Стихи в прозе

Врал самому себе, но так и не поверил. У тебя самые обычные глаза И твой ебучий, красный шарф меня только душит А твоя очень глубокая душа Оказалась не глубже лужи. Баночка с окурками-КОСМОНАВТОВ НЕТ

***

Октябрь сменился ноябрем. По ощущениям весь город застыл в одном промежутке времени. А когда пришёл последний месяц осени, все почувствовали этот мороз, который ожидает их в будущем. Уже не ощущался летний ветерок по утрам, да и ясное солнышко никак не грело. Хотя оно и не грело уже в октябре, если быть честным. Эти быстрые потемнения в пять часов вечера. Да и общество стало ожидаемо неприветливое. С угрюмыми гримасами они расхаживались по улицам города. "Сидите дома!"— хотелось бы им сказать, но понимая, что такие слова не от себя самого, а от общества. Это давление со стороны окружающих просто сведёт каждого с ума! Холодно! Безумно холодно! Если бы создатель песни "Три белых коня" прожил ноябрь в Питере, он возможно написал бы так:"Ноябрь, декабрь, январь и февраль!" И был бы прав. А ведь что творится на севере России! Постоянный снег и минусовая температура под двадцать! В Санкт-Петербурге всего лишь холодный дождь, который потом превращается в лёд. Как же хочется питерцам уехать в Доминикану на полгода минимум, а приехать уже летом. Но не каждому удаётся сбежать из холода, например - наша компания. Ксюша начинает заниматься учёбой, так как боится троек в аттестате за полугодие. Она сидит днями за учебниками, а вечером... А вечером тоже за книжками. Вся полка, которая выделена Серёжей для учёбы, была завалена записями и конспектами девушки. Ксения уверена, если в её года Антон занимался б учёбой, а не ходьбой по заброшкам— возможно и смог поступить в какой-то престижный университет в Москве. Парень отнекивался. Ира Кузнецова продолжает переписываться с друзьями, редко приезжая, и то, не на день, а на всего лишь каких-то три-четыре часа. Ксюша грустит без неё, однако когда приезжает— расцветает, как цветок в апреле. Антон работает не покладая рук. Не забываем про жилье, нужно платить по полам и немного больше. Так уж вышло, что платят одинаково, а задания и время работы— разное. Человек, который занимается цементом, (а он нужен всегда), получает в день, работая часов по пять и больше— полторы тысячи рублей. Что офигеть как мало. Шастун всё ещё надеется, что босс заметит его старания. И вроде бы замечает, однако слишком мало, чтобы оценить труд. Ибо тот самый грузчик, который нужен всего один раз, чтобы выгрузить немного материалов, получает столько же. Александр— жид. Он лучше пересчитает все крупинки только что привезённого песка, чем доплатит рубль к зарплате. Но именно к Антону менее строг, чем к остальным. Из-за рекомендаций от старого приятеля. Конечно же. Давал этот факт хоть какие-то привилегии? Скорее нет, чем да. Антон в коллективе не мог ужиться. Ну вот никак. То боссу наговорили, что парень дворовой, без семьи и друзей, то издёвки кидали в его сторону. Пока некоторые работники уходили пораньше, зная, что дадут столько же, сколько и человеку, который работает сутками, Антон старался, предлагая свою помощь. Активно принимал участие в выгрузке вместе с мальчишками младше его на год. Александр ухмылялся, оценивал, расхаживался по территории и довольствовался тем, как выполняют поручения. Кто вообще придумал работать осенью? Тем более в такой холод, что даже собаку из дома не выгонишь на улицу. Антон удивлялся— как он все ещё не заболел? Серёжа нашёл новое хобби— прихорашиваться перед зеркалом, любуясь собой. Проколол по новой ухо, нацепив серёжку. Его спрашивали, интересовались, допытывали в конце концов. Мужчина отшучивался, говоря что-то наподобие:" для себя любимого." Да кому он ссыт в уши? Он раньше не мог нормально причесаться. А сейчас что? Эталон красоты? В основном вещи Шастуна носил. Некоторые кофты даже растянул на себе. Матвиенко обещает подарить новые, более новее и моднее, по его словам. Будем верить! И, наверное, больше всего успехов сделал Дима. Очкарик похудел. Не думаю, что из-за стресса, учёбы, и все такое, что может вызвать тревогу. Начал правильно питаться ( более менее). Пытался бросить курить пару раз, но тщетно. Трудно побороть привычку, которая с тобой несколько лет, но старается! И друзья в него верят! А вот Арсений... Арсений не отвечал на смс. Не заходил в сеть несколько дней. Не брал трубку и даже не здоровался с Антоном в университете. Всё больше и больше они стали отдаляться друг от друга. Шастуна эта новость убивала. Он не мог заснуть. Человек, который влился в доверие за неделю, попросту не хотел с ним общаться. Вот если бы сам Попов знал, как делает больно своим игнором. Если бы Шастун знал, что каждый день мужчина вертит его кольцо, которое выпало в ванной, на фаланге пальцев. Видимо, Антон и сам не обратил внимания, как пропала драгоценность. А ведь ещё в квартире голубоглазого заподозрил, чего-то не хватает. У Ксении день рождения четвёртого ноября. С нетерпением ждала, наверное, только чтобы встретиться с Ирой. Она с ней созванивалась по видеосвязи и так хотела прикоснуться к её рукам, шее, губам... Как девушка томно смотрела в камеру, желая увидеть возлюбленную вживую. Ах! Если бы Ира знала, как она ждёт встречи! Никаких подарков не надо, только отдайте Ирину Ксюше. Девушка будет самой счастливой во всей вселенной. Ира мечтала встретиться с Ксюшей не меньше её самой. Её переполняли эмоции от прошлых встреч, и она хочет больше. Пока довольствуется чем может, ведь родители не знают предпочтение своей дочери к девочкам. Возможно, они не этого ожидали от неё. Пусть принимают такой, какая есть. Ведь неважно кто ты, афроамериканец или гей. Трансгендер или азиат— все должны быть любимыми. Ира придерживалась этой позиции. Поэтому не стыдилась своей ориентации, когда поняла: она любит девочек. Конкретно - Ксюшу. —Ты придешь на мой день рождения. Это не вопрос,— за пару дней до праздника, сестра Антона приглашала гостей. Держа между плечом и ухом телефон, она готовила блюда,— я не знаю ничего. Если тебя не будет— я к тебе приеду,— в трубке повысили тон, на что Ксюша перебила,— Да-да-да, знаю, что возможно тебя не пустят из-за некоторых проблем у отца. Знаю, да-да-да. Но я буду очень рада, если ты приедешь,— В трубке замолчали, а потом тихо что-то зашептали ей на ухо, Ксюша заулыбалась, поворачиваясь лицом к сидячему на стуле Шастуну. — я тебя позже наберу, целую. —Ира? —Да. Она сказала, придумает какой-то способ, чтобы встретиться,—смущенно защебетала девушка,—Почему ты не на работе? —Я отпросился на два дня дома побыть. Всё же, работаю неплохо, поговорил с боссом недолго, он согласился,—Антон пожал плечами, закидывая в рот печенье,—Кого ещё пригласить хочешь? —Серёжу...—загибает первый палец. —Это логично, он тут живёт. Как ни крути, будет тут. —Диму...— второй. —Хорошо. Всё?— это был вопрос без намёка на Арсения, но видимо, у Ксюши свои мысли на этот счёт. —И Арсения!— она подняла над собой три согнутых пальца,— ты, я и Ира. —Арсений?— Антон напрягся, съёжился. —Ну, да, а что? Мужчина красивый. Грех не пригласить. Да и тебе скучно не будет,— она развернулась обратно к плите, скрывая улыбку. —Твой праздник, перечить не могу,— хотя бы себя не обманывал. Если придёт— хорошо, можно будет с ним поговорить. Плохо если не согласится... —Вот и прекрасно!

***

Куча тетрадей и книг разложено на столе. Учительница объясняет одну из новых тем, активно жестикулируя и выводя красивым почерком формулы в тетради. Ксюша лишь изредка кивала головой, когда ее спрашивали все ли понятно. Она почти засыпала, когда делала задачи. На самом деле, мыслями она сейчас не здесь, не в квартире своего репетитора по математике, а в мыслях о завтрашнем дне. Завтра четвёртое ноября, ее день рождение.

***

Часовая пытка наконец-то закончена. Как только дверь квартиры репетитора закрылась, Ксюша полезла в карман за пачкой ротманса. Она легким движением поджигает никотиновую трубку, делает первую тягу и, расслабленно закрывая глаза, выпускает сизый дым в разбитую форточку подъезда.

***

Придя домой, полностью вымотанной от бесконечных примеров и задач из сборника по подготовке к ЕГЭ, Ксюша обессиленно упала на диван рядом с Серёжей. Парень, как всегда, играл в гонки на плойке. —Как дела с математикой?—спросил он, не отрываясь от экрана. —Ебала я ее в рот, —выдохнула девушка. —Ксюша!—послышался крик Шаста из спальни. —Молчу! Серёжа поставил игру на паузу, откинул джойстик и перевёл взгляд на Ксюшу. Парень метался глазами по ее лицу и кусал губы, а после наклонился над ее ухом. —Сходи к нему, он весь вечер никакущий, даже от моей фирменной лазаньи отказался,—парень отодвинулся и по глазам можно было увидеть, как тот волнуется. Ксюша потёрла руки друг об дружку и направилась к Антону, захватив рюкзак и перекинув его через одно плечо. Шастун сидел на кресле, подперев голову рукой, и что-то читал. Он не заметил, как вошла сестра. Видимо, он так далеко ушёл в мысли, что цокнул и перевернул страницу назад, перечитывая текст заново. Ксюша положила руку на плечо Антона, тот вздрогнул от неожиданного жеста. —Как дела? Что читаешь?—нежно улыбаясь, спросила она. Шастун прищурился, так как в комнате темно, а написанное в книге освещала лишь настольная лампа, включённая на самый слабый режим. Антону нравится темнота. Она его друг, она его воображение. И он не боится заблудиться в этом непроглядном лабиринте, потому что с полной уверенностью знает, что выход где-то рядом. Где-то в Питере. —Портрет Дориана Грея,—безэмоционально ответил он и снова устремил взгляд в книгу. —Я собираюсь позвонить Ире и Диме, во сколько им приходить? —Твой праздник, тебе решать,—Антон пожал плечами, делая вид, что ему совсем всё равно. —Я думаю, приглашу к восьми. Идёт? Парень кивнул, Ксюша прикусила губу. Девушка наклонилась к рюкзаку, располагая тело так, чтобы Шастун не увидел пачку сигарет, торчащую из кармана. Она достала телефон и вернулась к Серёже, бросив напоследок взгляд на брата. Ей больно. Больно видеть его таким. А самое ужасное то, что она ничем не может помочь. Матвиеныч повернулся к девушке, как только та появилась в дверном проёме, завязывая волосы в низкий хвостик. —Ну че он там?—он облизнул пересохшие губы, внимательно смотря на девушку. Ксюша кинула разочарованный взгляд на Матвиенко и махнула рукой, тот опустил взгляд в пол. —Договорились звать гостей к восьми,—подытожила она. Серёжа промолчал и продолжил играть. Первым делом Ксюша набрала Диме, так как тот постоянно занят и нужно сперва уточнить время с ним. Ксюша:—Димка, привет Дима:—Даров, Ксюх. С наступающим. Ксюша:—Дурак, заранее нельзя поздравлять! Дима:—Чего хотела-то? Ксюша:—Завтра к восьми собираемся, удобно будет? Дима:—Конечно, для второй семьи всегда есть время Ксюша:—Люблю тебя, Димасик. До завтра! Дима:—До завтра, Ксюшкинс. От разговора с любимым ими всеми очкариком настроение поднялось. Серёжа же сверлил ее взглядом. —Что?—непонимающе спросила она. —Че это за телячьи нежности были?-спросил Матвиеныч, продолжая смотреть на неё, как на врага народа. —Ничего, просто сказала, что люблю своего лучшего друга. Ты меня к нему ревнуешь или его ко мне?—захихикала девушка. Серёжа скорчил гримасу, а-ля "очень смешно ха-ха", и снова перевёл взгляд на экран. Игроман чертов. Следующей была ее любимая Ирочка. Та всегда за любой движ, тем более если это вечеринка в честь дня рождения ее девушки. Ксюша:—Приветик. Ира:—Привет, малышка. Как ты? Ксюша:—Все хорошо, планируем завтра к восьми, получится? Ира:—Спрашиваешь, конечно получится. Я даже раньше прийду. Ксюша:—Договорились. Ира:—До завтра. Целую. Ксюша:—И я. После разговора с Ирой настроение взлетело до небес. Уже и праздничное настроение есть. Только вот Антон..что с ним делать? Ксюша крутила телефон в руках, взвешивая все «за» и «против». —Серж,—обратилась к нему девушка, на что тот лишь хмыкнул,—Я же хотела Арсения позвать, стоит или нет? —Я переживаю за Шаста. Он же скоро убьётся из-за этого Арсения,—Серёжа нахмурил брови,— зови уже, потерплю эту питерскую интеллигенцию один вечер ради Антона. Девушка расплылась в улыбке, ища номер Арса в телефонной книге. Ксюша:—Сеня, привет! Арсений:—Ксюш, я же просил. Ксюша:—Знаю, Сень, знаю. Арсений:—Упустим этот момент. Ты что-то хотела? Ксюша:—Да. У меня день рождения завтра, хотела бы тебя пригласить. Арсений:—День рождения? Вау..класс..а..эм..слушай, извини, у меня дела завтра, не смогу прийти. Не обидишься? Ксюша:—Нет, ты что? Дела есть дела. Арсений:—Прости ещё раз. Пока. Ксюша молча положила трубку. Хорошее настроение моментально смыло. Серёжа сразу заметил ее разочарование. —Что-то случилось?—девушка молчала, Матвиенко встал и подошёл к ней, взяв обеими руками за плечи—Ты чего, Ксюх? —Не придет он. Занят сильно,—Ксюша закрыла лицо руками. —Ну, ничего, без него обойдёмся, чего расстраиваться,—Серёжа улыбнулся. —Без Арса да, а без Антона как отмечать? Он же из-за него никакущий ходит не первый день,—девушка безнадежно опустила руки. Серёжа облокотился на столешницу и устремил взгляд в пол, размышляя. Ксюша покачала головой и направилась к брату. Матвиенко лишь пожал плечами и занял привычное место у телевизора. Не очень-то ему и нужен этот Арсений, а Антона завтра сами развеселим. Шастун переместился на кровать, сложа руки в замок на груди, и втыкал в белый потолок. —Как там? Смогут прийти?—не отрывая взгляд, спросил парень. —Конечно,—ухмыльнулась сестра. —А Арсений?—Антон привстал на локтях, в глазах появилась надежда. Ксюша отрицательно помотала головой, добавляя: —У него дела. Шастун погрустнел, и взгляд снова стал пустым. Он лёг обратно и продолжил рассматривать потолок. —Ожидаемо,—хмыкнул он, улыбаясь. Ксюша, закатав рукава, вернулась к Серёже, уже набирая Арса. —Что ты творишь?—грубо прошипел Матвиенко. —Собираюсь давать пиздюлей через телефон. Арсений:—Слушаю. Ксюша:—Слушай, Попов. Арсений:—Ого, по фамилии? Ксюша:—Не паясничай. Арсений:—Прости, так что опять стряслось? Ксюша:—Засунь, пожалуйста, свои дела в задницу и приходи. Арсений:—Я же уже сказал, что не могу. Ксюша:—Ну, пожалуйста. Ира с Димой придут, мы с Серёжей стол накроем, весело будет. Арсений:—Я бы с радостью, но как видишь. Никак не могу отложить свои дела! Попов устало прилёг на кровать. Ксюша: Антон, кстати, очень расстроился, когда узнал, что ты не придешь. Думает, что ты его видеть не хочешь. Арсений молчал в трубку, не зная, как на это реагировать. Ксюша: Сень? Арсений: Агх...Во сколько приходить? Ксюша: К восьми, адрес в Вк кину. Арсений: Ага. Ксюша: Ты лучший! Обожаю тебя! Арсений: До завтра. Ксюша отключилась и радостно запрыгала по комнате. —Спокойно, женщина, а то нас выселят,—парень схватил девушку за плечи, пытаясь остановить. —Он придет!! Ушастый спасён!!-девушка так радовалась, будто в лотерею выиграла. На эти вопли тюленя из комнаты вышел помятый Антон. —Чего орешь?—потирая глаза от резкого света, спросил он. —Твой Арсюша явится,—съязвил Серёжа. Сестра ещё больше заулыбалась, глядя на Шастуна. —Круто,—улыбнулся парень краешком губ, собираясь идти в душ,—только он не мой Арсюша. Ксюша лишь закатила глаза, но продолжала улыбаться во все тридцать два.

***

Арсений лежал, спал, ходил в университет, приходил домой, получал стипендию. Развлечения закончились. Да только вот они только начинались для него. Попов перечитал за месяц столько книг, сколько бы не прочитал за полгода. А книги были разные: начиная комедией, заканчивая психологией. Он не выходил из своей комнаты по выходным, а по будням старался слиться с толпой. Будто изгой, прятался за капюшоном. Веки были тяжёлыми— мужчина постоянно хотел спать. А кушал ли? Сколько килограммов потерял из-за своего состояния? Общался ли с кем-то из друзей? Сколько вопросов, а ответов он не нашёл. И не искал. Арсения раздражало его поведение с другими. Он всегда был общительным мальчиком в детстве, имел всегда уйму друзей. Вежливый и культурный, мог поддержать и помочь. А сейчас даже себя спасти не может. Стал реже посещать занятия, стараясь изолироваться. Телефон не поднимал несколько дней. И только сообщения Антона приходили постоянно: 19 октября Антон Шастун: Привет! Как дела твои? 27 октября Антон Шастун: Привет! Игнорируешь? 30 октября Антон Шастун: Ты до сих пор обижаешься?( 1 ноября Антон Шастун: Пропущенный звонок (2) Арсений измотан. Не хватает воздуха в лёгких, тело тяжёлое, вставая с кровати, он обратно падал. И если б всему виной болезнь. Но горло не болело, голова не болела. Болели мозг и сердце. Эта вечеринка в честь сестры Антона - просто пинок под зад, чтобы наконец-то привести себя в порядок. Граф-Арсений, чистюля всех чистюль, не может почистить зубы. Смешно. По квартире валялись бумаги и документы, некоторые из них мусор. Ему нужно найти доказательства своей невиновности. Алёна. Сука ты такая! Попов срывается, сметая всё со стола, опрокидывая стул, на котором сидел. Ножка отпала. Арсений сломал ножку стула. Бля-я-ять! Нужно отдаляться от Антона. И пусть это будет больно, но безопасно для его жизни. Надеюсь он поймёт, когда всё решится... «И зачем ты взял трубку? Идиот...»— придется искать подходящий подарок для Ксюши...

***

Ноябрь уже начинает напоминать о скорой зиме. Кругом тишина, все перелетные птицы улетели, иногда слышны голоса ворон и сорок, да завывание ветра, от покачивающихся верхушек деревьев. По ночам бывают заморозки, трава белеет от инея, а земля твердеет, и нет слякоти. Лужи покрываются тонкой корочкой льда. Он быстро тает под колёсами машин и ногами пешеходов, обнажая голый асфальт. В некоторых магазинах начинают появляться елки, гирлянды, игрушечные Деды Морозы. Всё же в воздухе уже чувствуется приближение Нового года и связанных с этим торжеством прекрасных событий. Автомобили пытаются окатить с ног до головы водой из луж. Зонты же ломаются, рвутся и улетают от неожиданных порывов ветра. Если повезёт, то выглянет солнце. Лучи его, безусловно, теперь слишком далеки для того, чтобы дать людям ощущение настоящего тепла, но всё же они способны вызвать улыбку на лицах прохожих , подарить хорошее бодрое настроение. Но солнце это как-то не по-питерски. В основном стоит холодная, пасмурная погода с затяжными дождями, и лишний раз не хочется выходить на улицу. Пятница. Антон неохотно открыл глаза. Он блуждает глазами по комнате, пытаясь понять действительно ли он проснулся. Парень очень плохо спал, его снова мучали кошмары, от которых он, кажется, избавился лет так в четырнадцать благодаря психологу. Шастун отчётливо помнит происходящие во сне и от этого ещё ужаснее себя чувствует. Он находился в холодной и тёмной комнате, совсем один. Он кричал в пустоту, а в ответ слышал лишь собственный голос, эхом отбивающийся от стен, если они вообще там были. В какой-то момент перед ним появился Арсений. Попов улыбнулся и начал уходить. На глазах Антона тогда выступили слезы, ведь он знал, что это означает. Но парень не мог пошевелиться, как будто он вообще не управляет своим телом, а может только видеть удаляющийся в темноту силуэт одного из самых родных людей. Антон пытался кричать, но лишь бесшумно открывал рот. Арс ушёл, а Шастун снова остался один. Шаст запустил пальцы в волосы, взъерошив их. Сегодня семнадцатилетие его сестры, первый день рождения без родителей. Интересно, а они вообще помнят об этом? Антон все ещё не купил подарок, потому что банально не знает, что та хочет. А если начнёт спрашивать, то это испортит сюрприз. Первым подарком будет торт, который он заказал за неделю до четвёртого ноября, а вот что дальше делать - идей пока не было. Антон встал с кровати и направился к шкафу. Он достал синие рваные джинсы и любимое розовое худи, подаренное мамой на девятнадцатилетие. По-мнению Шастуна оно пахло домом: мамиными духами, прогулками с папой, семейными субботними вечерами и вишневым пирогом, который мама пекла ему каждый год на день рождение. Скорее всего, в этом году такого не будет, хотя кто знает вдруг все будет хорошо? Ага, хуй там. Если в жизни Антона что-то когда-то и будет хорошо, то это когда не будут забывать поливать цветочки на его могилке. На кухне Серёжа дергал за уши Ксюшу. Шастун пытался сдержать легкую улыбку. —Шестнадцать...семнадцать!—прокричал Матвиенко и захлопал в ладоши. Уши сестры горели и были красные, как помидор, даже краснее. —С днём рождения, Ксюш,—вмешался Антон, облокотившись на дверной проем и скрестив руки. Ксюша повернулась в его сторону, заулыбалась и приблизилась, чтобы обнять. Девушка такая маленькая, рост еле до ста шестидесяти пяти дотягивает, что странно, потому что Шастун ещё та шпала. —Спасибо,—произнесла она, уткнувшись носом в его грудь. Антон поцеловал сестру в макушку и та радостная побежала отвечать на очередной звонок с поздравлениями. —Ну че? Придумал подарок?—шепнул ему на ухо Серёжа, для чего Шасту пришлось наклонится. Ещё один карлик. Антон отрицательно помотал головой, на что Серый лишь цокнул. —А ты?—парень вопросительно дёрнул подбородком. Серёжа подошёл к дивану, жестом зазывая Шастуна. Антон присел рядом с Матвиенко и тот достал красивую коробочку с нежно фиолетовым, больше похожим на цвет лаванды, бантиком. Парень аккуратно приоткрыл коробку и в ней заблестели часы. Серый достал их и положил на ладонь, что бы Шастун мог рассмотреть. Часы модели Hannah Martin, с круглым циферблатом и ремешком цветом розовое золото. В коробочке лежало ещё что-то. Это был браслет идущий в комплекте, от той же фирмы и идеально подходящие к часам. Антон непроизвольно приоткрыл рот, выражая удивление, на что Сережа самодовольно улыбнулся. —Сколько ты за это отвалил?—спросил Шастун, поднимаясь с пола. Матвиенко на секунду притих, пряча подарок обратно под диван. —Две семьсот,—сказал он, встав и вытерев руками коленки. —Откуда блять? —Родители деньги прислали, как знали,—ухмыльнулся Серый. Шастуна из удивления вытащила Ксюша, вошедшая в комнату. Девушка напомнила, что нужно выходить, чтобы на автобус не опоздать и скрылась в ванной, доделать макияж.

***

Антон мужественно отсидел две пары, а с ещё двух было принято решение свалить, дабы купить подарок Ксюше. Парень два месяца копил деньги, пытался не тратить их на всякую фигню и еле насобирал полторы тысячи. Но вопрос о том, что дарить - оставался открытым. Шастун предупредил Матвиенко и Поза, что бы они его прикрыли в случае чего и побежал за курткой. На выходе из раздевалки его встретил Попов. Какого хрена? —Арс?—Антон замер,—Привет, что-то хотел? —Хотел спросить, куда тебя несёт?—покачиваясь на пятках и улыбаясь, спросил он, будто и не было этого длительного игнора. —Если ты помнишь, то у моей сестры сегодня день рождение и меня, как ты выразился, "несёт" за подарком. Кажется, Антон говорил, что ему не нравится контроль. Даже от Арсения. —Помню. До вечера,—Попов собрался уходить, но обернулся через плечо, добавляя,—Аккуратнее будь.

***

Антон метался между отделом с украшениями, косметикой и даже заглядывал в отдел с нижним бельём. Парень уже на взводе, почему выбирать подарки так тяжело? Шастун уже собирался выходить из торгового центра, когда заприметил магазинчик с ручными изделиями. Выбор сразу пал на самодельные фенечки и кольца из эпоксидной смолы. Потом парень забрёл в магазин одежды и купил ей ярко оранжевое худи. С чистой душой он шёл к автобусной остановке, попутно зайдя в любимую сеть книжных магазинов и купив одно из произведений русских классиков для себя любимого.

***

Без пяти минут восемь. Стол был накрыт давно и на самом дальнем стуле восседала, готовая к поздравлениям, Ксюша. Она стучала пальцами по тарелке. Одета была в чёрные джинсы и в черную блузку, волосы были закручены в кудряшки. Рядом с ней сидел, облокотивши голову на руку, Антон. В его образе отличался только вверх— белая, выглаженная рубашка, ему к лицу. Серёжа, покачиваясь на мебели, переписывался со своими знакомыми. Одежда домашняя. Пицца и суши заказаны, остаётся ждать гостей. По двери постучали несколько раз. От этого бесконечного ожидания, как думала девушка, она подорвалась скорее открывать. С улыбкой на лице, дверь открылась. —Здравствуйте! Пицца и суши по этому адресу?—На пороге стоял курьер, держа в руках пакеты с едой. Ксюша погрустнела, рядом с ней оказался Серёжа, протягивая несколько купюр мужчине. —Без сдачи,— забрав пакет, он поставил содержимое на диван. Девушка, не без сожаления, вздохнула, закрыв дверь. Она присела обратно на своё место, вертя в руках пустой бокал. Скрипнул ламинат. Перед ними стояла красивая девушка в кашемировом пальто. Она улыбалась, наверно, только Ксении. —Вы там дверь не закрыли,— она указала на входную. Это была Ира. Ксюша подбежала, схватилась за пальто и притянула для поцелуя. Она так долго ждала этой встречи, что даже представить не могла, как встретит свою любимую. —С днём рождения, милая,— Ира примкнула к губам своей девушки. —Ты приехала!—руки остановились на талии. Кузнецова положила голову на ее плечо. —Подарок будет позже. —Самый главный подарок— это ты,—девушки засмеялись, Ира гладила по завитушкам Ксюшу. Настенные часы пробили восемь. В дверь снова постучали, но теперь, не так громко, как в прошлые разы. Арсений, стоял с огромным букетом бордовых роз. От них исходил запах холода с улицы. —С праздником!— Попов передал в руки букет, тайно положив в ее карман джинс конверт с хрустящими деньгами. Антон, услышав знакомый бархатный голос, попытался разглядеть за спиной Ксюши. Встав из-за стола, Шастун не осознанно поправил на себе рубашку, выпрямляя плечи. В комнату забежал запыхавшийся Дима. Парень задел тумбочку, стоявшую возле входа, опрокинув все, что стояло на ней. —Не опоздал?—Позов в спешке снимал куртку и кидал ботинки, проходя за стол. —Блять! Я же всё красиво разложил!— Серёжа стукнул Диму по затылку и сел рядом. —С днем рождения Ксю. подарок будет лежать на столешнице,— парень положил подарочный сертификат на SPA.

***

За пол часа было съедено совсем немного, и даже пицца не лезла в рот. Было скучно, не было тем для разговоров. Арсений иногда поглядывал на Шастуна, следил. На что парень старался не обращать внимания. Антон полез за котлетой через весь стол, однако как только он уже отломил кусок— она упала на штаны, оставив жирное пятно, которое хрен отмоешь. —Твою мать! Новые штаны!—жалобно заскулил он. Дима заржал в голос, приподнимая брови. —Мне это напомнило одну ситуацию!— Он наложил себе немного салата, заправленного маслом,—однажды, когда я встречался с одной девушкой, мы решили познакомить её с моими родителями. И когда тем для разговора больше не осталось и стало очень тихо, она уранила на свою блузку жирное мясо,— Дима жестикулировал руками. Друзьям было интересно, что было дальше?— и представляете,— Позов выпятил грудь, поднимая вверх руки,—"Сука, блять, как потом это гавно отстирать?" Заметьте, мясо готовила мама. Девочки зашептались, спрашивая: "А как мама-то отреагировала? Не выгнала она ее из дома?" На что тот отвечал лишь фразой— я не помню. —А я вспомнила историю как однажды...

***

На стол были выставлены две бутылки спиртного— шампанское и вино. С двух сторон, Ксюшу окружили разговоры и смех. Да, именно этого она ожидала от своего дня рождения. Кто-то из ребят предложил поставить музыку на фоне, на что все, без раздумий, согласились. Мелодия сменилась на более праздничную. Антон отошёл в другую комнату. Погас свет. С днём рождения, те-бя— звонко смеялись друзья. Шастун вылез с тортом в руках. Шоколадный торт, напоминающий на вкус известную сладость "OREO". На торте оказалась свечка, цифрой семнадцать. Ксюша улыбалась и ёрзала на стуле. Ей не терпелось задуть свечку и загадать желание. Когда десерт был поставлен на стол, девушка на немного задумалась о желании. И когда загадала, она задула заветную цифру. Ксюша уверена, торт был вкусным, торт был красивым. Он летел, ровно и прямо в лицо. Она успела зажмуриться, пока все остальные смеялись и пили. С макияжем можно попрощаться, так как тот уже испоганен кремом. Повытирав указательным пальцем глаза, она засунула кусочек в рот и довольно улыбнулась. —Вкусно!—почти промурлыкала она, заливаясь звонким смехом.

***

Часы пробили двенадцать. —Я ухожу с Ирой гулять,— накидывая на себя куртку, девушка крикнула всем о уходе. Ира стояла полностью готовая к выходу,— не скучайте мальчики. —Не ахринели ли вы?—с полным ртом возразил Серёжа,—мы с вами пойдём.

***

День рождение выдался на ура. Шастун еле мог контролировать своё тело и то и делал, что ерзал на стуле, растянув конечности. Дима неведомым чудом смог доползти к ожидающему его под подъездом такси и уехал в общагу. Обладатель самой квартиры распластался на диване с подушкой в руках, рядом с местом расположения его пьяной тушки стоял тазик, не хочется потом квартиру драить. Матвиенко ещё тот заводила, подливал всем весь вечер, а в конце концов сам набрался так, что танцевал на лавочке в парке тиктоник. Спасибо Ире, которая вовремя его сняла, а то бы сейчас сидели не в тёплой квартире, а где-нибудь в обезьяннике, рядом с такими же алкашами, бомжами и девушками лёгкого поведения. Арсений, как самый старший, следил за этой шпаной безмозглой, но Серёжа и его уговорил выпить бокал вина, а то че он в самом деле как не родной. Закончилось это дело ещё одним, а потом ещё одним стаканом виски. Но Попов свою норму знает и, несмотря на соблазн напиться и забыться, был в здравомыслящем состоянии. Шастун почти засыпал и Арсений, оценив обстановку, собирался уезжать, ведь Серёжа дрыхнет, Димка точно до общаги добрался, Ира заселилась в какой-то отель и Ксюшу уволокла с собой, хотя та особо и не сопротивлялась, а Антон сидит перед ним, целый и здоровый, но немного пьяный. Хуемного пьяный. —Я домой, спасибо за вечер,—вставая со стула и поправляя пиджак, произнёс Попов и поспешил к выходу. Хотя, честно признаться, уходить совсем не хочется. Он мог бы побыть с Антоном, поговорить по душам, прижаться к нему, излить душу, и тот бы на следующее утро ничего не помнил. Но такого допустить нельзя. Только хуже будет. —Ну, Арсю-ю-ю-ш,—протянул парень, привлекая внимание Попова,—можешь, пожалуйста, отнести меня в кровать, а то я прямо здесь засну. Арсений приподнял бровь. Антон же выглядел весьма убедительно, положил руки на стол, а потом умостил на них голову и пристально смотрел на Арса. Мужчина вздохнул. Он без слов дотащил длинную и пьяную шпалу до спальни и уложил в кровать. —Знатно ты с алкоголем переборщил,—укрывая парня одеялом, сказал Попов. —Нет,—промямлил Шастун и замолчал. Арс собирался уходить, когда парень добавил,—вообще-то я хотел сказать, что люблю тебя, а ты меня, будто и не замечаешь. Арсений стоял в дверном проёме, повёрнутый к Шасту спиной. Мужчина замер. По телу пошли мурашки, кажется, сердце на миг остановилось и подкосились ноги. —Жаль, что ты говоришь это, потому что пьян,—Арс повернулся, но Антон уже не слышал его, а как не в чем не бывало уткнулся носом в подушку и спал. Арсений разочарованно выдохнул. Он подошёл ближе и улыбнулся. Антон, наверное, завтра и не вспомнит об этом. Действительно, жаль, что это говорил не он, а лишь алкоголь в его организме. Перед тем как покинуть квартиру, Попов наклонился к Шастуну и, почти не касаясь его, поцеловал в лоб. Свет в коридоре погас, дверь закрылась. Ничего не подозревающий, Шаст посапывал в кровати, а Арсений, идя по ночному Питеру, боролся с угнетающим чувством того, что ему в скором времени придется уехать за сотни километров и оставить своего Антона здесь.