По-другому

      Сёма возвращается поздно. Тогда, когда уже темно и в окнах чужих квартир свет не горит. Он старается вести себя как можно тише, чтобы не разбудить Кирилла. Есть не хочется, поэтому он только выпивает воды. Чтобы не мельтешить в спальне, раздевается в ванной. Вещи оставляет на машинке. Сам всполаскивается и вытирается.       Тихим шагом проходит в комнату, огибает кровать и забирается под одеяло.       — Привет, — сонно говорит Кирилл.       Сёма на секунду замирает, потом его отпускает:       — Извини, разбудил?       — Нет, не спалось, — Кирилл разворачивается к Сёме. — Устал?       Сёма смотрит точно на него, но почти не видит. Не может разглядеть ничего, кроме неясного полуподвижного силуэта, но этого хватает, чтобы представить слегка взволнованное, но более того заинтересованное выражение лица.       — Как собака, — выдыхает весь воздух из лёгких.       — Приготовить тебе завтрак?       — Да ладно, я сам справлюсь.       — Нет, дело в не в том, что ты справишься, а в том, что я хочу сделать это для тебя, — Кирилл чётко выговаривает слова, скрупулёзно и дотошно, чтобы Сёма всё расслышал и уловил суть.       Не отказываться же после такого:       — Хорошо.       — Что хочешь?       — А вот это ты сам реши, — Сёма тянет улыбку, представляя, что с утра может подольше поспать и не забивать голову размышлениями о насущном.       — Ну, может, ты чего-то хочешь?..       — Оставляю это на тебя, — Сёма целует Кирилла в нос. Не промахивается. — Тебе это полезно.       Кирилл что-то бессвязно бубнит, но быстро сдаётся:       — Это да. — Сёма знает, потому что Кирилл не захочет спорить – это забирает слишком много сил. — Спокойной ночи, — говорит и подтягивает одеяло, невольно подбираясь ближе.

***

      Когда Сёма просыпается, то думает, что опоздал. Как-то слишком светло. Кирилла на кровати нет. Сквозь воздушную подушку он слышит, как что-то шкворчит. Жарится. Судя по запаху, яичница. Кирилл на кухне. Готовит, как говорил.       Сёме приятно.       Кирилл не стал его будить. Дал отоспаться. «Подождать его? — решает Сёма. — Или заранее умыться?». Но решить что-то с утра было тяжело, потому что вставать ни на какие пары не хотелось. Думает полежать пять минут и встать.       — Доброе утро, — говорит Кирилл, когда Сёма выходит из ванной.       — Да, самое доброе, — Сёма так не считает, но хочет, чтобы так было.       Он приобнимает Кирилла. Прижимается к спине и немного налегает на него.       — Я… — мечется Кирилл: ёрзает телом, переминается с ноги на ногу, вертит головой. Смущается. — Я только простое смог приготовить…       Переживает.       Сёма беззлобно усмехается.       — Ну, значит, в следующий раз, — он хочет достать телефон, но понимает, что оставил его в комнате, — приготовь что-то сложнее. Ризотто какое-нибудь.       Кириллу эта идея не нравится. Но не нравится так, как слишком тяжёлое домашнее задание.       — Это же рис?       — Типа того. — Сёма целует его за ухом, поглаживая, отпускает, и садится за стол.       Он замечает, что в отличие от него, который много налегает на мясо, Кирилл не забывает про зелень и лёгкие салаты. А это уже не так просто, как кажется на первый взгляд.       Яркая глазунья, зелёные листья салата и огурец и красные помидоры отлично сочетаются, стол выглядит по-инстаграмному роскошно, несмотря на простоту рецепта.       — Что-то нужно? — спрашивает Кирилл.       — Нет, просто засмотрелся.       Кирилл кивает, но не понимает, на что он загляделся.       После завтрака Сёма берёт посуду на себя. Кирилл говорит, что он мог бы отдохнуть. Мог бы, да не хотелось. Чирикает будильник. Не Сёмин, Кирилла. Сёма же смотрит на часы. Время принимать таблетки.       — Ты как сейчас? — спрашивает у него.       — А что-то не так? — вздрагивает Кирилл, ещё не запив таблетку. — То есть… я выгляжу хуже?       Сёма от неловкости замирает. Нет, Кирилл не выглядел хуже, наоборот, живее прежнего.       — Нет. Нет-нет-нет, просто я о том, как ты себя чувствуешь. Лучше ли тебе… понимаешь.       — А, ты об этом, — приходит в покой Кирилл. — Всё хорошо. Вроде как. Ничего не мешает.       Спокойно говорить об этом у них не получается.

***

      По пути в университет Сёма только зевает.       — Сколько у тебя пар? — спрашивает Кирилл.       — Две. Вроде. Я забыл, — смеётся Сёма, — первая и третья.       — Неудобно.       — Ага. — Он смотрит на небо. Пасмурное. Кляксами серое и белое. — Хочешь сходить куда-нибудь?       — Например?       — Ну-у… сам выберешь…       Кирилл легонько толкает Сёму, а тот улыбается.       — Не знаю. Мне и дома хорошо. Можем что-нибудь посмотреть.       — Что-нибудь, — повторяет Сёма, замечая ворону. Крупную, с широким размахом чёрных крыльев.       — Да, что-нибудь, что выберешь ты.       Сёма снова смеётся. Этот «выбор» они перекидывают друг другу как горячую картошку.       — Я бы хотел куда-нибудь сходить. Но не знаю куда.       — Ага, и хочешь, чтобы это решил я, — подлавливает Кирилл.       — Понял-принял, подумаю сам.       Но думать ему не особо хочется. Хочется вообще ничего не делать и чтобы всё шло само.       Он смотрит на Кирилла, тот в ответ на него. Сёма чувствует желание, хочет поцеловать, но вместо этого оглядывается – они уже дошли до универcитета. Это не радует. Сёма уже давно ловит себя на мысли, что хочет учиться с Кириллом на одном потоке, чтобы не было такого, что им приходилось расходиться, а то и вовсе по одному выходить из дома и возвращаться когда как.       — Тебе на какой этаж?       — На третий, вроде, — Сёма действительно не помнит.       Заглядывает расписание. Угадал. И корпус не перепутал.       Вместе они поднимаются. Кириллу на пятый. Сёма не хочет его отпускать и держит за плечо.       Кирилл улыбается и кладёт свою руку на Сёмину. Глядят по сторонам. Никого нет. Сёма по-детски, быстро и спешно, целует в губы.       — Я напишу, когда придумаю куда.       — Хорошо.

***

      «Хочу в бассейн, — думает Сёма. — Нужна ли справка? Согласится ли Кирилл? Не слишком ли тяжело? Может, в кино? Нет, хочу поговорить. В парк? Хочу держаться за руки. Это ни в парке, ни в бассейне не устроишь так, чтобы не привлечь чьё-то внимание. А дома сидеть не хочу. Лежать тоже. А Кириллу без разницы, куда идти. На море бы съездить, но это поездка на пару дней. Тогда к речке? На набережную? Там можно и посидеть, и походить, и купить поесть поблизости. Хорошая идея».       Сёма смотрит в окно. В разбитый на три тёмно-серый прямоугольник. Намечается дождь.       К концу третьей пары безостановочно льёт. Зонта у Сёмы нет.       Он пишет Кириллу. У него зонт есть. Но у него будет четвёртая пара. И она в другом корпусе. Ну конечно. Сёма может посидеть где-нибудь, потом Кирилл зайдёт за ним. Было бы хорошо, но идти ему придётся дольше, чем до дома. Сёма так не хочет. И мокнуть тоже. Надо что-то выбирать.       Он решает подождать. Десять минут. Двадцать. Сорок. Дождь не утихает. Попутно дует ветер. Кажется, даже от зонта толку не будет. Сёма пишет, чтобы Кирилл сразу шёл домой, сам бежит под дождём, прикрываясь сумкой.       Промокает насквозь.       Кирилл приходит немного позже. Такой же мокрый и ошарашенный погодой. Зонт не помог.       Вместе они залезают в ванну. Сидят и греются. Кожа Кирилла холодная, замечает Сёма. Его поди тоже.       Он обливает Кирилла из душа. Тот вздрагивает. Кожа покрывается мурашками, а он медленно выдыхает. С удовольствием.       Сёма заводит волосы Кирилла назад, а он, закинув голову, смотрит на Сёму.       Ресницы слиплись, кожа на лице покраснела. Сёма гладит Кирилла по волосам.       — Хочешь сегодня?.. — он не заканчивает.       — Извини, — говорит устало Кирилл. И Сёма сам ощущает эту усталость. Она резко обваливается на него и прижимает.       — Да я сам никакой, понимаю.       — На выходных?       — Хорошо.       Кирилл кладёт голову на Сёмино плечо и прижимается спиной. Хоть Сёма и никакой, а возбуждение есть. Вливается волнительным импульсом и течёт книзу.       — Кирилл…       — Я чувствую, — говорит он и поворачивает лицо к Сёме.       Тот чувствует его ладонь на своей ноге. Она поднимается выше по бедру, трогает живот, а потом скользит вниз и обхватывает член. Сёма вздыхает и обнимает Кирилла. Крепко сжимает его грудь, талию. Отзываясь на прикосновения, Кирилл повторяет за Сёмой: сжимает руку и водит вверх-вниз. Сёма тоже хочет взять его, но Кирилл останавливает, берёт его за руку и переплетает пальцы. Сёма понимает знак, вместо этого целует в шею. Легко касается губами пространства ниже линии волос, тихо причмокивает. Немного вбирает кожу, стараясь не оставить следа. Облизывает и ощущает нарастающее толчками желание. Он вовремя одумывается и не кусает. Сбавляет обороты, обходится с Кириллом осторожно и ласково, чтобы ненароком не сбить. А Кирилл продолжает двигать рукой и сжимать тогда, когда Сёма поддаётся. Надолго его не хватает.       Вода качается и накрывает их лёгкими, маленькими волнами. Кирилл шумно дышит, Сёма тоже.       Он не успевает заметить, как Кирилл клюёт носом и западает в сторону.       — Кирилл, не спать!       Он вытягивает его из ванной. Перегрелся. Такое тоже случается.       Обтирает его и переносит в комнату. Укладывает на кровать.       Кирилл весь красный.       — Отстой, — говорит он и накрывает лицо руками.       — Ничего, бывает. Сильно устал?       — Устал, но не так, как ты.       — Мы с тобой по-разному устаём, не сравнивай, — утешает его. — Хочешь пить?       — Очень.       — Сейчас принесу.       Когда Сёма заходит на кухню, то понимает, что тоже хочет пить. Быстро утоляет жажду и несёт стакан Кириллу.       — Спасибо, — он отпивает по чуть-чуть. — А ты не хочешь?       — Уже выпил. Всё ты замечаешь.       Кирилл задумывается. Всё ли он замечает? В его-то состоянии, когда он зациклен на каких-то единичных, частных вещах.       — Да нет. Не всё.       — Ну, мне этого точно с головой хватает.       Кирилл улыбается.       — А ты решил, куда бы хотел сходить?       Сёма смотрит в знакомый серый прямоугольник, покрытый каплями. Дождь не прекращается.       — Я думал… но не придумал. Ещё и дождь этот. В итоге всё равно сидим дома.       — Тогда что-нибудь посмотрим?       — А ты уже решил что?       Сёма лезет за ноутбуком, не думая, что Кирилл ответит:       — Да.       — О, круто. Что же это?       — «Демон ночи».       Сёма кладёт ноутбук на кровать и включает его.       — Какой жанр?       — Хоррор.       — Так, у меня ещё больше вопросов.       — Мне обзор показывали, он кажется интересным. И забавным.       — А-а, такой хоррор.       — Ага, — Кирилл подсаживается поближе к Сёме.       Он ещё был красным, но говорил связано. Не казалось, что может потерять сознание, но за ним стоило следить.       Они находят фильм и устраиваются смотреть. Сначала Сёма думает, что не втянется, из-за старой съёмки, но не замечает, как увлекается.       — Крутой саспенс, — говорит на автомате.       — Ага, — поддерживает Кирилл.       Ему нравится. Сёма смотрит то на Кирилла, то на ноутбук.       Спокойно.       Сёма берёт за руку. Кирилл нисколько не удивляется. Сжимает ладонь в ответ. Теперь он горячий. Сёма сползает на его плечо. Тут тоже горячий.       Кроме разговоров из фильма, он слышит стук дождя и тихое дыхание, и всё это кажется таким правильным. Словно не надо было никуда идти, надо было с самого начала решить остаться дома и что-то посмотреть. Здесь хорошо. Расслабляет. И всё кажется каким-то нереальным.       Сёма трогает пальцы Кирилла. Чувствует его шероховатую кожу, гладкие ногти. Чувствует его ровный пульс. Ощущает запах алоэ – жидкого мыла. Он вполне реальный. Как и сам Сёма. Как этот самобытный фильм и мокрая погода.       — Всё хорошо? — спрашивает Кирилл.       — Всё отлично, — отвечает Сёма и закрывает глаза.