метадон.

      Мадаминов победно улыбнулся, от гордости блестя глазами. Задернув повыше подбородок, он подошел к рыженькому вплотную. Рад очень сильно, что не он один влип в эту заваруху. Голос над ухом отзывался с перемешкой токсичного смеха, сковывая Андрея ещё больше.       — Молодцом, Дюша! —кулак слабо проехался по чужому плечу подобно "бодрому жесту". Тот, буд-то чужой, отдернул руку. Заметив резкое движение, интонация Сани стала пугающей, — Только не разрыдайся. К несчастью, до ушей Чернышева долетели последние слова, вкинутые его дорогим другом. Желание пойти первым и попробывать судьбу вмиг исчезла, оставляя после себя паршивые ошмётки. По этому он просто кивнул, пропуская парня. Отказываться было поздно, ведь он сам предложил сыграть в игру, да при этом Санëк мог бы дать ему под глаз, а с фингалом красоваться не охота. Шаги за спиной становились тише, пока вовсе их не стало, оставляя парня на едине в коридоре с звенящей тишиной. Руки страдальчески обвили голову, разрушая дневную чёлку. Было невозможно заблудиться в трёхкомнатной квартире: две двери были заколочены досками. Какой идиот будет скрывать то, что у него находится дома. Разве что, если здесь не проживает серийный маньяк с желанием вас зарезать. Хотя, к этому всё вело. Район, где компания сейчас находилась, явно подходил для сюжета нового триллера. Висевшие на стенах старые портреты прожигали взглядом дыру в Александре, но тот пытался не подавать виду в своей растерянности. С грохотом деревянная дверь отварилась, запуская длинноного в кабинет. Позже зашли Андрей вместе с Лизой. Молодые люди встали в проходе, и девушка выглядывала из-за спины друга. Их мимика предсказывала, что ничего хорошего не будет. Кабинет выглядел довольно маленьким по мнению четверых подростков, включая ещё малознакомого им банкира, с кем Мельник увлечённо вёл беседу. Мужчина сидел по-хозяйски на мягком сидении, закинув ногу на ногу. Для полноценной погруженности в атмосферу не хватало пластмассовых стаканчиков с капучино. Эффектно облокотившись об деревянный шкаф стоящий рядом с дверью, шатен неумолимо наблюдал за теми двумя.       — Закончили значит. —Мельник наконец-то обратил внимание на своих друзей, сразу же на его лице появилась хитрая ухмылка, напоминающая злодея из диснеевского мультика.       — Слушай, может быть объяснишь, что за поеботу хочешь нам подлить? —Александр скрестил руки на груди, обращаясь к Дмитрию. Он был всё ещё не в настроении, так что ему всё равно за сказанное в этот момент. — Не то, чтобы меня волновало состояние того фрика. Просто я следующий. Указательным он указал на силуэт бедного Андрея, и явно не понимающий претензий. Дмитрий проследил за пальцем, а потом думчиво хмыкнул, отодвигая свой стул.       — Слышал что-нибудь про метадон? Долофин? Нет? — в ответ тишина. Брюнет крутил в руке полбу, — Кратко говоря, это опиат. Побочки, поверьте, будут сильными, но это будет того стоить. Для новичков я рассчитываю определённую дозу, так что не бойтесь. Следующее предложение заставило ребят серьёзно напрячься.       — И ещё, если вы сдохните, то я не виноват. — мужчина поправил рукава потрепанного свитера, заканчивая на этом свои высказывания. Пожав ладонь, а именно Чернышеву из всех кандидатов, Дмитрий двусмысленно подмигнул. Затем мужчина присел на край стола, упираясь ладонями. Он ждал действий, желательно положительных. Андрей слабо кивнул, дабы не задерживаться.       — Отлично! — диллер неожиданно спрыгнул, и заторопился. Когда от того отстали, Лиза проскользнула к парню сзади.       — Ну, Дюша, раз согласился на вызов, то выполняй. Если не выполнишь, будет потом доёбывать тебя всю жизнь. —начала она. Андрей сразу понял о ком идёт речь. Парень про себя сморщился от глупого коверканья своего имени, однако заткнулся. Слова подруги были толковыми. при этом глубоко вздохнул, присаживаясь. За одно поблагодарив Мельника, что уступил ему место. Пути назад уже нет, и парень прекрасно понимал. Мысль о том, что время не вечное немного успокаивала его, да ещё он же не накрашенная девчонка с поселка чтобы дергаться. Засучив рукава до локтей, парень как можно мужественно положил руку на стол, чтобы тыльная сторона ладони была снизу, будто ему будут сейчас ставить манту. На это Мадаминов саркастично удивился. Заметив острую вещь в руках Дмитрия, у Чернышева буквально перехватило дыхание на секунду. Он почувствовал себя подопытной крысой, внюхиваясь, откуда-то взявшийся запах спирта. К тому же, он последний раз ставил укол в детстве. Пальцы начали постукивать об поверхность, набивая такт знакомой мелодии. Александр отшутился, даже не удосужившись отойти от стены ради приличия.       — Боже, за ручку тебя что ли поддержать, или лучше твоя мамаша этим займётся? Чернышев проигнорировал колкий ответ, отворачивая голову в сторону окна в надежде отвлечься. Перед этим сделав умный вид. Шутить про мать — низко. Он никогда не опустится до такого уровня. Глаза зацепились на раскачивающиеся от ветра голые ветки, бьющиеся об стекла. Странно, что стекла вообще присутствовали. У него чесался язык, желая так же едко ответить. Видимо вышеупомянутое обещание придётся нарушить. Андрей взглянул на высокого шатена, одетого в безвкусную олимпийку цветом морского бриза.       — Слушай. Знаешь, чем твоя мама лучше, чем метро? —правая бровь вопросительно изогнулась. Александр аккуратно приблизился, вытаскивая из карманов вспотевшие ладони.       — Ну? Я весь во внимании. Андрей набрал рот свежего воздуха, затаивая дыхание.       — В неё вход дешевле. —гордо прочеканил парень, ища в лице собеседника некое поражение. И это получилось. Александр ощутил себя в нокауте, глупо похлопывая глазенками. Слова никак не подбирались. Слева послышался приглушённый смех. Исходил он из уст Дмитрия, оценивающего шутку. Саша озарил его непонятливым взглядом, останавливаясь на Чернышеве, который с виду сильно напоминал чеширского кота, только рыжий, и чуточку конопатый. Мадаминов угрожающе сжал кулак. Чуя предстоящую перепалку, Елизавета успела кое-что прошептать на ухо Мельнику, до этого уныло залипающего в мобильник. Отрываясь от дела, он потер веки обращая на цирк, происходящий рядом.       — Так, харе обсуждать мамок, идиоты. Дайте Дмитрию сконцентрироваться. —грубо приказал «Наркоша» словно родитель, отчитывающий непослушных школьников с запоздалым пубертатом. Дима на это лишь по детски отмахнулся, мол всё хорошо. —       Сука! —Мадаминов пискнул, пнув от злости ножку стола, затем в порыве эмоции развёл руками. Спустя время, он всё-таки согласился с мнением Мельника, возвращаясь в изначальную позицию. Когда те закончили свой «дружный» спор, Дмитрий подвинулся к гостю.       — Сожми пальцы в кулак. Андрей с покорностью выполнил задание, для него повторять сто раз не нужно. Руку обвёл плотный синий ремень на застёжке, сильно затягивая. Пропитанная химическим препаратом ватка легко прошлась по внутреннему сгибу локтя. Ощутив, что под ним дрожат, дилер нахмурился.       — В первый раз? —спросил брюнет.       — Да, не переборщи. —сухо сказал правду Андрей. Он волновался до чертиков.       — Не бойся. 200 мл достаточно для того, чтобы отправить человека в экстаз. Трехзначные числа пугали Чернышева, но в подсознании он где-то слышал, что это нормальное количество для одной дозы. Интуиция же говорила обратное. Игла практически касалась бледной кожи. Нервы начали потихоньку сдавать то ли от набравшего перевозбуждения, то ли от страха.       — Коли уже, блять. — начал ещё сильнее нервничать Андрей, из-за чего запястье маленько дёрнулось. Дмитрий пробурчал себе под нос, хватаясь замертво за чужую кисть.       — Если захотел сдохнуть, так и скажи. Советую не бесить меня, когда у меня в руках эта штука. —большим пальцем он нажал на рукоятку, предупреждающе выплескивая жидкостью из шприца. Андрей хотел добавить что-то на подобие: «я и так скоро», однако он промолчал. Игла вошла в вену. Андрей затих, прикусывая щеку от боли. Лучше делать все, что тот скажет, а не выделываться. Он молча следил за мутной жидкостью, мучительно медленно исчезающую из прозрачного цилиндра, проникая прямо в кровь. Зрачки сузились, не веря в происходящее. С глухим звоном игла вышла. Парень с опаской разглядывал то место, где ему сделали только что укол. В чем подвох? Он не чувствовал себя странно или что-либо в таком духе, как положено происходить. Пока он капался в своих мыслях, Мадаминов с Лизой успели наколоться. Чернышев внимательно вслушивался в завязавшуюся беседу минут двадцать, и где-то на середине понял, что он ничего не слышит и не видит. Сбитый с толку, рука тянется к виску. Голова от прикосновения становится неимоверно тяжёлой, а в ушах звенит. Впереди начинают наворачиваться разноцветные пятна, появляясь одной за другой, пока их не стало уж слишком много. Линолеум под ногами плыл, от чего парень подкашивается, падая. Прилив неожиданных сил и энергии заполняют его до самых ниточек, позволяя полностью расслабиться.       Раскинув ноги вширь, килограммовая туша со шлепком грохнулась на диван. Андрей полулежа, озарял одну и ту же точку, не обращая на происходящее во круг. Кажется, он скоро сделает чёрную дыру на потолке. Он не понимал сколько времени прошло. Каждая минута в этом состоянии казалась ему часом. Наклонившись, парень задумал сменить положение, держась руками за лицо чтобы не упасть. Зрачки в замедленной съемке повернулись в бок, видя расплывчатый силуэт. Протерев глаза и проморгав, парень сумел разглядеть того, кто перед ним сидит. Щеки Мельника освещала настольная лампа, задевая воспалённые глаза. Андрей вдоволь рассматривал друга в его новом облике изумляясь. Раньше он не видел такого. Не зря же дали кличку «Наркоша». Вид не из лучших, хотя он сам не лучше его выглядел сейчас. Расслабленно держа свернутую бумажку с коксом, «Наркоша» вдохнул через ноздри. Белый, порошковый след остался на кончике носа. Ловким движением, мужчина вручил наркоту в руки тому брюнету в поношенном свитере — имя у которого начиналось на «Д». «Точно! Дмитрий„— пронеслось у Чернышева в голове, уже разглядывая тех двоих. Банкир в отличии от первого, выглядел более-менее. Он на удивление отвергает предложение. Мельник понимающе кивает, обращаясь теперь к Андрею. Парню тоже приходится отказаться, так как не понял вопроса, на что Саша возмущается, пыхтя как паровоз. Андрей дергается, готовясь защищаться. Дмитрий удерживает Мельника за плечи, выхватывая из чужих пальцев пустой сверток, и вместо них суя уже зажженную сигарету. Тот успокаивается, затягиваясь. Дым не спешно заполнял пространство, выходя паром из губ Мельника. Было завораживающе наблюдать за этим несколько минут, но вскоре Чернышеву перестала данная локация быть интересной. Дабы не портить идиллию между ними своим присутствием, Андрей пытается хоть как-то встать. Головокружение мешало выровнять равновесие, падая обратно на мягкое сидение дивана словно прикованный к ней. Сделав очередную попытку, на этот раз подросток смог простоять на коленях больше полминуты. Собрав мысли в кучу, парень уже нормально стоял на своих двоих в полный рост. Никто из находящихся в комнате не придал на это особого значение. Плюнув под ноги, Чернышев пошёл искать кухню. В этой квартире обязательно должна быть выпивка или еда. Походка была хромающей, так что Андрей внимательно следил за каждым выступом на полу. Всё равно это никак не помогало. Перед глазами всё плыло. Вспомнив, что было сегодня днём. Парень раздражался, каждая мелочь сейчас в квартире начинала его раздражать. Не сдержав агрессию Чернышев со всей силы ударил кулаком по стене до покраснения. Рядом проходила ошарашенная Елизавета, и увидев своего друга в не лучшем свете, девушка тут же перехотела говорить что-либо в его сторону, быстро уходя. В очередной раз споткнувшись парень начал уже краснеть от злости, злость перебил смешок, исходящий с одной из сторон кухни. Андрей оглянулся в обе стороны, ища объект, издающий этот звук. На кухне горел тусклый свет. На столешнице уже сидела Лиза, размахивая ногами. Изящные длинные пальцы держались за горлышко дорогого коньяка, залпом выпивая содержимое. Сам источник звука пил за компанию. Заметив друга, у того зрачки стали под копейку. Пискливое «блять, блять» вырывалось из губ Мадаминова под смешок Лизы. Алкоголь пришлось быстро выплюнуть в раковину.       — Я думал, ты грохнулся, ну знаешь… Помер хотя бы. Молча, Чернышев схватил его за шиворот футболки. Олимпийка успела куда-то испариться, так как на плечах парня её уже не было. Чёрная оверсайз футболка висела на нём как мешок картошки. Можно точно понять на сколько худым был парень. Александр выглядел очень тощим без своей привычной олимпийки, рост тоже предавал значение этой худобы, парень был точно не из категорий низких. В голове Андрея промелькнула мысль, спросить у того, что тот ест вообще. Шатен смотрел на него сверху вниз, не понимая к чему всё это.       — Воу, по легче, блин. Всё ок? — Мадаминов щелкнул своими длиннющими пальцами перед чужими глазами, отвлекая того от транса. У Андрея куда-то выветрилась его ранняя смелость, скрываясь теперь за слоем смущения. Ослабив хватку, он сказал:       — Пошли. — голос звучал неожиданно суровым, не совсем подходящим для владельца смазливого личика. Елизавета подозревала не ладное, но она продолжала улыбаться как ни в чем не бывало. Пожав плечами, Мадаминов поспешил за Андреем. Что может страшного случиться? Парень последний раз взглянул на девушку, извиняясь за отгул. Та добродушно кивнула головой, убирая волосы за ухо. Весь взор зацепился за одежду Андрея. Сжимающая чужая ладонь внезапно стала по домашнему тёплой. Александру это напомнило на тот инцидент сегодня днём в коридоре, такая же грубая хватка. Он не знал куда его тащат, однако ноги сами по себе перешагивали каждую дощечку на полу. Андрей искал ванную комнату, уверенно проделывая свои действия. Ждать долго не пришлось, судьба на этот раз повернулась к нему лицом. Найдя нужную дверь, он затолкал туда Александра без раздумий. Прижав Саню к туалетной плитке на стене, он выровнялся с ним по росту. Обхватив чужой подбородок, Андрей зажмурился, дабы лучше разглядеть свой предмет воздыхания. Вблизи Мадаминов выглядел менее раздражающим. Когда они оба успокоились, парень решил действовать. Начал Чернышев с привлекающих скул, которых он раньше по всей видимости не замечал. Пройдясь по ним пальцами, дыхание у обеих стало сбивчивым, или же только у него. Щеки оказались приятно гладкими на ощупь. Как глина или пластилин. Парень помял их. Выглядело это довольно-таки стрёмно. Взгляд скользнул чуть ниже на пухлые алые губы. Александр почувствовал, что сейчас ситуация перешла грань.       — Дюша, отвали. ему грубо зажали локти,       — Не называй ты меня так! Я А-н-д-р-е-й, понимаешь? -по буквам проговаривая свое имя, будто сейчас его волновало именно это. Как только губы накрылись чужими губами, Мадаминов вырвался высовывая язык наружу.       — Что ты делаешь? —прошептал Чернышев.       — Вот и у меня такой же вопрос к тебе, пидорас. Меня сейчас нахуй вырвет. —Александра серьёзно начало укачивать. Выдавал его бледный оттенок кожи. Больше ничего не смог издать Андрей, кроме немого беспокойства. Не брезгуя открыть пошарпанную крышку от унитаза, он позволил тощему телу нагнуться, держась двумя руками за бочок. Блевотный звук. Нормальный бы человек скривился от мерзости, но Андрей, «торчавший» Андрей был совсем другим. Для него под кайфом всё было смешным, наподобие комедии или тупого ромкома. Даже глупая блевотина не пробьёт этот стальной щит. И именно сейчас он решил подколоть Саню, думая, что это наилучшая идея в его жизни.       — Ну чё, выблевал всю дозу? —Чернышев дотронулся до чужого плеча, выглядывая на кучу блевотины, где отчётливо виднелся завтрак. — Ёмаё, ты серьёзно. Александр с агрессией толкает его от себя, выбегая вон из ванны. Нос забивает углекислый дым от сигарет, скручивая кишки. Одна рука обвивает живот, другая — ищет чем зацепиться. Тошнота снова подползает. Обойдя быстрым шагом кухню, зал и коридор, парень выскакивает на лестничную клетку. В спешке вытирает губы. На улице темнеет, а холод замораживает парня. Он не ощущает этого, он радуется, что может выблевать остаток. Мадаминов блюёт на асфальт, жмурясь. Чувство будто его выжали как половую тряпку, так туго, что тот готов уже проблеваться все свои органы. Вытерев рот, парень наконец-то может отдохнуть. На улице всё так же никого нет, это даже и к лучшему. Никто не увидит его в новом положении. Небрежно присаживаясь, Александр молча вглядывается на искрящиеся звезды, вольно гулящие по ночному небу. Грудь отпускается и поднимается, входя в привычную для парня колею. Он не очень хочет возвращаться обратно туда, он хочет ласкаться на тротуаре до бесконечности.       — Отсюда такой прекрасный вид. —хмычет самодовольный голос, оценивая только что выстроенный для него пейзаж. Около подъездной двери стоял сам Чернышев, издевательски аплодируя парню с кудрявой чёлкой, как в цирке. И, видимо, он не расслышал печальный вздох вдали. Александр не разворачивается на звук, зная от кого он исходит. Он раздражённо помечает глазом свои пылающие ладони, которые уже успели соскучиться по теплу человеческого тела. Ногти от злости скребут засохший покров блевоты, и его начинает заново тошнить. Смахнув оставшуюся желчь с пальцев об штаны, Мадаминов поднимается и быстрым шагом направляется в сторону Андрея. Кулак слетает.