики и педагог по журналистскому мастерству. Сейчас мы должны выбрать старосту, потом я дам ей или ему свои контакты, он или она создаст группу и будет туда скидывать всё необходимое. Потом я проведу небольшую экскурсию по университету, номера кабинетов и предметов так же вышлет староста вместе с расписанием, а теперь вопрос. Кто хочет быть старостой? Антон с Русом переглянулись взглядами а-ля «чур, не я» и опять посмотрели на Станислава. Из толпы стала видна поднятая рука. Рука была женская, и хозяйка этой руки была явно низкая, потому что видна она стала не сразу. Куратор увидел претендентку на роль старосты, и подозвал её чуть вперёд.  — Здравствуй, как тебя зовут. — Станислав по-доброму улыбнулся девушке, будто она маленький ребенок. Хотя так оно и ощущалось, ведь куратор был выше её на голову, а Шастун чуть ли не на две с половиной. Рост у Антона почти два метра, а у девушки где-то сто шестьдесят сантиметров. Рус в принципе тоже не отставал, он был чуть выше преподавателя, где-то сто восемьдесят пять сантиметров, собственно для команды по баскетболу он хорошо подходил.  — Здравствуйте, меня зовут Юлия Смоленская, просто Юля. — Девушка улыбнулась всем студентам, стоящим в кругу. Посмотрев на неё, можно сказать одну фразу «Солнышко неформал». Девушка была очень добрая и веселая, а неформал, потому что волосы у неё были с розово-фиолетовым градиентом, сами они были до лопаток, одета девушка была в черные брюки-карго, белая футболка с каким-то странным черным рисунком и белые джорданы. Стиль у неё был схож с Русом. Антон конечно предпочтение отдавал теплым оттенкам коричневого, желтого, бежевого, оранжевого цветов. — Слушай, а девчонка-то, красивая. — С улыбкой посмотрел на девушку Решник. — О-о-о, ты уже на неё запал? — Посмотрел, в сторону друга, Антон ехидным взглядом. Руслан посмотрел на него непонимающим взглядом.  — Шаст, она подходит мне только в качестве младшей сестренки, но не как ни девушки. — Ответил Решник с серьёзным выражением лица. — Ого, ну-ну. — Ответил Шастун, улыбаясь такой реакции. Их разговор перебил куратор, сообщая студентам, чтобы они сейчас одним строем пошли смотреть экскурсию, а потом новоиспеченная староста попросит дать контакты каждого. На этих словах педагог развернулся и пошел внутрь здания. Внутри университет обладал просто невероятной архитектурой. Такие места всегда манили Антона. Они были эстетически красивые и атмосферные. Экскурсия прошла действительно быстро. Показав кабинеты и этажи, Станислав, пожелал студентам удачи и попрощался. Староста, как и должна, была, спрашивала контакты.