бан по причине пидорас

на следующий день все собрались дома у Тартальи. - как будем разхуяривать квартиру торта на этот раз? - шёпотом спросил Кэйа. но Чайлд это услышал и дал ему подзатыльник. - это была шутка! - но это не спасло его от второго подзатыльника. вскоре все уселись на пол, припасли с собой всяких вкусняшек на свой вкус и стали ждать. чего ждать? пока Кадзуха и Скарамучча решат, брать им плед или нет. одному было холодно, а другому жарко. - если тебе жарко, сними одежду и мы накроемся пледом. никто все равно не увидит. - ты совсем что-ли? нене, не буду. - Кадзуха настоял на своём и Скар снял некоторую одежду и накрылся пледом вместе с парнем. поначалу ему было некомфортно, но Чайлд это понял и дал ему бокальчик, и после того как он бухнул немножечко, стеснение улетучилось. - что делать-то будем? - у всех уже назревал такой вопрос. - поиграем в правду или действие))) - Тарталья загадочно улыбнулся, и всем стало не по себе. но через секунду всем стало ой как похуй… - начинаем. и так, Синь, правда или действие? - действие. - засоси Розарию. - все хитро улыбнулись, а Синьора, как ни в чем не бывало подошла к девушке и бесцеремонно поцеловала ее. самой Розарии было вообще похуй что на них все смотрели, и только углубила поцелуй. когда рука Синьоры пошла к ее плечу, Торт решил что нужно заканчивать. - эй! задание было поцеловаться, а не выебать, давайте заканчивайте! - Синьора закатила глаза и посмотрела на Розарию взглядом аля «ещё встретимся». после вернулась на место. через несколько человек очередь дошла и до Кадзухи. - правда или действие? - ну давай действие. - хитрая ухмылка. - мы закроем тебя в одной комнате со Скарамуччей. плед мы вам заберём, и одежду его тоже не вернём. - тут лицо Мучачи надо было видеть. - блять, это его действие! нахуя приписывать меня?! - так надо, ты ничего не понимаешь. так, идите, через час откроем. их выпроводили в соседнюю комнату и закрыли на ключ, а сами стали играть дальше. Скарамучча с самого начала выглядел каким-то потерянным. Кадзуха не мог его понять. через 10 минут он все же решил спросить. - все нормально?… - Скар оглянулся и посмотрел на него глазами, полными страха, даже больше безумия. - клаустрофобия. - как назло комната оказалась довольно маленькой, видно Чайлд постарался. на это Кадзуха только подошёл к нему и обнял. даже снял почти половину одежды, чтобы ему было хоть немного комфортней. они просидели так ещё минут 40, а потом заснули. когда пришло время их выпускать, пришёл Тарталья, и увидев их решил не мешать и просто ушёл, на всякий случай положив рядом одежду Скарамуччи. - Кэйа, правда или действие? - го действие - выучи Бородино и расскажи нам через 20 минут. - сука, я вас в рот ебал, идите нахуй. на него посмотрел Дилюк. - ок - ушёл в другую комнату учить. остальные мирно продолжили игру. - я вернулся!! - пришёл Кэйа и начал свой рассказ. — Скажи-ка, дядя, ведь не даром Москва, спаленная пожаром, Французу отдана? Ведь были ж схватки боевые, Да, говорят, еще какие! Недаром помнит вся Россия Про день Бородина! — Да, были люди в наше время, Не то, что нынешнее племя: Богатыри — не вы! Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля… Не будь на то господня воля, Не отдали б Москвы! Мы долго молча отступали, Досадно было, боя ждали, Ворчали старики: «Что ж мы? на зимние квартиры? Не смеют, что ли, командиры Чужие изорвать мундиры О русские штыки?» И вот нашли большое поле: Есть разгуляться где на воле! Построили редут. У наших ушки на макушке! Чуть утро осветило пушки И леса синие верхушки — Французы тут как тут. Забил заряд я в пушку туго И думал: угощу я друга! Постой-ка, брат мусью! Что тут хитрить, пожалуй к бою; Уж мы пойдем ломить стеною, Уж постоим мы головою За родину свою! Два дня мы были в перестрелке. Что толку в этакой безделке? Мы ждали третий день. Повсюду стали слышны речи: «Пора добраться до картечи!» И вот на поле грозной сечи Ночная пала тень. Прилег вздремнуть я у лафета, И слышно было до рассвета, Как ликовал француз. Но тих был наш бивак открытый: Кто кивер чистил весь избитый, Кто штык точил, ворча сердито, Кусая длинный ус. И только небо засветилось, Все шумно вдруг зашевелилось, Сверкнул за строем строй. Полковник наш рожден был хватом: Слуга царю, отец солдатам… Да, жаль его: сражен булатом, Он спит в земле сырой. И молвил он, сверкнув очами: «Ребята! не Москва ль за нами? Умремте же под Москвой, Как наши братья умирали!» И умереть мы обещали, И клятву верности сдержали Мы в Бородинский бой. Ну ж был денек! Сквозь дым летучий Французы двинулись, как тучи, И всё на наш редут. Уланы с пестрыми значками, Драгуны с конскими хвостами, Все промелькнули перед нами, Все побывали тут. Вам не видать таких сражений!.. Носились знамена, как тени, В дыму огонь блестел, Звучал булат, картечь визжала, Рука бойцов колоть устала, И ядрам пролетать мешала Гора кровавых тел. Изведал враг в тот день немало, Что значит русский бой удалый, Наш рукопашный бой!.. Земля тряслась — как наши груди, Смешались в кучу кони, люди, И залпы тысячи орудий Слились в протяжный вой… Вот смерклось. Были все готовы Заутра бой затеять новый И до конца стоять… Вот затрещали барабаны — И отступили бусурманы. Тогда считать мы стали раны, Товарищей считать. Да, были люди в наше время, Могучее, лихое племя: Богатыри — не вы. Плохая им досталась доля: Немногие вернулись с поля. Когда б на то не божья воля, Не отдали б Москвы! - ебать - все ахуели, а Чайлд дал ему моры за крутое выступление. после игра уже закончилась. все занимались своими делами. Итэр и Сяо были на балконе и разговаривали. им просто было хорошо вместе, необязательно как-то общаться, обычного нахождения рядом было достаточно. в их отношениях присутствовало спокойствие. без каких-либо ссор, переживаний. они понимали друг друга с полуслова, и они прекрасно смотрятся вместе. на данный момент, самая счастливая и благополучная пара. чего не скажешь об остальных. Синьора как обычно пила на скорость с Розарией. Роза выиграла. - моя девочка. - она поцеловала ее, а та в ответ. Тарталья сидел и скучал. у многих впринципе была любовь внутри класса, а он как какой-то дурачок влюбился в своего учителя. повезло же ему однако. и поэтому в своей компании он всегда был один и смотрел на своих друзей. он был счастлив за них, но сам он понимал, что скорее всего взаимной любви не дождётся. от этого становится только тоскливее. он посмотрел в окно, и как по какому-то чуду он увидел его. того, кто заполнил его мысли ещё давно. он не думая выбежал на улицу, стараясь успеть, пока он не ушёл и, спотыкаясь на ровном месте, все таки прибегает к нему. - о, Чайлд, здравствуй. ты что-то хотел? не ожидал увидеть тебя здесь в такое время. - ничего, извините, а куда вы идёте? - домой. - он указал на именно тот дом, в котором живет Тарталья. - о, я тоже там живу! может зайдёте ко мне? там все ребята с класса сейчас у меня. - ну, почему нет? у меня все равно не было никаких планов. они прошли в дом к Чайлду и Чжун Ли поздоровался со всеми. - а я думал, кто же у меня такие шумные соседи. - Чжун Ли уже влился в компанию и был совсем как ровесник им, и никто совершенно не стеснялся его присутствия. все всё ещё разбрелись по разным комнатам и занимались своими делами. Кэйа сидел вместе с Дилюком на кухне. он уже порядком задолбал красноволосого. все не переставал говорить какие-то истории из их детства. он не знал, какую боль они причиняют Дилюку. но он терпел. до одного момента. он встал, повалил его на пол и приложил нож к его шее. - я перережу тебе глотку, может тогда ты заткнешься?! - на это Кэйа только улыбнулся и посмотрел на него влюблённым взглядом. - ты прекрасен. - Дилюк онемел. не убирая нож он посмотрел на него. его сковывали печаль и уныние, он едва держался чтобы не заплакать прям тут. не могу выдавить из себя ни слова. что он только что сделал… он понял. он сейчас похож на монстра, который не умеет сдерживать себя. он давно знает, что Кэйа влюблён в него. впринципе, он этого и не скрывает. а Дилюк мастерски шифрует свои чувства. от этого ему только больнее. Кэйа специально приподнял голову, и лезвие коснулось его шеи. Дилюк тут же отдёрнул руку и швырнул нож в другую сторону. к сожалению, кровь уже потекла. порез был неглубоким, но ощутимым. - ты сделал, что хотел. - Дилюк закричал. он не мог больше сдерживать все, что накопилось в нем. Кэйа блаженно закатил глаза и провёл рукой по его щеке. так же, смазав немного крови с шеи, которая до сих пор текла, прикоснулся ей подбородка Дилюка, оставив красный след. он начинал потихоньку терять сознание, но даже с мутной картинкой перед глазами он умудрился поцеловать Дилюка в щеку, и только после этого он отключился. сам Дилюк обработал рану и, заклеив ее, прижимал к себе тело Кэйи и просто рыдал. абсолютно беззвучно. никто не услышал этого. он конечно понимал, что он не умер, но ему все же было больно. да, он любил его. больше жизни. и никто об этом не знал, так как он абсолютно не подавал никаких признаков этого. никто не знал, что творится у него на душе. и впервые он захотел излить душу этому синеволосому идиоту, который время от времени его бесил. он обязательно сделает это после того, как он придёт в себя. он должен. должен.