Один день из жизни с моей матерью

Я решил свалить из школы, я не хотел идти на русский. Я отсидел две математики и отпросился у классного руководителя. Она думала, что я никогда ей не врал: каждый раз, когда у меня не было желания идти в школу, я всегда звонил ей и говорил, что мне лень идти в школу. По этой причине она мне всегда верила: ей казалось, что я могу сказать правду, потому что мне нечего бояться, посему и врать незачем. Люди врут, чтобы избежать неловких ситуаций. А у меня никакого стыда не было. Однако врать было необходимо, в противном случае меня ждали бы неприятности за большое количество прогулов. Я сказал, что у меня началась аллергия и мне ужасно плохо. У меня в действительности в тот тень была аллергия: прозрачная жидкость текла из носа ручьем. Однако я драматизировал, я мог бы потерпеть и подождать пока сработает антигистаминное, что я принял с утра. Но ждать не хотелось, да и сидеть весь день в школе тоже не очень хотелось. Она видела мое лицо: мой нос был раздражен от бумажных салфеток, а глаза красные. Она попросила меня побыть еще чуть-чуть в школе, но я отказался, сказав, что мне очень плохо. Она сопроводила меня до охраны, попросила отдать мне мою верхнюю одежду и открыть входную дверь. Я вышел на мороз и позвонил матери. Я ждал ее минут двадцать, но за это время я успел сходить в аптеку и купить себе лекарств, которые у меня как раз закончились. Маман приехала, я забрался в машину и она повезла меня домой. Диалог начался, как всегда, с того, как обстояли мои дела в школе и тому подобное. Потом началась опять эта шарманка про её сраную секту. — Ты надеюсь бабушке не рассказал, что я в Индию летала с Надей? — Нет. А зачем ты спрашиваешь? — Просто. — У тебя в жизни всё всегда просто. — В жизни в действительности всё просто — Ежели всё так просто почему мы не богатые, не здоровые да не счастливые? — Это твой подсознательный выбор быть таким, ты это сам выбрал. Она начала меня бесить. Если всё так просто, как она это говорила, так почему же она сама была больна, как подыхающая псина и бедная, как церковная мышь? Я решил промолчать: с ней невозможно спорить, этот дибилизм засел у неё на подкорке. Она поверила в эту чушь с «запросами в космос», потому что сама не может ничего сделать для того, чтобы получить необходимое. Ей легче было думать о том, что рано или поздно всё сбудется, если, конечно, сильно захотеть. А ежели не сбудется - значит не сильно хотел. Реальным усилиям она предпочла борьбу с космосом за личное счастье. — Кстати, почему ты опять с уроков ушёл? — прервала она мои мысли по поводу будущего и сомнений, в который я погружаюсь, ища смысл во всём, что происходит. — У меня аллергия. — ответил я спокойным голосом — Опять? — Ну да, у меня начался ринит. — Это невозможно, у тебя постоянно аллергии и риниты. Ты вообще пьёшь свои таблетки? — Я выпил с утра, но они еще не подействовали, либо я к ним привык уже. — Как-то странно, может тебе надо от кота избавиться? — Я не отдам его, я в любом случае скоро уезжаю, пусть остаётся у бабушки. — Странно, что таблетки не работают, это же не какой-то супрастин дешманский. — Я тоже не понимаю этого. (Позже я выяснил, что дезлоратадин вызывает у меня привыкание и собственно саму аллергию) Далее мы ехали в молчании на протяжении нескольких минут. И тут снова началось… —Ты знаешь, тебе стоило бы попробовать поработать с психоматикой. —Ты снова начинаешь нести бред? — Почему бред, это известный факт, что астма вызывается психосоматикой. — Я с тобой не спорю, НО ЭТО НЕ ОСНОВНОЙ ФАКТОР, ты не понимаешь? У тебя у самой астма. Это просто генетика. Боже мой. — Но я не так сильно страдаю от нее, как ты. — Но это не из-за психосоматики, а моих аллергий. — Но ты попробуй поработать над этим, ты мне вот не веришь, а пытаешься доказать, что это не работает. У меня все работает У нее ничего не работало. Она страдала от астмы еще больше, чем я. Но не хотела этого признавать. — Помнишь, когда у меня случился бронхоспазм? Я чуть не умер в тот день. Ты помнишь, что ты мне сказала тогда? Тоже самое, что говоришь и сейчас : « это психосоматика». С каких пор асфиксия вызывается мыслью о ней? Ты надо мной издеваешься? Врачи сказали, что у меня непереносимость аспирина, а ты не опять про психосоматику. Все, что ты хочешь сделать, это просто загазлайтить меня, ничего больше. Почему ты можешь поверить какой-то тётке из интернета, но не мне? У тебя всё, что не происходит в жизни, это все психосоматика — Ты пробовал сальбутамол? — Мне вкололи двойную дозу эуфиллина. Один шприц не помог. Мне вкололи два, ты это понимаешь? — Ну раньше у тебя не было такой реакции на аспирин. — У меня раньше и АСТМЫ НЕ БЫЛО. — Она у тебя появилась из-за психосоматики. — Bitch, are you fucking serious? — сказал я, зная, что она ничего не поймет, потому что ей нехватало даже базового образования. Она не знала ни слова по-английски. Это и была та самая, академическая запущенность, которую она боялась взрастить в своих детях. Она даже не закончила университет, это просто смешно. — Что это значит? — Будто тебе не всё равно… А ей в действительности было всё-равно. Она промолчала. Ей нечего было ответить, я победил. Молчание царило следующие две минуты. — А ты читал Пауло Коэльо? — Нет. — ответил я, зная к чему это приведёт. — А вот ты почитай, он там инверсные вещи говорит. — Какие? Что нужно рисовать и читать мантры, жечь свечи и палочки-вонючки, чтобы в жизни что-то наладилось? — Ну в отличие от тебя, я не встречаюсь с девочками. — В каком смысле? — В том самом, тебе 17 лет, а ты ведешь себя как девочка, манерный, жеманный, меня уже люди спрашивают нормальная ли у тебя ориентация. Ты меня позоришь. Я сказал тогда ей остановить машину. Мы проехали семьдесят процентов пути. — Останови блядскую машину! - прокричал я в тот момент. Может это было слишком жёстко, учитывая, что я разговаривал со своей матерью. Но я готов был разрыдаться, а я не мог позволить себе такой слабости перед той, что меня вечно попрекала в ней. — Ты бездушная сука. Я вышел. Я рыдал. Я прошёл два километра пешком, потому что торопиться мне было некуда. Я такой плакса.