Ты моя мания

— Эй, Аказа-доно? Зачем ты выслеживаешь этого мальчишку? — идя следом за розовласым интересовался Доума. — Отвали, если уж пошёл за мной, так иди молча, мешаешь! — рыкнул Третья луна. — Да ладно тебе, ты же не ешь детей и женщин, не верю, что ты решил его съесть, — бурчал Вторая луна. — Замолчи! Я ничего не слышу! — зарычал розовласый. — Вот чёрт, сюда идёт, двинься в кусты! — внезапно потянув блондина за шиворот рыкнул Аказа, утягивая его в ближайщие кусты. — Да и что? Съе… — не договорил блондин, как ему закрыли рот ладонью. — Ммм? Мне показалось, что здесь пахло двумя лунами, — проговорил Танджиро озираясь по сторонам. — Танджиро? Ты чего вышел на улицу? — не понял Зеницу вйдя следом за ним. — Ты не слышишь? Ну звуки демонов? — поинтересовался красноволосый. — Нет, не пугай меня! Идём уже, сейчас кушать будем, — испуганно взвигнул Агацума и потащил друга обратно в особняк Бабочки. — А, ага, извини, Зеницу, — извинялся Камадо старший, идя за другом, но почувствовав взгляд, он обернулся и встретился с желтыми глазами… и только он хотел сорваться к кустам, как глаза пропали, и он посчитав, что ему причудилось продолжил идти за блондином. — И почему мы спрятались? Съели бы их, и всё. Это ведь его Музан-сама поймать всё хочет, — причитал Доума. — Доума, молчи! Этот мальчишка, никому не достанется, он мой, единственный кто будет пить его кровь, буду я, даже Ему, я его не отдам, — зарычал Хакуджи. — Ой-ой, то есть ты в него влюбился что ли? — удивился Вторая луна. — Нет, его кровь… она особая, я случайно попробовал её… Когда он швырял в меня свой клинок, на рукоятке оставалась его кровь, я попробовал её… я никогда в своей жизни, не пробовал крови вкуснее, и запаха сильнее и прекраснее я не слышал, — говорил Аказа, как завороженный глядя на красноглазого охотника в окне. — Ммм, вот как, ты просто детей не пробовал, они все вкусные, — улыбался блондин. — Тч, тебе не понять, я ел детей, дурень! Я не ем только женщин и младенцев, а подростков вроде не его я ем, и ни у кого из не было такого вкуса крови и запаха, — продолжая смотреть на мальчика одурманенным взглядом говорил Третья луна. — Ммм, что-то вроде наркотика? — решил поинтересоваться Доума. — Да, его кровь для меня наркотик… у меня ломка, мне нужна его кровь… сейчас, когда они лягут спать, я выкраду его, и заберу к себе, и не смей говорить ни слова Ему, иначе я тебя убью! — прорычал розовласый. — Хорошо, хорошо, ты же всё равно его съешь, так что задание по убийству этого парнишки, по сути мы выполним, косвенно конечно, но выполним, — говорил блондин с красной макушкой. Спустя три часа. — Всё они уснули, я заберу его, а ты сиди и не вякай, — рыкнул Аказа вставая с места и направляясь в особняк, за своей добычей. — Ага, смотри, как бы тебя Хашира не застали, — хмыкнул Вторая луна. В Особняке Аказы. — Ну чтож, теперь ты полностью мой, — беря руку связанного парня и делая маленький надрез начал слизывать кровь. — Что? Аказа? — ужаснулся Камадо, открыв глаза от боли и едкого запаха крови. — Да, ты ведь видел и чувствовал меня, надо было лучше проверять, — оскалился розовласый. — И? Зачем ты меня выкрал? Где мы? — злился Танджиро. — Ммм? Зачем выкрал? Что бы пить твою кровь, я буду пить её, до тех пор, пока кровь в твоём теле не закончится, а потом я обращу тебя в демона, и буду продолжать пить твою кровь, есть твою плоть и твоё мясо, — слегка надавливая зубами на кожу говорил Аказа. — Почему именно я? — с ужасом в глазах кричал красноволосый, не так он представлял себе свою смерть и своё будущее в целом. — А? Твоя кровь… вкуснее я ничего не пробовал, ни один маречи не сравниться с тобой, твой запах… самый лучший и манящий, из всех что я слышал, я нуждаюсь в твоей крови, 24/7, каждый день в году, пожизненно, твоя кровь и твой запах, для меня сровни наркотику для людей, и ты моя мания и мой наркотик, ммм, — довольно урча говорил демон, беря уже ногу парня и буквально вгрызаясь в ляшку и откусывая кусочек. — Ааааааа, больно!!! ТЫ ПРИДУРОК! НЕНОРМАЛЬНЫЙ! — кричал красноглазый. — Ммм, это лучше чем я думал, ты весь вкусный, — повалив парня на пол и начиная тереться об шею парня говорил Хакуджи, и тут до Танджиро дошло, что по сути демон в него влюбился, по своему, но влюбился. «Вы серьёзно? Он просто влюбился в меня? Он так об шею трётся, словно котёнок… Но почему именно я? И почему именно демон? Почему он?» — Аказа, ты что влюбился в меня? Мне расценивать это как любовь? Точнее, расценивать это как признание? Или что? — в лоб задал вопрос юноша, после чего уставился на шокированного демона. «Я? И влюбился? Нет, быть не может! Я же демон, я просто хочу пить его кровь, и медленно поедать его!» — Идиот! Я? Демон, я не умею любить, мне нужна только твоя кровь и твоя плоть! — дав пощёчину мальчику, рычал Аказа, и увидев страх в глазах парня, он обнял его. — Тогда лучше убей, и не мучай меня! — зарычал Танджиро. — Что? — не понял розовласый. — Я не собираюсь быть твоей игрушкой, или твоим мешком с едой, лучше убей, или я сам себя убью! — продолжал парнишка. — Что? — отпустив его и отойдя в сторону шептал демон. — Говорю убей меня! Это лучше, чем я буду для тебя мешком постоянной еды! Либо я себя убью, а ещё лучше убью тебя! — кричал красноглазый, но демон удивился, когда заметил, что глаза парнишки наполняются слезами. — Почему ты плачешь? — подползя к нему проговорил жёлтоглазый. — Почему я? Почему именно ты? Чем я такое заслужил? Где я так напортачил? — начал кричать ещё громче, удивляя старшего. — Почему именно ты? — повторил Хакуджи и тут флешбеками начали пролетать в голове воспоминания о прошлой жизни. — Аказа, просто убей, тебе ведь так хотелось меня сожрать! — провоцировал охотник на демонов, рассчитывая на то, что тот сорвётся и разорвав все цепи просто начнёт его бить, тогда у него будут шансы на то, что бы побороться, но до него поздно дошло, что он был без меча, в обычной футболке и шортах, и что он сейчас, разве что в рукопашку, и уворачиваясь время потянет. — Я не собирался съедать тебя сейчас, я хотел постепенно, — спокойно говорил Аказа, смотря на испуганного подростка, но его забавляло, что хоть и мальчишка был испуган, он всё равно стоял стойко, и собирался выживать. — А я, уже сказал тебе, что не собираюсь быть твоим мешком еды добровольно! — уже немного успокоившись говорил парень. — Хмм, а кто же тебя спросит? Хотел себя убить? Так вот только нечем да, да и цепи крепкие, ты их не разорвёшь, — говорил Хакуджи. — Тогда я умру от потери крови, очень даже скоро, — ухмыльнулся красноглазый, сначала Аказа не понял к чему тот клонит, но посмотрев ногу и руку парня, он увидел лужицу крови, и тут он понял как сглупил, тот ведь человек и не его раны не затянуться, он конечно понимал, что от этих ран он не умрёт, но он ему ещё целый нужен был. — Тч, я и забыл, что у вас людей раны не затягиваются, и не драматизируй, от таких ран ты не умрёшь, я видел и по хуже раны на тебе, так что не умрёшь, — подойдя к нему и начиная перевязывать руку и ногу тканью, что лежала рядом, говорил демон. — А? Откуда ты это знаешь? — не понял юноша, начиная подозревать демона в старкерстве. — Я уже давно планировал тебя выкрасть, никак удобного случая не возникало, потому приходилось следить за тобой, я видел твою битву с Даки и Гютаро, и битву с Хантенгу и его компашкой, так что я знаю, какие раны ты способен выдержать, — хмыкнул розовласый. — Ты следил за мной? — ужаснулся Танджиро. — Да, я следил за тобой, с того самого дня, ты ведь и Ренгоку спас, хоть и был в ужасном состоянии, но поднялся, успел отрезать мне руку, прежде чем я ранил его, тогда ты меня заинтересовал, а когда ты швырнул в меня клинок, на рукоятке была твоя кровь, тогда я и понял, что твоя кровь особенная, хоть ты и не маречи, но она вкусная, — спокойно рассказывал Третья луна. — Извращенец! Ты помешался на моей крови? Ты извращенец! — испуганно взвигнул красноволосый. «Ладно меня бы обычный демон похитил, но не извращенец, помешанный на моей крови! Лучше бы просто убил!» — Ну можно и так считать, и я же говорил уже, что твоя кровь для меня, как наркотики для людей, тебе не надоело кричать? — говорил демон. — Я… — не зная что ответить начал Камадо, и почувствовал как начинает отключаться. — Ладно, ты спи, а я вниз схожу, поищу что-нибудь для тебя, — проговорил Хакуджи, и вышел из комнаты. — Аказа-доно? Этот запах, это его запах? — стоя в коридоре говорил Доума. — Да, тронешь его, я тебя убью, — рыкнул розовласый проходя мимо блондина. — Но мальчишка и правда пахнет превосходно, — проговорил Вторая луна заглядывая в комнату и увидев ещё не высохшую лужицу крови, которую Аказа не убрал, подошёл и мазнув по лужице пальцами, облизал их. — Вааа, я не пробовал ничего вкуснее! Он и правда прекрасен! Может всё-таки попробовать немного его мяса? — говорил демон наклоняясь к юноше и приподнимая футболку, тем самым оголяя живот и начина когтями водить по животу, оставляя не сильно глубокие порезы и стоило крови потихоньку вытекать их порезов, как он тут же припал к его животу и начал всё слизывать и всё же сорвавшись, впился в кожу и с дичайшим удовольствием начал глотать кровь, и напоследок откусив немного плоти и мяса встал на ноги. — Невероятно… я чувствую такой прилив сил, он невероятен, это невозможно… Его кровь и его мясо… даёт силы… причём больше чем большое количество маречи! Кто он?! — отойдя от парнишки говорил радужноглазый, смотря на него с диким аппетитом, вот и большое отличие его и Аказы, и если бы Танджиро сейчас был в сознаний, то он бы понял, что был прав, поскольку именно у Доумы, сейчас был животный азарт и интерес, как к добыче. — Он и правда в тебя влюбился, раз ещё не съел, я хоть сейчас готов съесть тебя… — снова прилипая к юноше проговорил блондин, опасно клацая клыками рядом с шеей парня. — Эй, Доума! Я что тебе говорил? — зарычали позади и взяв за шкирку откинули от парня. — Эй, не только тебе же довольствоваться таким лакомым кусочком, почему ты ещё его не съел? Он ведь вкуснее даже десятка маречи, или ты и правда в него влюбился? — кричал Доума и лишь с ухмылкой посмотрел на Аказу, прежде чем убежать. — Чёрт… ещё и живот, прости, что оставил… — шептал Хакуджи падая рядом с Танджиро и взяв остатки ткани, перевязал им живот парня и всё же вытер лужицу крови, он захватил тряпку, что бы убрать кровь, хоть и выходил, чтобы поискать чего-нибудь для Танджи, но вернулся быстрее, потому что запах усилился, так что он сразу рванул на верх, боясь увидеть мертвое тело. Спустя неделю. — Эй, Аказа, сколько ещё буду здесь находиться? Тебе не надоело? Ты уже как три дня не пьёшь мою кровь, а просто садишься, обнимаешь и трешься носом об мою шею, если я тебе не нужен, может отпустишь? — устало говорил Камадо старший. — Нет, ты мой, я тебя никому не отдам, и твоим не верну! Ты мой! — толи заскулил, толи зарычал розовласый демон. — Я так и не понял… почему именно я? И вообще, ты ведь даже, как на добычу не смотришь, хочешь я скажу тебе, что это за взгляд? — продолжал Танджиро. — Давай, — пристально смотря на парня, проговорил Аказа — Ты смотришь на меня, как на любимого человека, то как ты стал обрабатывать мне раны, как аккуратно старался царапать, даже не кусал больше, рычишь на Доуму, что я твой, чтобы не смел меня касаться, а когда он снова откусил кусочек от моей ноги, ты его почти на улицу выкинул, на солнцепёке, ты готов убить того, кого знаешь несколько сотен лет, из-за меня? Из-за человека? Я не понимал, пока сам Доума мне не объяснил, и я видел твой взгляд и его взгляд, вот он смотрит на меня, как на еду, а ты смотришь на меня как на золото, хочешь сожрать, но терять не хочешь, у тебя не здоровая любовь, — объяснял красноволосый. — Что? — смотря на него растерянно говорил Хакуджи и посмотрев на него, понял, понял, что чёрт возьми и правда, он больной демон, полюбивший человека, и теперь мучающий его своей нездоровой любовью, и маниакальным интересом. «Яндере? Это так называется же да? Ужас… Я и правда больной и ненормальный…» — Прости, Танджиро, ты прав, я тебя люблю, но перестать всё делать я не смогу и отпустить тебя, я тоже не смогу, — проговорил розовласый обнимая парня. — Аказа, я останусь с тобой, если ты пообещаешь, что не тронешь моих друзей, я знаю, что ты пытался убить Зеницу и Канао, — начал парнишка. — Что? Останешься? — удивился Аказа. — Да, останусь, добровольно, не буду сбегать, не буду пытаться убить себя или убить тебя, я буду с тобой, ты ведь тоже заслужил счастье, Аказа… Хакуджи, — вдруг улыбаясь проговорил Танджиро, еле еле поднимая руки и обнимая его в ответ, даже сильнее прижимая к себе и поглаживая по голове. — Что? Коюки? — прошептал Хакуджи, и заплакал, когда понял, что в мальчишке часть души Коюки, вот почему он так обезумел, вот почему он так хотел, что бы он принадлежал ему, и хотел убить любого, кто коснётся его… — А? Я Танджиро, просто я… видел сон, я думаю это было твоё прошлое, Хакуджи-кун… но я хочу помочь… тебе выйти из этой тени… ты не одинок, я буду с тобой, — шептал ему на ухо Камадо. — Танджиро… — прошептал розовласый всё ещё плача и слегка отодвинувшись он поцеловал его, на что красноволосый лишь улыбнувшись ответил на поцелуй. «Танджиро… спасибо… теперь мы вместе будем счастливы…» — думал Аказа, прежде чем перейдти на шею парня и впившись в кожу выпустить свою кровь в его тело. — Теперь ты навеки мой, — держа на руках тело парня, что медленно обращался в демона, проговорил Третья луна, и вновь поцеловал юношу.