BE:Новые крылья [может измениться]

- Мы должны определиться с темой для проекта! – хлопнув книгой по столу, сказала серьезно подошедшая к столу Виола. Прошло несколько дней с их знакомства, за которые Рафаэль еще лучше узнал девушку и был действительно рад, что она подошла в тот день познакомиться с ним. У них было много общих вкусов, из-за чего общение складывалось легко. На данный момент Нова сидел в их факультетской библиотеке, готовя задание к следующей паре. Кроме профильных предметов, были и общие – такие как математика, язык, литература и история. От последней парень особо хотел стонать и хвататься за волосы. Им вела женщина уже бальзаковского возраста, которая уходить на пенсию явно не собиралась. По теории парня ее излюбленным занятием было выпиливание мозгов несчастных студентов. Виола была уверена в том, что только тут, в институте, ведя скучные пары по истории она могла эстетически полюбоваться на красивых мальчиков. - Да ладно, а кто-то несколько дней назад говорил, что мы можем не торопиться – времени у нас навалом, - усмехнулся Рафаэль, отрываясь от учебника по математике, смотря на свою подругу. Сегодня она была одета в готический наряд, в которые были вклинены яркие оранжевые части. Вообще Виола любила сочетать разные цвета в своих нарядах, при этом все, что надевала девушка, смотрелось на ней хорошо. Черное готическое короткое платье, прикрывающее полбедра, оранжевые лямки, множество браслетов на руках разных оттенков оранжевого, обруч с кошачьими ушками, тяжелые черные ботинки на высокой платформе, а также яркий оранжевый рюкзачок. - Да, Рафи, времени у нас навалом, но, дряные панталоны мисс Патиссон! Наши одногруппнички уже начали забивать темы, а они повторяться не должны. Чтоб не остаться с хреновой темой, нам нужно поспешить забить что-то годное, - недовольно сказала брюнетка, садясь напротив парня. По виду девушки Раф понял, что сегодня уже недоделает математику. Не с серьезно настроенной Виолой Саливан. Вздохнув, парень закрыл тетрадь, оперев подбородок на ладонь. - И, твои идеи? Не котиков же нам снимать. - Эту тему уже взяли, - быстро парировала девушка, просматривая что-то в своем телефоне. - Да ладно, кто-то взял такую тему для проекта, и мистер Уолтерс ее одобрил? - Ну, вроде как, ее взяли Софи и Лили, - задумчиво протянула Виола, Раф слегка нахмурил брови. - Кто это? – девушка закатила глаза, усмехаясь. - Просто забей, тебе, видимо, это информация не к чему, раз ты не заметил самых тупых дурачек в нашей группе, - что правда, то правда. Блондин не сильно обращал внимания и интересовался своими другими однокурсниками. Ему вполне хватало общества подруги. - Оке, мы отвлеклись. Что на счет темы? Я так ничего не нашел пригодного. - Мммм, о! Нашла! Я подумала, что было бы неплохо сделать сборник с упором на наш институт. Типа, воу, мы такие крутые патриоты и… - Ты выбрала Палмонт, потому что тебе понравилась цветовая расцветка, - перебил Рафаэль, брюнетка шикнула, сверкнув глазами. - Тщ, Рафи. Может, изначально так и было. Но за эти несколько дней я успела преисполнится духом института и душой полюбить его! – воодушевлено вещала девушка, в ответ на что парень скептично хмыкнул. – Так, не перебивай. Я тут тему предлагаю, вообще-то. И так, вот. Чем известен наш институт, кроме гигантской истории, про которую любит вещать наша скучная историчка? Нова серьезно задумался, вспоминая, что он слышал про Рузвельтовский Институт. - Хор? – девушка хитро и довольно улыбнулась, покачав головой. - Хм, - что может быть еще? Тут до Рафа дошло. Да быть того не может. Она же не собирается выбрать ЭТУ тему для ИХ проекта? Не может же? Парень с опаской спросил. –Ты же не хочешь сказать, что… - Вижу, что до тебя дошло, друг мой, - победно улыбнулась девушка, в ее глазах горел тот самый опасный огонь воодушевлённого творческого человека, которому в голову пришла очередная безуминка. - Это банально. - А вот и нет. На самом деле, фотографии в движении самые сложные, поэтому не каждый согласиться снимать спортсменов. - Я уверен, что кто-то уже взял эту тему, - с уверенностью заключил блондин. - Эта тема свободна, - мистер Уолтерс сидел в преподавательской за своим ноутбуком, попивая из черной чашки с надписью «If you want to pass the session, bend over» (пер. «Хочешь сдать сессию – нагнись»), когда Раф с Виолой подошли к нему с вопросом по теме. Ничего лучше, кроме спорта, они не нашли. Услышав слова преподавателя, брюнетка засияла. – Это достаточно непростая тема, как для первого курса. Но интересная. Советую взять вам какой-то определенный вид спорта, популярный в нашем институте. У вас будет однозначно много возможностей и материала для своей работы. - Берстинг, - быстро выпалила Виола. - Да ну, нет, - тут же ей возразил Рафаэль. Только не хватало делать первым своим проектом его увлечение, которым он уже никогда не сможет заняться, никогда не сможет выйти на то поле. - Почему же. Наша команда по берстингу действительно самая популярная из всех спортивных секций. Кроме того, это самый сейчас трендовый вид спорта, - сказал мужчина, поворачиваясь к ребятам, откладывая свою намекающую чашку. - Всем известно, что стадион команды – закрытая зона, кроме матча. Никто, кроме команды клуба, не может присутствовать на тренировках по берстингу, - со знанием дела возразил Раф, сцепляя руки на груди. Мистер Уолтерс кивнул. - Да, это действительно так. Но, это не отменяет того, что вы можете сперва поговорить с куратором или тренером команды. Даже скажу вам больше: куратор команды по берстингу – преподаватель с факультета литературы, вы можете его найти в нашем корпусе и поговорить. Думаю, если вы скажете, что это будет ваша практическая работа, профессор Исаму не будет категоричен к вам, - блондин нахмурился. Не хотел он сталкиваться со своей прежней жизнью, бредить еще незажившие раны. А смотреть на игру, которая была твоим смыслом жизни со стороны, никак не участвуя в ней – болью отдавалось в правой руке. - Мы не…, - не успел парень отказаться, как почувствовал, как за его рубашку потянули вниз, он опустил взгляд на Виолу. Девушка просяще смотрела на него, в карих глазах отображались грусть и надежда. Как можно отказать этой вечно веселой девушке? Тем более, когда она принимала Рафа таким, какой он есть, уважая его нежелание говорить о своей руке. Он знал, что брюнетка была фанаткой берстинга, она смотрела турниры и матчи. И знала каждого игрока их сборной назубок, даже их вкусы и предпочтения. Парень нервно встрепал волосы на своем затылке, выдыхая. - Ладно, мы берем эту тему. Как, вы сказали, зовут куратора нашей сборной? Мистер Исаму? – сдался Нова, не желая расстраивать свою новообретенную подругу, он видел, как она светилась от счастья, энергично переступая с ноги на ногу. - Верно. Тогда я вас записываю. Если у вас возникнут трудности со сьемкой, можете смело обращаться ко мне – я открыт для разговоров. Тема у вас непростая, - мужчина с одобряющей полуулыбкой повернулся обратно к столу, внося в список с темами их. – Вы сможете найти куратора в аудитории 415. Думаю, у него еще рабочий день на факультете. Если не найдете, идите на факультет литературы – вас скоординируют. Идя на четвертый этаж, Рафаэль обреченно думал о том, что от судьбы убежать нельзя. Нужно было выбирать институт с хреновой командой по берстингу, чтоб точно никак не вникать в него. Но уже ничего не поменяешь. Не переводиться же в другой институт из-за этого? Родители, конечно, примут любой его выбор, но прощаться из-за этого с Виолой не хотелось. Идущая рядом девушка аж подпрыгивала на своих-то тяжелых ботинках. Он знал, что, рассказав ей раньше о себе и своей травме, она бы вообще отказалась произносить слово «берстинг» в его присутствии. Саливан была преданным и чутким человеком. Они добрались на четвертый этаж, тут было тихо и пустынно – не удивительно, так как в это время в основном были консультации, пары закончились полтора часа назад. На двери 415, кроме номера аудитории, весела еще и табличка «Кабинет японской литературы». Ребята переглянулись, стоя перед дверью. Нова легонько постучал и после аккуратно нажал на ручку, проверяя открыто или нет. Та легко поддалась, и парень заглянул. В большой светлой аудитории за кафедрой сидел темноволосый мужчина с суровым лицом, он заполнял какие-то бумаги. Услышав, что дверь открылась, он даже не поднял взгляда. - Здравствуйте, профессор Исаму, можно к вам зайти по вопросу? – подал первым голос Раф, склоняя голову в бок. За ним в аудиторию заглядывала и Виола, с интересом осматривая незнакомый кабинет. Он был таким же, как и те, в которых учились они. Исключением было то, что в конце класса стояла огромная полка с книгами, на стенах висели незнакомые девушке портреты людей, а также таблички с цитатами, прочитать которые было невозможно – они были написаны иероглифами. Профессор, услышав вопрос, тут же обратил внимание на студентов. Его серьезные черные глаза, под которыми проглядывались синяки от недосыпа, очень пристально смотрели на ребят. Будто попал под рентген. Рафаэль почувствовал, как по его спине пронесся холодный пот. Если куратор Исаму смотрит так постоянно, стремно представить, что же будет, когда он в гневе или ты провинился. Мысли парня прервал низкий холодный голос, который заставил пройтись по копчику спины стадо мурашек. - Проходите, - вновь уже не так уверенно переглянувшись, ребята зашли, прикрывая за собой дверь. Пока они шли от двери до кафедры их не отпускал взгляд черных глаз профессора. Неловко остановившись возле кафедры, они замерли в нерешительности. - Я не помню вас на своих парах, - таким же тоном, что и раньше произнес мужчина. Какая пугающая память, он что помнит всех, кто когда-либо ходил к нему? Слово взяла брюнетка, хоть ее голос и был уверенным, Нова знал, что ей тоже некомфортно под взглядом этого преподавателя. - Да, мы, эм, студенты с факультета фотографии, - если Исаму и удивился, его выдала лишь слегка приподнятая левая бровь. Виола продолжила: - мы бы хотели сделать сборник фотографий по команде берстинга, в качестве своей практической работы. - Понятно, садитесь, - ребята тут же переместились на первую парту, что была ближе всех к кафедре. Мори Исаму сцепил руки в замок, кладя подборок. Выражение его лица практически не менялось. Его тонкие губы, светлая кожа и черты лица указывали на то, что он был японцем. Мужчине не было явно и 35 – он был привлекательным, его черная рубашка скрывала хорошо сложенную фигуру, из-под воротника на шее выглядывала часть татуировки. Возле аудитории ушивалась бы куча студентов, если бы не аура, исходящая от него, заставляющая прислушиваться и невольно бояться этого человека. – Вы можете сделать фотографии на матчах команды. - Да, но мы бы хотели еще дополнить фотографиями из тренировок, - перенял эстафету разговора Раф. - На тренировке могут присутствовать только члены клуба. «Посторонним запрещено без оговорок быть на стадионе – это правило нашего клуба», - сказал, как отрезал, брюнет. Виола разочаровано вздохнула. - Неужели совершенно никак? Мы не собираемся публиковать где-либо фотографии, распространять информацию о тренировке или игроках. Нам даже не обязательно близко подходить к игрокам, или снимать видео. - Даже так. После нескольких инцидентов в прошлом было введено это правило, а также система безопасности и охраны, - категорично возразил Исаму. Брюнетка поникла, смотря на сложенные руки на своих коленях. Рафаэль ловил на себе взгляд преподавателя, не понимая, почему тот смотрит на него. Он же не мог его узнать? Не должен был. После напряженного молчания брюнет продолжил. – Впрочем, есть один вариант. Виола тут же подняла голову в надежде, а парень почему-то предчувствовал, что ему этот вариант не очень сильно понравится. Точнее вообще не понравится. - Ты, - мистер Исаму явно обращался к блондину, - можешь стать менеджером клуба. У нас как раз пустует это место после ухода четвертого курса. Как член клуба менеджер обязан быть на всех тренировках, выездах и даже отдыхе. Конечно, просто так только фотографировать нельзя – нужно еще исполнять свои обязанности. Кроме того, вступив на этот пост, уйти с него можно только после третьего года. Вы же первогодки? – ребята на автомате кивнули. А после парень осторожно спросил. - Почему вы предлагаете только мне быть менеджером? На сколько я знаю, командам разрешено иметь 3 менеджера, - Саливан тоже кивнула на этот вопрос, смотря с интересом на мужчину в ожидании. - Да, это так. Однако, несколько лет тому назад внесли одну приписку. Ничего личного, - Исаму кинул взгляд на Виолу. – Мы не берем в менеджеры девушек. - Эм, разве это не дико? У многих, если не всех команд по берстингу, именно девушки занимают этот пост? – изумился парень, до конца не понимая. - Верно. Однако, это сделано, потому что на плечах менеджера висит большая моральная нагрузка по профилактике наших игроков. Девушки не могут присутствовать в раздевалке по понятным причинам, именно менеджеры помогают в закреплении экипировки. Сами понимаете, что бывает, когда представительница прекрасного пола помогает парню с разбушевавшимися гормонами. - Но, - сглотнул слюну Раф. Ему не нравилась перспектива не просто делать проект на эту тему, но и связать свою жизнь на три года снова с берстингом. Это значит, что он столкнется со своими старыми товарищами по команде, с кем были порваны отношения. Парень указал на правую руку в экзоперчатке, - я не могу перетаскивать тяжелые вещи. - Тебе и не придется. В тои обязанности будет входить: помощь в подготовке экипировки, других вещей для игры и выезда, помощь тренеру в ведении журналов и наблюдении за самочувствием игроков, их моральной подготовленности и помощь при разминке, проведении тренировки. Там не нужны особые физические навыки, - разъяснил Исаму, испытывающее смотря парня перед собой. Команде нужен менеджер. Им приходилось сложно без дополнительного человека – на тренере и самом кураторе оказалось слишком много обязанностей, из-за которых они не могли уделить достаточное внимание игрокам. А ведь в этом году поступило несколько многообещающих парней, с припиской – проблемных. Блондин, сидящий сейчас перед Мори, идеально им подходил. Рафаэль хотел все равно отказаться, не ввязываться во все это. Не хотел давать себе еще больше поводов страдать от невозможности играть. Ему не хотелось видеть что-либо о своей прежней жизни. Он целый год всячески избегал напоминаний о берстинге. Переключал новости, быстро перелистывал ленту, когда там было что-то о его увлечении, полностью перестал как-либо отвечать на сообщения бывших товарищей по команде в социальных сетях. Перешел на домашнее обучение, забирая документы со школы. Сменил номер телефона с переездом в совершенно другое графство. Было ли ему совестно за игнорирование бывших друзей и знакомых? Нет, после одного инцидента в больнице – он решил удалить любое напоминание о своем участии в берстинге. Он выкинул форму, которую ему оставил тренер, все награды и фотографии, плакаты собрал в одну коробку и отдал родителям, сказал им сделать что угодно, но чтоб он больше никогда в жизни не видел эту коробку. А теперь ему предлагают снова влиться в эту жизнь с другой ролью. Снова связать свою жизнь с тем, от чего он отчаянно бежал. Он не мог пойти на это. Вновь дышать этим воздухом – лишь мысль вызывает горячую волну боли в груди. - Как тебя зовут? – резко задал вопрос куратор клуба Палмонт, нарушая тишину. Он видел, что парень хотел отказаться, в его глазах было что-то большее, чем нежелание просто участвовать в этом. Исаму был наблюдательным и проницательным человеком. Он не был бы «Ужасом Палмонта», если бы не мог увидеть проблему, в ком-то из игроков их команды. Этот блондин был надломлен и стоял на той грани, зайдя, за которую можно потерять полное желание к жизни. Кто, как ни Исаму, знал, что это такое. Парень не был плохим, это сразу видно, и почему-то ему хотелось помочь разобраться в себе. - Рафаэль Нова. - Рафаэль. Конечно, наша команда – не идеал. Они еще те малолетние придурки со своими тараканами в голове. Бывают шумными, проблемными, надоедливыми, но каждый из них – из тех ребят – готов убить за своего товарища по полю, даже если они и готовы загрызть друг друга вне игры. Они часто чуть-ли не кидаются друг на друга. Но, поверь мне, они крутые игроки и не конченные мудаки. Не отказывайся, не попробовав. У тебя есть шанс найти семью, потому что по-другому у нас не бывает, - мужчина достал бумагу из шкафчика своей кафедры, проходя к сидящему блондину. Кладя, перед ним бланк регистрации на пост менеджера команды. – Как надумаешь, приходи с заполненным бланком ко мне. Я буду ждать. - Почему ты хочешь отказаться от предложения мистера Исаму? – спросила Виола, идя рядом с Рафом по парку института. Они возвращались домой, несмотря на то, что пары уже давно закончились, в институте не было пустынно. Многие оставались после пар для институтской деятельности –дополнительные курсы, клубы. Нова медленно шел по аллее, сжимая левой лямку рюкзака. – Это же так круто – быть менеджером нашего клуба по берстингу. Можно не только с первых рядов смотреть за играми, но и ездить вне города не только по делам, но и просто по отдыху. - Я раньше играл в берстинг, - выпалил блондин, выдыхая. Он мог, конечно, сейчас выдумать какую-то отмазку, но … он не хотел терять доверие девушки своим враньем. За это время, что они провели вместе, он успел привязаться к ней и привыкнуть к ее быстрому тему речи, шуткам, беседам о выпусках очередного сериала-которого-конечно-же-Раф-не-смотрел. Просто к ней. Почему-то Нова был уверен, что они смогут пройти через многое вместе, поддерживая друг друга. Парень повернулся к брюнетке, чтоб увидеть ее реакцию на сказанное. Виола удивленно посмотрела на Рафа в ответ, а после недолгой заминки аккуратно спросила. - Твоя рука? - Да, я ее повредил вовремя одной игры, как и колено левой ноги. Я больше никогда не смогу играть профессионально, - кивнул блондин. Саливан поджала нижнюю губу. - Ох, Рафи. Мы можем взять любой другой вид спорта или даже другую тему. Я не буду заставлять тебя заниматься тем, что может тебя расстроить, - девушка легонько прихватила своими пальцами мою правую руку в перчатке и сжала. Я улыбнулся. Мы продолжили идти дальше в молчании. Оно не было каким-то напряженным, наоборот – его не хотелось нарушать.

…

- ТЫ СОГЛАСИЛСЯ?! – выкрикнула Виола, подскакивая на ноги, услышав новость о том, что парень таки подписал заявление. Прошло несколько дней с того момента, как парню предложили занять должность в клубе по берстингу. Девушка сложила руки в боки, смотря с прищуром на друга, нависая над ним. Раф же расслабленно сидел на траве, опираясь на задние руки. Прошли выходные, за которые бумага на пост менеджера постоянно мозолила глаза Рафаэлю. Лист лежал на его рабочем столе, и каждый раз парень цеплялся взглядом за него. Он хотел разорвать его, выбросить, убрать и никогда не видеть – также, как и все, что имело связь с игрой. Ему вполне хватало постоянных кошмаров, которые напоминали о том, что он утратил. Но при этом что-то мешало избавиться от заявления. Возможно, это были слова Исаму, которые запомнились. Обрести семью по духу, найти себя там, где он мог бы быть собой, наслаждаться тем, что он делает. Внутри шла борьба между совершенно различными желаниями и эмоциями. С одной стороны – зачем связывать себя с тем, что приносило тебе боль. С другой – это был шанс измениться, наконец-то идти дальше. Возможно, ему понравится помогать побеждать другим, быть той опорой, которая всегда будет рядом. Он мог попробовать найти для себя совершенно новый источник жизни. - Ага. - Ты понимаешь, что не сможешь уйти оттуда 3 года? - Ага, да. - И тебе придется общаться не только с игроками нашей сборной, а возможно из других тоже? - Конечно, я же не тупой, - пожал плечами блондин. Девушка устало выдохнула, а после схватила лицо Рафаэля своими ладонями. Их взгляды встретились. - Пообещай мне Рафи, что, если вдруг ты не захочешь там оставаться, или тебе там некомфортно, ты скажешь об этом мне. Мы решим эту проблему, - Виола говорила серьезно, парень сглотнул слюну от этих слов. Он был не один. Его поддерживают. Рафаэль светло улыбнулся, кивая. Девушка отпустила друга, садясь рядом с ним на траве, пока парень записывал что-то в тетрадь, брюнетка пробубнила себе под нос: - Пусть только попробуют обидеть, я их самолично изобью, - блондин не слышал чужих слов, не видел острой стали в карих глазах. После пар блондин не стал мешкать, поэтому попрощался с подругой, которая пожелала удачи и пошел к мистеру Исаму. Тот был все также в кабинете японской литературы. Отдав ему заявление, Рафаэль сразу получил в ответ электронный ключ от стадиона. - Вы знали? – удивленно спросил парень, вертя карточку – на черном фоне золотыми буквами было выведено: «Клуб берстинга институт Палмонт». - Надеялся, - усмехнулся Исаму, в душе выдыхая. Все-таки согласился. Он успел рассказать в тот же день, как познакомился с Новой, тренеру их сборной. Радость и облегчение в глазах Винсента Гримма были неприкрытыми. И хоть ничего не было известно, тренер их команды сразу выдал Исаму ключ от стадиона. Как оказалось, не зря. Блондин решился и теперь у команды был менеджер. – Ты можешь идти на стадион. Там уже началась тренировка. Зайдешь сразу к тренеру, его дверь ты найдешь прямо возле входа. - Понятно, спасибо, - кивнул блондин, выходя из кабинета. Значит, сразу туда. Стадион имени святой Ивонны – огромный, он вмешал себя не меньше 100 тысяч зрителей и считался одним из лучших в стране. Именно там тренировалась сборная команда большую часть времени.