Летопись погибшей страны. Царевна.

Арамиль не спал. Уже третий день у маленькой Ильмеры не могли сбить жар. Он вспомнил, как его предупреждали, что второй брак не был благословлен Луной и дитя, рожденное от этой любви проживет недолго. Сначала влюбленный государь даже слушать не хотел о каких-то проклятиях, заговорах и богах-покровителях его семьи. Сыновья подрастали да и новости от царицы Атлантиды не оставляли желать лучшего. Страна живет в мире еще со времен его прадеда. Арамиль не собирался нарушать эту традицию. И эти карие глаза стали для него островком покоя. Даже молитвы в святилище так не облегчали душу как ночи, проведенные в робких объятиях. Жена так и не привыкла к своему статусу. Часто гуляла по царской роще, танцевала вместе с приезжими артистами. Мудрецы лишь качали головой: не гоже царице так себя вести! Но она не очень-то и волновалась по этому поводу. Все-таки чувствовала, что царицей ей быть недолго. Когда Арамиль узнал о том, что царица носит ребенка, то повелел устроить праздник. Только самой государыни не было. Беременность с первых недель протекала тяжело. И стоя перед зеркалом она часто говорила, что ребенку придется расти без нее. Арамиль делал вид, что не слышит слов жены, но поговорить с ней об этом боялся. Когда государыня разрешалась от бремени, царь не мог избавиться от дурного предчувствия. Ему казалось, что никакие молитвы не остановят того, что предрешено. Он не заплакал, когда ему вынесли маленькую Ильмеру, не всхлипнул, когда подошел к умирающей жене и услышал ее тихое: «Я не жалею». Даже на прощании с телом, ни одной слезинки не выкатилось из его глаз. Но услышав, как старшие сыновья Рогар и Ериас тихо укачивают колыбель с маленькой сестрой, он зарыдал и никакая молитва не могла утереть ему слезы. Лекарь тихо зашел в покои государя, поклонился портрету Солнца и обратился к господину. -Мне удалось сбить жар у царевны, владыка. Я оставил травы, которые ей нужно принимать 4 дня. Арамиль ответил не сразу. -Хорошо. Можешь идти. -Государь…- промямлил лекарь. -Деньги тебе выдадут, не бойся. -Как можно! Я не про это… Глаза Арамиля с каким-то печальным интересом взглянули на смущенного гостя. -Болезнь. Больше похожа на проклятье. Кроме жара никаких симптомов нет, и это уже случается не первый раз. Мне кажется вам следует обратиться не телесному исцелению. Все-таки тут говорит ее душа. Арамиль с трудом сдержался, чтобы не кинуть подсвечник в лекаря. Еще до женитьбы он поклялся с мудрецами не связываться и отправил их по храмам-монастырям по всем Островам. А на следующий день после свадьбы вышел указ о том, что отныне и впредь мудрецы не имеют права вмешиваться в дела государства. А мудрец Святилища, которому и принадлежала идея отвадить государя от брака, был найден мертвым у себя в постели. -Пошел вон! — лекарю показалось, что государь вздрагивал сем телом от гнева. — Вон! Иначе я лично отрежу тебе язык у всех на виду! Ночной гость нашел в себе силы не зажмурится и убежать и смело продолжал стоять на месте. -Отрезайте! Вы вправе делать все, что считаете нужным. И я как верный слуга обязан вам подчиняться. Но, согласитесь, вы понятия не имеете, что делать с недугом. Арамиль замолчал. Хотел что-то сказать, но сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Лекарь, осмелев, продолжил. -Ну вот! А я знаю. Я клятву самому Солнцу давал! И я говорю вам, что сейчас надо обратиться к слугам Луны. Царь опять ничего не сказал. Отвернулся к окну и закрыл глаза. Потом, вдруг очнувшись ото сна, махнул ладонью, давая знак уйти. Лекарь, понимая, что царь не послушал его совета тяжело вздохнул и подошел к двери. И вдруг услышал дрожащий голос царя. -Я подумаю над этим. Жду завтра утром у себя. Дверь закрылась.

***

Было жарко. И холодно. Ильмера то и дело сбрасывали с себя одеяло из шерсти, но потом снова куталась в него. Няня постоянно совала в руки сосуд с каким-то травяным отваром и приговаривала, что надо больше пить. Но сил не было ни для питья, ни для еды. Даже когда хотелось приподняться, в глазах темнело, а голова будто взрывалась. Братьев не пускали, а папу Ильмера видеть не очень хотела. Потому что не любила смотреть на плачущих или грустных людей. Потом приходил какой-то человек со смешной тряпкой на лице. Ильмера спросила, зачем он закрывает этой тряпкой нос, а человек рассмеялся. Когда человек ушёл, Ильмера заснула. Спала крепко и без сновидений. Только иногда ей казалось, что кто-то гладит её по волосам. И руки были не папины, большие и тёплые, а наоборот, маленькие и прохладные. Когда Ильмера проснулась, папа сидел у кровати и читал какую-то книгу. - Пап, - Ильмера удивилась своей хрипоте. - - Привет, мышка, - улыбнулся он и подошел к дочери. - Как ты себя чувствуешь? - Голова болит, - нахмурился Ильмера и доверчиво протянула ладошки к отцу. Арамиль, запуталась дочь в одеяло, начал качать на руках. - К тебе вчера приходил лекарь, - начал он. - Да, у него такая смешная тряпка на лице, - улыбнулась Ильмера. Арамиль тоже растянул губы в улыбке. - И он сказал мне, что нам надо поехать в одно место. - Какое? - Там живёт человек, который сможет вылечить тебя навсегда. - Как это? - подняла брови Ильмера. - Тебе ведь надоело часто лежать в кровати, правда? - отцовские руки снова начали гладить девочку по волосам. - - Да, иногда очень хочется сбежать за Рогаром и Ериасом. Они рассказывали, как на охоту ездили. - Ну вот, а после того, как тебя вылечат, ты больше никогда не будешь болеть. - Ух ты! А так можно? - Если Луна благословит, то можно. Ильмера задергалась, освобождаясь от рук отца, и начала рыться в сундуках с одеждой. -Что ты делаешь? - удивлённо поднял брови Арамиль. - Как что? Мы же сейчас поедем к Луне, а потом к тому человеку. - А ты уверена, что перенесешь дорогу? Может положишь чуть-чуть? - - Ты что папа? - детский упрёк не сколько приступил, сколько рассмешил царя.- Быстрее поедем, быстрее смогу ездить с братьями на охоту. Арамиль покачал головой, но все же уступил. - Хорошо, будь готова через полчаса. Ильмера не могла нарадоваться. Наконец-то на улицу!

***

Храм Луны в столице был роскошен. Говорят, именно здесь Солнце короновал свою супругу. Для этой церемонии построили дворец, который следующие правители сделали храмом. Когда царская повозка подъехала к храму, страже пришлось расталкивать собравшихся, мол не на что смотреть здесь! Арамиль любил свою страну и свой народ, но находится в толпе ненавидел. Да и мысли были совсем не о том. Но в отличие от простого Люда, на пороге храма царя никто не встретил. Арамиль уже хотел постучать, как огромная дверь открылась. Ильмера робко шла за отцом и постоянно оглядывалась, будто убеждаясь, что стража ещё здесь. - Да благословит тебя Луна, государь, - голос старца эхом пронёсся по залу. Арамиль поднял руку, приказываю замолчать. - Ты прекрасно знаешь, зачем я пришёл, старик. Я богохульник во всех смыслах, но мои дети нуждаются в помощи. Мудрец подошел к царю и взглянул на сжавшуюся Ильмеру. - Ты прав, владыка. Дети не должны отвечать за поступки отцов. Идём, дитя, - и морщинистая рука взялась за маленькую ладошку Ильмеры. Девочка оглянулась на отца, невольно спрашивая разрешения. Арамиль ободряюще улыбнулся и прошептал: "Не бойся, иди". И она пошла.

***

Лекарь оказался прав. Ильмеру больше не тревожил жар, и вроде бы все стало хорошо. Арамиль, кажется, смягчился. Теперь он молился не только в своих покоях, но и в самих храмах. Страна жила спокойно. А ведь прошло уже без малого 10 лет. Старшие сыновья уже разъехались как наместники царя на острова, куда отправил их отец. Арамиль устал с дороги. Сев в кресло и, протянув ноги, он наконец-то позволил себе расслабиться. Радостные вести давно не посещали царскую семью. Само Солнце благословило наследника Рагара - Ниэри, что означает "счастливый". (Государь сам дал внуку имя). Скоро должна была состояться поездка к Святилищу Иги. Ильмере 16 и как члены царской семьи, она должна получить благословение богини. Арамиль не мог избавиться от гнетущих мыслей. На благословлении Ниэри Арамиль заметил, что Рагор не радовался как другие. - О чем задумался? - участливо спросил Арамиль. - О сыне, отец...- тихо ответил царевич. - Что такое? Вы же так ждали этого! - Помнишь моё посвящение? - Да, ты, кстати, до сих пор не рассказал, что видел тогда, - с неким упрёком ответил царь. - Я видел войну, - замеров в одной позе, ответил Рагар. - Неизвестные воины убивали всех подряд и жгли города. А потом я увидел, как юноша, похожий на меня, скачет из города. И я сейчас понял, что этот юноша - Ниэри. И я молюсь Солнцу и Луне, чтобы то, что я видел можно было предотвратить. Арамиль вздохнул. - Нам не понять замыслов вышеживущих. Но если мы не можем повлиять на будущее, то остаётся поддаться и принять свою судьбу с достоинством. - Ты умеешь успокаивать, - улыбнулся сын. Арамиль решил, что нужно решать проблемы по мере их поступления. Он так и уснул в кресле.

***

Любимым местом Илтмеры была картинная галерея. И, конечно, как любительницу всего мистическое мистическое исторического, её интересовал самый последний портрет. На рамке под портретом было написано: "Игой благословленный, царь и великий государь Четырёх островов, Солнце и его нареченная супруга Луна." Ильмера не осозновала своей родственной связи через многие- многие поколения царей и цариц с этими полубогами. А ещё Ильмера любила читать Матиан*. Конечно это не оригинал, но все-таки единственная зацепка о великих предках.

Год 20 от Великого снисхождения Только сейчас я понял, что нас ждёт после окончания земного пути. Великая Мать явилась к нам во снах и говорила, что за наше непослушание, мы будем наказаны. Она показала наше проклятие. И я никому не пожелаю наблюдать за жизнью своих потомков.