Чай от одиночества

Допивая горячий чай с чабрецом, Итан устремляет свой взгляд далеко за горизонт. На улице достаточно холодно, но плед и горячая чашка чая с собой, меняют ситуацию в корне. В последнее время жизнь течёт так быстро, что иногда не остаётся даже и секунды времени, чтобы провести его наедине. Удовольствие, которое они все получали на сцене, ни с чем не сравнить, но усталость, к сожалению, тоже никуда не деть. К большому счастью (как казалось в самом начале) эта неделя оказалась полностью свободной от каких-либо важных дел, да и работы в принципе, но появилась одна огромная проблема, которая не давала спокойно жить уже как минимум два дня. Ему ужасно одиноко. Одиноко спать на кровати, не чувствуя тепла от другого тела. Одиноко завтракать, не слыша бряканье других вилок, и перепалок, по типу: кто съест последний йогурт в холодильнике. Итан уже несколько раз хотел бросить всё это, и позвонить хоть кому-нибудь, чтобы кто-то смог составить ему компанию, но также он не хотел навязываться, тем более во время их законной недели отдыха, поэтому идея со звонком всегда отходила на второй план. Руки уже почти опустились, и всё что ему оставалось — переждать эти чёртовы семь дней как можно скорее. Тем временем на улице начался дождь. Итан обожал его. Ещё с самого детства, когда он со своими сестрами резвился под каплями воды, убегая от мамы, которая звала его обратно в дом. Любовь к сему прекрасному природному явлению никогда не покидала его, до сих пор он с таким же удивлением наблюдает за громом и грозой, когда те вступают в свой черёд. На балконе стало слишком прохладно, поэтому было принято решение покинуть это волшебное место, хотя бы на время грозы. Заболеть в это время ему крайне не хочется. Зайдя в комнату, на столике рядом с кроватью зазвонил телефон. Не смотря на экран, он решает поднять трубку, откуда сразу слышится до боли знакомый голос. — Ит, я сейчас еду к тебе. До дома мне далеко, а на улице грёбаный дождь с грозой, — предупреждая, говорит Дамиано, чересчур эмоционально ругаясь на погодные условия. — Хорошо, Дам, жду тебя, — отвечает Итан, и чуть ли не танцует от счастья, которое внезапно настигло его. Проблема решилась сама собой, что даже удивительно, ведь обычно всё не так просто. Но сейчас он просто рад всем обстоятельствам, которые повлияли на весь исход событий. Дамиано позвонил минуты три назад, а это значит что максимум через десять минут он будет на месте. Итан решает поставить чайник, ведь тот скорее всего замерз. Спустя пару минут стук в дверь отрывает от приготовления ароматного чая, и Итан уже на всех порах мчит к входной двери, поворачивая замок. — Ты прикинь, я только вчера купил Мартинсы, а они уже в говно, — залетает Дамиано, даже не поздоровавшись — И тебе привет, — говорит Итан в спину, убегающего на кухню гостя. Дамиано, прямо как кот, которому несут еду, уже успел прибежать на кухню, принюхиваясь к аромату лимона и корицы. Итан знал как сильно тот любит чай, прямо, как и он сам. Поэтому они частенько проводили время вместе за чашкой горячей, ароматной жидкости, и просто наслаждаясь невероятным вкусом. Ещё и погода располагала к очередной посиделке. Тем более только вчера он закупил разных трав и пряностей, как будто бы знал. — Черт, Ит, как же охеренно тут пахнет… И как ты умудряешься делать настолько вкусный чай?! — серьезно задавшись вопросом, Дамиано ждет откровенного ответа, причем желательно с подробным объяснением. — Да я даже и не знаю... Просто люблю это делать, думаю в этом и заключается весь успех, — совершенно искренне пояснил Итан. Дамиано немного призадумался, отведя глаза куда-то в сторону. — Ладно, неси уже свой чай. Около часа они разговаривали на абсолютно разные темы, поэтому пришлось еще несколько раз бегать за добавкой. На улице тем временем продолжал беспощадно хлестать дождь. Оба отметили, что дома в такую погоду сидеть очень уютно и комфортно. Итану как никогда было спокойно. Присутствие родного человека рядом побеждало его тревогу, поэтому он просто напросто наслаждался этими мгновениями, пусть которые продлятся и ненадолго. Мелодия чужого телефона на диване потревожила атмосферу. Дамиано быстро подскочил и сбросил звонок, обернувшись к другу. — Итан, я тут подумал… Можно я останусь у тебя ещё на день? Я пойму, если ты не согласишься, но мне ужасно тяжело жить одному. Даже вдохновение всё куда-то пропало. Дамиано с надеждой уставился на Торкио, а тот только улыбнулся и рванул к тому, сильно сжимая в объятии. Давид несколько опешил и с удивлением уставился на Итана. — Ты не представляешь, но я тоже хотел предложить тебе остаться у меня ещё тогда, когда ты только пришёл, — разрываясь от счастья выговорил Итан, всё ещё сжимая руки вокруг чужих плеч. — Я думал позвонить ещё несколько дней назад, но не хотел навязываться. Мне было чертовски одиноко без вас... Без тебя… От переизбытка эмоций, на щеках проступили мокрые капли. Стараясь быстро убрать их с лица, Итан только больше растер их. — Тише, тише. Я с тобой. Дамиано обхватил разгоряченное лицо своими руками и большими пальцами аккуратно стал убирать остатки слёз, оставляя после них лишь чуть влажные дорожки. Итан вскоре успокоился, но руки друга всё ещё крепко обхватывали его тело. За это время они уже успели переместиться на диван, голова Торкио сползла куда-то на плечо и мирно оставалась там минут пять так точно. Вспышка молнии показалася совсем рядом, и тут же раскат грома подтвердил силу природного явления. Через несколько секунд во всем доме погас свет. Итан инстинктивно подорвался к электрическому щитку, ибо пропажа света была частой проблемой, но сильная рука остановила действие и потянула на себя. Через мгновение Итан снова сидел на диване. Дамиано почему-то оказался настолько близко, что по коже пробежала стая мурашек. Давид перемещает свои руки куда-то за его волосы и Торкио оказывается в пленительных объятиях. В это время мягкие губы нежно касаются его поджатых губ, и Итан решает поддаться этим чарам. В доме темно, не видно абсолютно ничего, но это сейчас отнюдь не важно. Важно чувствовать запах лимона и корицы на чужих губах. Важно слышать звон дождя и грома за окном. Важно быть вместе, вопреки всем обстоятельствам, даже если те не позволяют.