Вдохновение

Давайте начнём наше повествование как сказку, что читают матери дочерям, о любви принца и принцессы. "Начало" В одном небольшом городе, расположенном в плодородной долине, жила-была красивая девушка. Она жила в красивом домике, с опрятным садом, выходящим всём своим цветущим существом на улицу. Пышные цветки роз так и норовили выскочить за пределы ограды, но могли лишь опираться на её твёрдую чугунную сетку. Прохожие часто останавливались насладиться нежным ароматом и чудесной лёгкостью множества лепестков роз. Дамы, зачарованные этой прелестью, непременно восхищались дивным садом и гадали, кто же хозяин этого белокаменного дома, расположенного на углу улицы. Мужчины лишь мимолетно любовались, отправляясь дальше своей дорогой. Двухэтажное здание, которому принадлежал цветник, каждый теплый день источало приятнейшие для ушей звуки. Из окна на втором этаже лился поток лёгкой, воздушной музыки. Чьи-то умелые пальцы, играющие в доме, мягко стучали по клавишам пианино, иногда ускоряя темп, иногда замедляя его, мелодия становилась то подобна "лунной сонате", то более весёлой и радостной, и один сюжет более никогда не повторялся. На умелого музыканта никто не жаловался. Музыка, приносившая разнообразие в скучную обыденность, не вызывала раздражения. Она успокаивала душу, была простая, но прекрасная. Людям разных понятий она ласкала слух. Впервые инструмент зазвучал в середине апреля прошлого года, одним теплым днём запев вместе с щебечущими птицами. С тех пор музыка редко замолкала, отсутствовала лишь редкими днями и в холодные времена, начиная с октября. В остальное время, почти каждый день, всегда с десяти часов утра до одиннадцати, или, бывало, до двенадцати, кто-то играл на втором этаже белокаменного дома. "Золотая середина" Люди наслаждались произведениями недавно переехавшего, ещё неизвестного публике музыканта. Кроме одного. Этот человек старался поспеть к концу Лиловой улицы к десяти каждый день. Он занимал скамейку неподалёку, где была слышна мелодия, доставал из-под тонкой весенней куртки небольшую записную книжку и карандаш, и, когда после короткого нетерпеливого ожидания начинали звучать первые аккорды, погружался в своё дело с головой. Он не только наслаждался музыкой, она служила ему вдохновением, музой, не имевшей внешнего обличия. Эти звуки пробуждали в нём давно забытые эмоции, заставляли творить, вернуться к старой профессии. Этот человек - ныне рабочий, прежде - художник, думал о возвращении к старой деятельности. Однажды в начале мая, он, гуляя по Лиловой улице (имевшей такое название из-за росших здесь насыщенного фиолетового цвета слив), услышал мягкую мелодию, что заставила его идти быстрее, желать узнать, что же там. Дойти до конца улицы оказалось не проблемой, но где же музыкант?! Источник звуков был где-то рядом. Художник мотал головой из стороны в сторону, а, обернувшись, заметил открытое окно на втором этаже белокаменного дома. "Должно быть, оттуда доносится музыка" , - подумал Художник, но зайти опасался. Ухоженный сад и большой красивый дом выдавали в хозяевах богатых людей. Решив не доставлять себе проблем, Художник присел на скамейку неподалёку и достал из-за пазухи смятую тетрадку. Отвыкший от карандаша, он делал только косые наброски того, что видел: улица, дома, прохожие. Музыка ненадолго вовлекла его к размышлениям. Голову Художника заняли думы о Боге, его существовании. И, абстрагировавшись от остального мира, он неосознанно нарисовал распятого на кресте Иисуса. Отчего-то на душе неожиданно стало легче. Позже он несколько дней вновь приходил к этому белокаменному дому, откуда веяло музыкой, что приносила ему идеи и вводила его в тяжёлые думы о предстоящем будущем. "Конец" Неделю тому назад Художника прогнали со стройки. Сейчас он жил на отложенные деньги, что должны были быть предназначены ранее на покупку красок. Но и эти счета заканчивались, так что нужно было снова искать работу. У Художника, захлёстнутого вдохновением от музыки пианиста, появилась идея вернуться к старому делу, однако он всё ещё был полон сомнений.