Свет в пустоту

Джигён всегда знала, что отец желает избавиться от неё, но никогда не думала, что выберет он для этой цели замужество. Тем более с каким-то старым вдовцом, пусть и дохрена богатым. Всегда считала, что глава семьи просто отошлет ее учиться за границу. Как же она ошибалась на этот счет. Случайно услышанный разговор между родителями заставил девушку сорваться с места и выбежать из дома. Немая истерика билась внутри нее, не находя выхода. Особняк, в котором она с самого детства росла, никогда не был ей родным гнездышком, и успокоение она в нем не находила, разве что в своей комнате, куда ни разу не заходил глава семьи. Теперь, глядя на этот величественный дом, Джигён жалела, что старалась пакостить отцу, пусть и по-мелкому. Может быть, если бы она была более послушной и примерной дочерью, он бы не решил избавиться от нее столь мерзким способом? В голове крутилась страшная картина, как особняк горит синим пламенем, не оставляя после себя ничего, кроме пепла. Да, в таком виде «родной» дом выглядел бы в ее глазах прекрасно, и этот вид вполне удовлетворил бы девушку. Подобная мысль обещала в последствии стать навязчивой. — Это уродство надо убрать с ее лица! — Господин Ким готов был рвать и метать, когда впервые после происшествия увидел свою дочь. Мужчина ни разу не навестил ее в больнице, хотя пролежала она там более одного месяца. — Дорогой, врачи сказали, что, прежде чем делать пластику, нужно время. Нельзя так сразу приступать… ее кожа еще слишком уязвима. — Госпожа Ким старалась умерить гнев мужа, чтобы он ненароком перед дочерью не показал своего отношения к последствиям происшествия. — Бинты снимаются лишь для перевязки, отец. Пожалуйста, постарайтесь проявить чуть больше внимания к Джигён. Ей сейчас не легко, — вступился за младшую сестру Сокджин. В тот день они не подозревали, что девушка слышала их разговор. Впитала в себя каждое слово отца, и, когда пришло время делать пластическую операцию, решила отказаться от нее, чтобы всю жизнь отец морщился от ее уродства, глядя на нее. Никакие уговоры матери, заверения брата и приказы отца не смогли сломать ее решимость. Наверное, этим она делала хуже себе, но если главе семьи это будет хоть частично мозолить глаза, Джигён будет терпеть до последнего. Не раз она порывалась передумать и попросить мать договориться о новом приеме у хирурга, однако гордость брала верх, и девушка сдерживала себя, страдая от собственного решения. Если бы в этот самый момент в распоряжении Джигён оказалась канистра с бензином и зажигалка, она бы и глазом не моргнула, сжигая дом. Из глаз потекли слезы от собственного бессилия и желания сделать отцу плохо. Испортить его гнусные планы на ее жизнь, даже если это означало убить саму себя. Больше смотреть на ненавистный особняк не было сил, иначе она начала бы кричать и проклинать всю семью, поэтому девушка отвлеклась на черную машину, которая подъехала к дому и остановилась у ворот. Со стороны пассажирского сидения открылась дверь, и вышел мужчина в черных брюках и футболке, поверх которой был надет широкий пиджак. Джигён узнала гостя. Несколько раз видела его с отцом и Сокджином в кабинете и один раз на одном из мероприятий несколько лет назад. Запомнила она Чон Хосока, потому что от него веяло непробиваемой уверенностью. Именно поэтому мужчина и сейчас приковал внимание девушки. — Добрый вечер, красавица. — Хосок широко улыбнулся, затем рукой подал знак водителю дождаться в машине. Слово «красавица», обращенное к ней, всегда заставляло Джигён внутренне вздрогнуть и бросить несколько колких слов в адрес сказавшего, но от Чон Хосока это прозвучало не как усмешка, а как данность. Заметив ступор девушки, мужчина перестал улыбаться и подошел к ней. — Всё в порядке? — поинтересовался он, с любопытством разглядывая дочку семьи Ким. — Женитесь на мне! — резко выпалила Джигён, хватаясь обеими руками за мужскую ладонь. — Не отказывайтесь! Прошу вас! — Признаюсь… — интерес во взгляде Хосока значительно возрос, а еще появилось что-то на подобии забавы. — …это неожиданно. Я думал, что мы с твоим отцом будем обсуждать дела, а тут такое предложение. У меня есть время подумать? — Он не воспринимал всерьез порывы молодой девчонки, поэтому с улыбкой отвечал на неловкие касания, беря ее руки в свои. — Нет! Пожалуйста! Не надо думать! Я уродлива, знаю, но… — Джигён начала бегать глазами по мужской груди, нервно перебирая в голове какие-нибудь свои достоинства, однако хвастаться ей было особо нечем, тем более перед таким влиятельным человеком, как Чон Хосок. — Я стану хорошей женой! Буду как мышка, словно меня и нет. Не собираюсь доставлять проблем. Тихо-тихо жить буду и даже все домашние дела возьму на себя! Обещаю! — Девушка не знала, каким образом напакостить отцу, но если для него был важен союз с семьей Мин, она могла постараться обломать его планы, а для этой цели, к сожалению, у нее никого не было на примете. — Чем тебя так сильно расстроили, малышка? — Хосок вопросительно выгнул бровь и принялся успокаивающе поглаживать девичью ладонь. Девушка явно нервничала и нуждалась в словах, которые не дадут ей совершить какую-нибудь необдуманную глупость. — Вы ведь… — Джигён запнулась, свободной рукой смахивая слезу с щеки и поправляя чёлку. Впервые она не чувствовала себя неуверенно от такого пристального взгляда, так как в голове был полный сумбур. — Я знаю, что вы как-то связаны… с мафией, — чуть тише закончила она мысль, нервно закусив губу, ведь не была уверена, стоило ли это говорить. Вместо того, чтобы разозлиться или показать свое недовольство от столь прямолинейного заявления, мужчина громко расхохотался, мотая головой. В их кругах его статус был вполне известен, однако о нём не принято так прямо говорить. — Связан самым прямым образом, малышка, — сквозь смех произнёс он, выпуская девичью ладонь и кладя свои руки в карманы брюк. — Хочешь замуж за меня? — прищурившись, спросил Хосок, и не будь Джигён так расстроена, она бы точно заметила заинтересованные огоньки в его глазах. — И не передумаешь, когда успокоишься? Раз уж знаешь кто я, должна понимать, что сказанного — не воротишь. — Я все обдумала! — выпалила Джигён, бросая ненавистный взгляд на особняк. — Серьезно? За пять минут нашего общения обдумала, или этот коварный план был уже давно в твоей голове? — Хосок сделал серьезное лицо и сменил шутливый тон на строгий, таким образом нагоняя на девушку мнимую опасность. — Нет-нет… — Джигён активно замахала рукой. — Это не так. Я… мне нечего предложить вам, но я буду стараться. — Хорошо. Тогда садись в машину. — Мужчина кивнул на автомобиль, затем толкнулся языком во внутреннюю сторону щеки. Было интересно посмотреть, пойдет ли девчонка Ким до конца, хоть в глазах у нее и присутствовала решимость. — Да! — эмоционально произнесла Джигён и с уверенностью добавила: — Сяду. — Не хочешь присутствовать при разговоре с отцом? — Легкая усмешка на мужских губах. — Пожалуйста, не говорите ему пока… — Она осеклась по сторонам и, вновь вернув свой взгляд к мужчине, неверяще уточнила: — Вы действительно женитесь на мне? — Я же сказал. Малышка, Чон Хосок не бросает слов на ветер, а это означает, что как только ты сядешь в эту машину… — Мужчина лениво вытащил одну руку из кармана и указал пальцем на автомобиль. — …то я не оставлю тебе обратного пути. — Я уверена! — Джигён гордо задрала подбородок и смело сделала шаг в сторону машины. — Только попрошу не говорить об этом отцу, пока всё не произойдёт. — Почему же? Не слишком ли много просьб для малознакомых людей, красавица? — Меня Ким Джигён зовут и я надеюсь избавиться от своей фамилии навсегда. — Хоть из уст Хосока это слово и не звучало как издевка, однако ей не хотелось его слышать. — Тогда я всё-таки поговорю с твоим отцом. — Нет! — Почему же? Боишься, что не позволит? — Хосоку хотелось рассмеяться, но он старался выдержать серьезный тон, дабы не задеть девчонку. — Да… он не позволит. Я знаю. — Малышка, не заставляй меня нарушать этикет. Я всё-таки предпочитаю поговорить и поставить в известность. — А если… он будет против? — Джигён не хотела, чтобы отец узнал об этом, ведь он точно откажет и не оставит ей иного выхода, кроме как выполнить его личную волю. — Поставлю в известность, — повторил он свои слова, только с другой интонацией. — Ты все еще готова на импульсивное решение? — Хосок снова задал этот вопрос, видя как в глазах девушки промелькнула едва заметная неуверенность. Джигён быстро поборола в себе слабость и, не желая идти на попятную, подошла к машине. Открыв дверцу, она твердо произнесла короткое: — Да.

***

— Я думал, ты прямиком пойдешь к своей девушке. — Чонгук следовал за Сокджином по коридору борделя. — Девушке? — Сокджин усмехнулся с такой формулировки «отношений» с Солли. — Она игрушка, не более. — От этого она не перестает быть девушкой. И вообще… — На лбу парня залегли морщинки, из-за того, что он сильно хмурился. — Она человек. Сокджин остановился и неспешно обернулся к Чону. Что-то сильно ему не нравилось в сегодняшнем поведении парня. — С чего вдруг столь высокоморальные рассуждения? То ты говоришь, что я не должен так часто посещать бордель, а сейчас игрушка тоже человек? — Если ты считаешь констатацию факта высокоморальным рассуждением, то я глубоко ошибался в умственных процессах в твоей голове. — Чонгук больше не желал следовать за Сокджином в «River». Если он ничем не мог помочь, то и посещать это место не хотел. Его пугали собственные мысли о судьбе той, которую Ким так легко называл игрушкой. Не должен думать о ней и уж точно ощущать сожаления. — Я считаю, что, в твоем случае, произнесенное слово «констатация» является огромным прогрессом. — Сокджин в своей привычной манере высокомерно усмехнулся и, развернувшись, продолжил свой путь. Чонгук не стал больше ничего отвечать мужчине, лишь молча последовал за ним к кабинету госпожи Берте, останавливаясь возле него, однако Сокджин решил по-другому. — Заходи, — велел он парню. — Я подожду здесь. — Обычно Чон не заходил в кабинет управляющей, и ему определенно не нравилось, что на этот раз высокомерный говнюк решил поговорить с женщиной в его присутствии. Пахло жареным. — Нет. Мне спокойнее, когда ты рядом. — Сокджин принялся откровенно издеваться над парнем, в очередной раз показывая свою власть над ним. — Мудак, — с презрением бросил Чонгук и первым вошел в просторный кабинет управляющей, чье лицо ему теперь еще больше казалось мерзким, чем обычно. — О-о, господин Ким… — Госпожа Берте поспешила встать со своего места и встретить гостей. — Мы вас не ждали. — Она сделала вежливый поклон и, указав на кожаные кресла, произнесла: — Садитесь, пожалуйста. — Есть разговор. — Сокджин сел и сложил руки перед собой, переплетя пальцы. Он кивнул Чонгуку на кресло напротив, немо приказывая ему последовать его примеру. Госпожа Берте забеспокоилась от столь серьезного тона мужчины и тоже села, приготовившись внимательно слушать. — Надеюсь, ничего серьезного. «River» в чем-то провинился? — спросила она, подразумевая проступок Солли. — Девчонка по имени Арам. Она принадлежит кому-то? Судя по ее внешнему виду, я сомневаюсь в этом. — Губы Сокджина растянулись в злой улыбке. То, как Солли попыталась отвести его внимание от девчонки, сыграло определенную роль в его интересе. Чонгук непонимающе воззрился на мужчину. Неужели это он привлек внимание Кима к этой глупышке, когда попросил ее для себя? — Мне не нужна она! — поспешил заверить парень, ошибочно решив, что Сокджину пришло в голову купить ее для него. — А кто сказал, что она для тебя? — Мужчина взглянул на Чона с кривой ухмылкой, распаляя на всех присутствующих свое тщеславие. — Но Арам не продается. Она… — Госпожа Берте заметно забеспокоилась, когда речь зашла об этой мелкой идиотке. — Девочка не шлюха. — Но почему не может стать ею? Вы ведь знаете, деньгами не обижу. — Сокджин решил подойти к вопросу с финансовой стороны. — Судя по вашему ответу, она не принадлежит никому. — Теперь он точно убедился во лжи Солли. — Простите, господин Ким, но Арам не продается. — Женщина старалась звучать твердо, чтобы у мужчины не оставалось дальнейших вопросов и желания продолжать данную тему, хоть она и сомневалась, что он так просто сдастся. — Такой ответ мне совершенно не по душе. — Сокджин поморщился, словно во рту остался привкус чего-то очень кислого. Отказ управляющей и ложь Солли распаляли его любопытство не на шутку, но вместе с тем и раздражали, ведь он привык всегда получать желаемое без возражений. — Я понимаю, но… — Вы не понимаете, — резко перебил ее мужчина, небрежно взмахнув рукой в воздухе. Наблюдавший за «переговорами» этих двух Чонгук впервые посмотрел на госпожу Берте другими глазами и четко увидел в ее взгляде обеспокоенность и желание увести тему в другое русло. Женщина, которая с легкостью продавала девушек и отдавала их на растерзание извращенцам, но не хотела продавать за большие деньги какую-то девчонку? Это определенно заинтриговало парня. — Арам не продается, — повторила госпожа Берте и, встав со своего места, направилась к столику с графином алкоголя. — Предлагаю выпить. — Выпивают за удачную сделку, а, как я вижу, у нас она пока не состоялась, что меня очень сильно расстраивает, — с нажимом проговорил Сокджин, выпрямляясь в кресле. — Господин Ким, — женщина взяла стакан и налила в него спиртное. — Если вам наскучила Солли и теперь захотелось другую, то просто скажите о своих запросах, и «River» не обидит вас. Хотите щупленькую, неприметную и совсем юную девственницу? Пожалуйста. Мы предоставим вам такую. — Хочу именно эту девчонку, — безапелляционно заявил Сокджин, начиная заметно злиться. Он в этот кабинет пришел не для того, чтобы разводить дискуссию. В данном случае, Чон целиком и полностью болел за управляющую, мысленно надеясь, что она не сдастся и не купится на кругленькую сумму. Пусть удивит его, постояв за девчонку до конца. — Арам не готовилась в шлюхи. — Рука госпожи Берте начала заметно подрагивать, поэтому она сделала большой глоток алкоголя, дабы успокоиться. — Мне кажется, разговор должен прерваться на этой ноте. Нутро Сокджина горело от подобной дерзости женщины. До сих пор всегда заискивающая перед ним, она вела себя слишком смело и категорично. - Вы уверены? Если меня обидеть, то это дорогого будет вам стоить. Госпожа Берте залпом выпила остаток жидкости и с громким звуком поставила стакан на стол. — Она моя дочь, — проговорила она внезапную правду, которую до этого дня ни разу не произносила вслух. Удивившись словам управляющей, Чонгук растерянно посмотрел на нее, отмечая на женском лице готовность сдаться, если последний аргумент не покажется Сокджину весомым. — Тогда сделайте так, чтобы деньги пошли в ваш личный карман. — Как и ожидалось, на мужчину совершенно не подействовала причина отказа госпожи Берте. — Дайте мне время… — Женщина осела в кожаное кресло и устало провела ладонью по лицу, из-за чего красная помада немного размазалась по уголкам рта. — Завтра я приеду снова. — Сокджин встал, следом за ним и Чонгук, который продолжал поглядывать на женщину. Как и ожидалось, она оказалась еще хуже, чем он изначально думал. — Завтра? — Управляющая не думала, что ответ придется давать так скоро, поэтому в легкой тревоге выпрямилась. — Именно. Оставляя госпожу Берте размышлять над предложением, Сокджин с Чонгуком вышли из ее кабинета. Обычно женщина всегда провожала клиентов борделя, однако сейчас из нее будто высосали всю энергию, поэтому она лишь смотрела туда, где минутой ранее сидел господин Ким. В зале приемов Чонгук заметил сидящую Солли в стороне от других девушек, которые с интересом что-то обсуждали. При виде мужчин, работницы борделя повскакивали и поклонились в приветственном жесте, после чего поспешили удалиться. — Здравствуйте, мой господин, — Солли встала и поздоровалась с мужчиной, игнорируя присутствие Чонгука, хотя губы до сих пор жгло от фантомных ощущений после прикосновения его губ. На секунду застыв перед девушкой, Сокджин окинул ее совершенно пустым взглядом и, не сказав ни единого слова, направился к выходу. Солли пребывала в полном смятении, провожая непонимающим взглядом мужчину. Ей бы радоваться, однако неведение пугало больше. — Он сегодня не в духе, — с улыбкой произнес Чонгук и, обойдя девушку, остановился сбоку от нее. Ему надо было поспешить, чтобы Сокджин не хватился из-за его отсутствия, поэтому он засунул руку в карман брюк и достал оттуда конфету. Такую же, как и в прошлый раз, только теперь со вкусом дыни. — Я тут кое-что тебе принес. Пиздецкий романтик, правда? — Парень с довольным видом протянул конфету Солли. — Зачем? — Девушка подозрительно косилась на протянутую сладость, будто в ней мог содержаться яд, оставленный Сокджином. Хотя в прошлый раз конфеты оказались вполне вкусными, или ей они так понравились, потому что были получены просто так и без желания получить что-то взамен? А может они действительно являлись платой за тот поцелуй? — Ну, говорю же… учусь ухаживать за девушками. — Чонгук подмигнул Солли и торопливо пошел по направлению к выходу. Не успела Солли отойти от странной встречи с господином и его человеком, как в зал приемов влетела госпожа Берте. — Где эта идиотка Арам?! — крикнула она, завидев Солли. — Н-не знаю… — Девушка попятилась назад, не желая сталкиваться с гневом управляющей. — Арам! — Женщина совершенно не заботилась о том, что ее крик мог побеспокоить кого-то из гостей борделя. — Тэхён! Приведи ко мне эту девчонку! Несколько девушек вошло в зал, среди которых была и Арам. Работницам «River» хотелось насладиться публичной казнью непоседливой девчонки, поэтому они приготовились к зрелищу. В отличие от остальных, виновница злости управляющей совершенно не беспокоилась по этому поводу и смело вышла вперед. — Что опять? — Деланно устало вздохнула она. Лицо госпожи Берте исказилось от подобной нескончаемой наглости маленькой змеи. Подлетев к Арам, она со всего размаху влепила ей звонкую пощёчину, из-за чего та отлетела, но нашла опору в виде стены. — Идиотка! Будь ты проклята! — Женщина не собиралась останавливаться на одной пощёчине, поэтому схватила девчонку за косу и со всей силы отбросила ее в другую сторону. — Доигралась?! Девушки, решившие насладиться зрелищем, испугались и поспешно ретировались, боясь тоже попасть под горячую руку. Никогда прежде они не видели госпожу Берте в неуправляемом состоянии и впервые стали свидетелями избиения ею Арам. — Г-госпожа Берте… — Солли в шоке смотрела на происходящее и сделала неуверенный шаг вперёд, желая остановить женщину, однако вошедший Тэхён не позволил ей и сдвинуться с места. — Не смей, — предостерегающе прошипел он. — Ты мало получаешь? Хочешь и за Арам схватить? — Но… — Солли не собиралась перечить Тэхёну, однако и спокойно наблюдать, как Арам избивали, не могла. Если бы на месте девчонки была любая другая девушка борделя, она бы и глазом не моргнула и просто ушла в свою комнату, но не сейчас. Арам рыдала, прикрывая лицо руками и стараясь уклониться от ударов управляющей. Заметив Тэхёна, она побежала к нему и юркнула ему за спину, крепко окольцевав его талию и уткнувшись лицом в лопатки. — Пожалуйста, с-спаси меня, Тэ… — Девчонка хныкала и топтала ногами пол. — Она меня убьет. Я н-ничего не сделала… — Дрянь! — Не унималась женщина, не находя себе место, но устав кричать и бить. Женщина без сил опустилась на диван, немного успокаиваясь. — Какая же идиотка… Кивнув Солли в сторону выхода из зала и дождавшись, пока она послушается и выйдет, Тэхён осторожно вывел Арам из-за своей спины, еле заставив ее расцепить руки вокруг талии. — Что она натворила? — поинтересовался он у госпожи Берте, будучи уверенным, что Арам заслужила каждую пощечину своим моментами жестоким отношением, но точно мог сказать, что женщина отрывалась на ней не по этой причине. — Пошла прочь! Иди к себе и не смей оттуда выходить! — Управляющая вскочила на ноги и ринулась в новый бой, однако Арам шустро обошла ее и хныча выбежала из зала. — Идиотка! — бросила ей в спину она. — Я приготовлю вам чай… — Какой чай?! Мне нужно выпить… — Госпожа Берте вновь попыталась взять себя в руки и успокоиться. Присев на диван, она уже более спокойным тоном заговорила: — Господин Ким заинтересован в Арам. Заинтересован как в шлюхе, — уточнила женщина на случай, если Тэхён не понял. Парню сделалось не по себе. Несмотря на все пакости Арам, он всеми силами старался удержать ее от глупостей, и вот настал тот момент, когда девчонка напоролась на то, что так давно желала. — И кто?! Господин Ким! — продолжила госпожа Берте. После того, как шок спал, Тэхён невольно обрадовался тому, что Ким Сокджин выбрал другой объект для своих издевательств. Разве не значило это, что Солли будет свободна от его терзаний? Или этот ублюдок собирался пользоваться ими обеими? Парень знал, что ему должно быть стыдно за свои мысли, однако он считал, что Солли, как никто другой, заслуживала хотя бы частичного успокоения. — Мне нужно что-то придумать… — Женщина принялась задумчиво ходить по залу, а Тэхён не смел прерывать ее мыслительный процесс. Глубоко в душе ему не хотелось, чтобы госпожа Берте додумалась до чего-то, ведь это могло означать не самый лучший исход для Солли, однако парню не давала покоя уже совсем другая мысль — почему управляющая так переживает за несносную Арам? Он сам не хотел для нее ничего плохого, но для госпожи Берте были важны деньги, а не девушки. — Неужели господин Ким не собирается платить за Арам? — По его мнению, это могло быть единственной причиной подобного нежелания женщины отдавать девчонку. — Или предложенная сумма не удовлетворила вас? — Она не шлюха.