Сыну
Мой взрослый сын, ты кажешься мне крошкой, Такой большой, похожий на меня. А я припоминаю те ладошки, Лукавый взгляд зелёного огня. Как эти ручки нежно обнимали, Как ты шептал мне «мама» в тишине… Какие бы тебя ни заманили дали, Сынок любимый, помни обо мне. Совсем другие у тебя заботы, Жизнь, полная тревоги и хлопот. Какой бы трудной ни была работа, Тебя, как прежде, мама дома ждёт. Души моей частица улетела, С тобой она на всех концах земли. Коснись её, и вмиг тебя согреет Огнём костра моей большой любви.
Насте К.
Настя, Настя, Через все ненастья, Через все невзгоды, Бури мы прошли. Что ж ты, Настя, Отложила счастье, Как цветное платье, Заморозив сны? Взвейтесь, кудри, Мягкою волною! Ты по ветру кудри, Настя, распусти. Если даже Встретятся с бедою, Окропи водою И за всё прости.
Отцу
В больничном коридоре многолюдно, Гул голосов, людская толчея. Бумаги сложены в карманчике нагрудном, А дома ждёт, волнуется семья. Отец мой стал совсем седым и старым, Согнули спину трудные года, Война — когда довольствовались малым, Когда на всех была одна беда. Подорвано тяжёлою работой, Натруженное сердце барахлит, И возрастом помножены невзгоды, Но он молчит и чаще лишь грустит. А я смотрю и почему-то вижу, Как ты меня на плечи поднимал, Как с нами по лесу ходил на лыжах И трудные решенья принимал. Как развернув меха гармошки звонкой, Играл частушки, весело смеясь, А я плясала маленькой девчонкой, С отцом незримо ощущая связь. Ладони твои тёплые, большие, Что защитить могли от всех обид, И карие глаза родные, В каких, как прежде, свет мечты горит. Никто для нас не значим так же много, Как человек, что грея и любя, Тебя с родного отпустил порога, На свет, на боль — на жизнь благословя.
Подруге
Моя заветная подружка, Моя без малого сестра, Как жизнь к нам всё-таки добра, Иль мы судьбы дарам послушны? Гуляли, в косы заплетали Цветные ленты, торт пекли. А помнишь, куклами играли И шить учились, как могли? И паром форму отутюжив, До школы шли рука к руке… Как вихрем память нас закружит, Оставив сны — тебе и мне.