My hеart

Дождь. Серо, грязно, мокро. Дует холодный северный ветер, приходящий с Невы. Это нормальная погода для Питера, Фёдор даже не удивляется. Он удивляется тогда, когда на следующий день мерит температуру и обнаруживает, что бесповоротно заболел. Хочется проклинать все на свете, а особенно блядского Гоголя, который вчера вытащил Федора на прогулку в такую отвратную погоду. Сегодня все также льёт противный дождь, и все также небо затянуто мертвенно-серыми тучами. Поэтому когда Николай опять пишет ему сообщение с текстом: «Прогуляемся?» нервы Дост-куна не выдерживают. «Я болею, пошёл на хуй.» Сообщение прочитано за секунды (Гоголь вообще быстро отвечает на сообщения от Феди), и также незамедлительно отправлен ответ: «Скоро буду, тебе что-то нужно?» Нестерпимо хочется ответить что-то по типу «тебя» «пошёл ты», однако он наберёт короткое «ничего» и откладывает телефон. В горле першит, голова раскалывается, да ещё и кашель время от времени разрывает лёгкие. Хуево, одним словом. Достоевский уже начал проваливаться в сон, такой желанный и долгожданный, когда услышал настойчивый звонок в дверь. Покидать тёплую кровать совершенно не хотелось, однако, выбора у Федора все равно не было - Гоголь будет трезвонить до тех пор, пока Достоевский не откроет дверь. Хоть весь день в подъезде простоит. Фёдор кое-как поднялся и, опираясь о стену, поплёлся к входной двери. Тем временем, Гоголь не прекращал жать на кнопку звонка ни на секунду. Федор уже подумывал убить его своей способностью, честно. Наконец, цель была достигнута, и Достоевский отпер дверь. С лестничной площадки пахнуло холодном, и Фёдор поежился. На пороге стоял Гоголь. Насквозь вымокший, с пакетом из местного супермаркета в руке, как всегда довольно улыбающийся и счастливый. -Привет, Федя! - Николай по-хозяйски вошёл в квартиру, снял промокший дождевик, с которого капала вода, кинул его на батарею, разулся и сгрёб Достоевского в охапку. Тут уж сопротивляться бесполезно. Николай холодный, в Фёдор весь горит от температуры. Достоевский прижался лбом к плечу своего парня и прикрыл глаза. С ним намного спокойнее, хоть он и шумный. -Федь?.. - растеряно спросил Гоголь, глядя на обмякшего в его руках Федора. -Полежишь со мной? - прохрипел Достоевский и закашлялся. Такое поведение было весьма нетипично для обычно холодного Достоевского, поэтому Гоголь на пару мгновений впал в ступор. Потом вздохнул и уже привычно весело улыбнулся: -Конечно, полежу. И чай сделаю. Знаешь, я даже какие-то лекарства притащил. От горла что-то и от… Николай прервался, и прислушался. Послышалось сопение Достоевского, который, как понял Гоголь, вырубился прямо у него в руках. Гоголь аккуратно донёс Федора до кровати и украл клетчатым шерстяным пледом. -Спи пока, Федь. - с этими словами Гоголь поцеловал Достоевского в горячий лоб и хотел выйти из комнаты, но его схватили за рукав толстовки. -Не уходи… - попросил Достоевский на грани слышимости. Николай лишь кивнул и аккуратно прилёг рядом. Фёдор вновь уснул через несколько мгновений, однако руку Гоголя так и не выпустил.