И жизнь, и слёзы, и любовь

      Старк, аккуратно прикрывая за собой дверь, напряжённо двинулся в сторону лифта, дабы подняться на общий этаж. В крови его бурлила злость, и Тони надеялся найти человека, на которую он сможет её выплеснуть. А он точно знал, что найдет, ведь этажом ниже сидит дружок Питера, который его сюда и притащил на руках.       — Как он, мистер Старк? — Эван подорвался с дивана, на котором сидел, встревоженно смотря Тони в глаза.       — Жить будет, но что-то вызвало ухудшение его состояния, да и рег… — мужчина запнулся, но увидев, как Эван кивнул, понял, что Питер уже рассказал тому о своих способностях, — но регенерация почему-то не спешит помочь парню с его проблемой. Нужно провести небольшую проверку, чтобы точно убедиться в правильности моих выводов, а пока ты мне должен рассказать всё, что с вами произошло.       Взгляд Старка не оставлял выбора, поэтому Эван, удобнее устроившись напротив севшего в кресло мужчины, принялся рассказывать о всём случившимся, не особо этого желая.       Рассказ начался с договоренности с Питером о встрече, а затем плавно перешёл в тот момент, когда Эван уже шёл в сторону кафе. Сначала он ничего не замечал, слушая в наушниках музыку и наблюдая за яркими лучами солнца, падающими на свежую зелень и придавая ей блеска. Но затем, когда он на секунду повернул голову в сторону, чтобы понаблюдать за милой парочкой, идущей мимо, он уловил какое-то мимолётное движение сзади и обернулся. Но на тот момент там уже никого не было. Чтобы убедиться в своих предположениях и развеять сомнения, он выключил музыку, но наушники вынимать не стал — так только внимание привлечёт. Эван завернул в переулок, через который можно было побыстрее добраться до кафе, и именно тут, в месте, лишённом большого количества людей, он смог услышать тихие шаркающие шаги. А́мичи ускорил шаг, уже точно убеждённый в преследовании. Так он и добрался до Питера, быстро вытаскивая того из кафе, дабы отправиться вместе в безопасное место и оторваться от преследователей. Возможно, было бы разумнее остаться в кафе, так как вряд ли бандиты будут нападать в людном месте, но А́мичи не мог так рисковать чужими жизнями только из-за своего мысленного «вряд ли». Дальше Эван стал рассказывать о преследователях-бандитах-агентов и глуповатом поступке Питера, что вызвало у Тони довольно бурную реакцию.       — То есть как — убил? — Глаза его потемнели на пару тонов, являя ярость мужчины. — Ты это допустил?       — А что мне, по-вашему надо было делать? Схватить Паркера и позволить этим тварям руководить им, как куклой, итогом чего будет смерть Бартона? — Эван говорил спокойно, не повышая голос и не показывая, какой ураган творился у него внутри. Он вовсе не понимал, чем этот человек думал, наезжая на него за то, что Питер избавился от тяжёлой участи убить бывшего героя и знакомого человека, пусть и таким способом. Да, они убили людей, но выбора тогда другого и не имелось. И почему вообще Старк первым делом спросил про это? Неужели его не волновало то, что за его протеже гонялись агенты гидры?       — Я надеялся, что ты будешь также благоразумен, как и твой отец. — Старк сказал эти слова обвиняющим тоном, не сводя глаз с удивленного и одновременно оскорбленного лица парня.       — Я сказал бы, что очень опечален тем, что не смог оправдать ваших ожиданий, но отец меня учил, что врать не хорошо. — А́мичи поднялся с насиженного места, поправляя одежду. Бросив насмешливый взгляд на мужчину, он развернулся в сторону лифта, дабы покинуть помещение, но у самых дверей остановился, бросив напоследок:       — Мой отец директор ЩИТа, мистер Старк. — Увидев, как округлились глаза мужчины, Эван продолжил. — Вижу, что вы не знали этого. Как и того, что я один из лучших агентов. Думаю, я не за красивые глазки получил эту должность, так что благоразумность у нас передается по наследству.       Скрывшись за затворками лифта, парень не сумел сдержать громкий смех. Если была бы возможность, он обязательно запечатлел бы тот момент, когда у Старка сделалось до ужаса смешное выражение лица. Он был похож на растерянного пёсика, ещё скулежа не хватало, ей-богу.       На самом деле Эван уже был готов к тому, что Старку известно всё о его жизни и людях рядом, но того, что мужчина не знал банального было удивительно. Хоть это и очень засекреченная информация, так как директор ЩИТа — главная мишень для разных бандитов, но и Тони Старк со своей Пятницей — любители порыться в чужих засекреченных папках. В этом случае либо Пятница плохо поработала и не смогла достать информацию, либо Тони запросил лишь поверхностную.       Очутившись на улице, Эван заметил знакомую машину, припаркованную около выхода из башни, и направился к ней.       — Здравствуй, пап. — Парень счастливо улыбнулся, глядя на родителя.       — Привет, дорогой. Как разговор со Старком? Нужна помощь? — Мужчина завел машину, выруливая на дорогу.       — Нет, всё прошло… терпимо. Я даже смог его шокировать. Представляешь, он не знал, кем является новый директор ЩИТа! — Активно жестикулируя, Эван во всех глаза смотрел на отца, вдохновлённый своим небольшим успехом.       — Он не меняется. Не видит дальше своего носа, думая, что всё вокруг под его контролем. — Мужчина насмешливо усмехнулся, о чем-то задумавшись.       — Это же Старк. — Эван отвернулся к своему окну, разглядывая мимо проплывающие дома. Переживания за Питера вновь заняли все его мысли. Как бы он не пытался отвлечься, этот сильный паренёк всегда на первом месте.

┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈

      Питер очнулся посреди мрачной комнаты, пропитанной каким-то тухлым и неприятным запахом. Протерев глаза, дабы избавится от мутной пелены, он осмотрел местность вокруг себя, не замечая ничего, кроме голых стен. Весь свет был направлен на середину помещения, что мешало парню рассмотреть затемнённые углы.       В голове творилась полная неразбериха, но он старался сконцентрироваться лишь на одной задаче — понять, где он находится и желательно выбраться из этого места.       — Питер… — совсем тихо раздалось где-то совсем рядом.       Паркер быстро крутил головой из стороны в сторону, пытаясь найти источник жуткого голоса. Его чуйка никак не реагировала на это, что заводило его в тупик. Разве это не опасная ситуация — застрять в непонятном месте, в котором ещё и, судя по всему, присутствует кто-то ещё?       — Питер… ты так подвёл нас… — Юноша вновь обернулся в сторону, откуда предположительно доносился голос, но ничего не увидел, кроме темноты.       — Я вооружен! — И это было самое глупое, что можно было сказать в этой ситуации. Браво, Питер, ты вновь облажался. Было бы глупо, если люди, которые его сюда затащили, оставили бы ему оружие.       — Питер… ты убил меня… — раздалось уже совсем с другого конца комнаты. Голос был хриплым и довольно пугающим.       Стоит, возможно, пойти навстречу темноте и проверить, что в ней находилось, но Питер пока не почувствовал себя безбашенным героем какого-то примитивного ужастика и инстинкт самосохранения у него присутствовал.       — Питер, ты так подвёл нас всех, — вновь убийственная фраза и звук шаркающих шагов. Обернувшись в сторону шума, Питер лицом к лицу столкнулся с дядей Беном. И в любом другом случае он бы удивился и свалился в обморок от шока, но это если бы дядя не выглядел так, как предстал перед ним сейчас. Рот искривлен в подобие улыбки, лицо измазано в крови, а глаза были полны безумия.       С громким криком отскочив назад, Паркер врезался в чью-то крепкую грудь, а затем чужие руки сомкнулись на его талии, не позволяя ни на шаг сдвинуться. Оглянувшись, насколько это позволяла ситуация, Питер встретился взглядом с улыбающимся Стивом Роджерсом. Улыбался он жутко вкупе с тем, что изо рта у него текла густая кровь.       — Пи-и-итер, — игриво протянул кто-то из темноты, вынуждая парня обратить взгляд туда. Хромающей походкой на свет вышел Баки Барнс без одной руки и с изуродованным лицом. — Ты скучал по нам, убийца?

Убийца

      Это слово эхом звучало в панически мечухщихся мыслях. Питер во все глаза смотрел на причину своих кошмаров. Животный ужас расползался по телу, оставляя за собой след из крупных мурашек.       — Ты доволен своей работой? Тебе нравится убивать людей? — Баки подошёл ближе, мерзко облизываясь. — Кто следующий?       Питер старался уйти от противных прикосновений, но всё было тщетно, потому что в следующий миг он почувствовал, как липкие и холодные пальцы схватили его за подбородок, поворачивая голову в сторону. И тогда Питер увидел то, от чего его чуть не вывернуло прямо в ту же секунду.       Оставшимся обрубком второй руки Баки притянул голову Стива к своему лицу, сливаясь с ним в мокром поцелуе. Кровь изо рта Роджерса смешалась со слюнями двух мужчины, стекая густой дорожкой вниз. Мерзкие чавкающие звуки заставляли живот скрутить судорогой, оглушая своей громкостью.       Оторвавшись от Роджерса, Баки с лукавой улыбкой насмешливо поделился:       — С человеком, у которого нет языка, довольно приятно целоваться, хочешь попробовать? — И Барнс раскрыл своей рукой рот Стива, показывая отсутутвие языка у того. А затем он измазал ещё сильнее лицо Роджерса его же кровью, пристально наблюдая за реакцией Питера. Схватив парня, Баки притянул его ближе к Стиву. Поняв, что предложение было не шуточным, Паркер затряс головой, слёзно умоляя:       — Хватит… пожалуйста, не надо — И тогда его взгляд зацепился за стоящего в стороне дядю, который с презрением в глазах смотрел на своего племянника. — Пожалуйста, остановитесь…       — Ты так сладко умоляешь, — протянул Барнс, слизывая слёзы с щёк Питера. — Но тебе правда понравится, малыш.       Между губами их оставалось пару миллиметров, но Питер сильнее завозился, старался выбраться из крепкой хватки.       — Хватит! — Судорожно глотая воздух, Паркер ударил рукой держащего его человека со всей силы, слыша громкий стук тела о стену.       Весь дрожа, парень стёр бегущие слёзы с щёк, вскочив с кровати. А затем сразу же пожалел об этом, сгибаясь пополам от резкой боли, пронизывающей всё тело.       — Чёрт, Паркер! Ты меня когда-нибудь в могилу сведёшь, — возмущался рядом чей-то очень знакомый голос. Сквозь застелившие глаза слёзы боли Питер всё же смог рассмотреть расплывчатый силуэт Старка. На дрожащих ногах парень встал, направляясь обратно в постель. С грузным вздохом он вернулся в лежачие положение и только когда боль немного отпустила, вся ситуация постепенно стала доходить до него. Он в безопасности. Рядом мистер Старк.       — Всё в порядке, мистер Старк? — охрипшим от криков голосом спросил юноша, сразу же зайдясь в громком кашле.       — Несмотря на весь ущерб, всё же это я должен у тебя спрашивать, всё ли в порядке. — Отряхнувшись, мужчина поднялся на ноги и, слегка хромая, подошёл к кровати.       — Кажется, я зачастил сюда. — Питер обвёл взглядом больничную палату, не желая начинать тяжёлый разговор. Но, видимо, Старк не собирался оттягивать его.       — Итак, минус два. Ты действуешь оперативно, Питер, — мужчина беззлобно усмехнулся, но шутка была неудачная. Тони это понял, когда вновь взглянул на парня и увидел, как сильно тот помрачнел. — Но я не виню тебя, конечно, хотя можно было обойтись без жертв.       — Вы говорите, что не вините, но только это и делаете, просто завуалировано. — Питер с обидой посмотрел на нахмурившегося мужчину, чувствуя, как внутри вновь рушится с трудом восстановленный шаткий мирок.       — И вовсе нет. Я же не называю тебя убийцей напрямую, лишь считаю, что Человек-паук мог обойтись и без убийств. — Тони был непробиваем. И со стороны было видно, что он даже и не видел, как сильно он противоречит своим же словам. Будто всё так и должно быть.       Убийца — единственное, что отчётливо услышал Питер. Всё остальное будто потонуло во мраке, которое с собой принесло одно лишь слово.       Вглядываясь в глаза наставнику, парень пытался понять, правда ли тот считал его убийцей? Почему тот человек, который по идее, в такой ситуации должен мыслить рационально и хотя бы попытаться вникнуть в ситуацию, чтобы разобраться, где и почему всё пошло не так, в итоге лишь обвиняет и сетует на то, что можно было и иначе поступить. Питер и сам признавал, что действовал порывисто, глупо и слишком сильно положился на эмоции, но тогда не было времени думать, прежде чем действовать. Конечно, он мог не выполнять условия договора, но где гарантия, что ему в голову не прилетит пуля в самый неожиданный момент. Или ему всю жизнь играть в прятки с этими подонками, надевая доспехи, чтоб уж наверняка.       — Тогда действовал не Человек-паук, а Питер Паркер, самый обычный человек, который защищался. — Питер смело поднял глаза, наблюдая за насмешкой напротив сидящего человека. — На счету Человека-паука нет убийств. Он герой, который действует аккуратно, лишь раня преступников, но не убивая их.       — Значит ли это, что Человек-паук остался в прошлом? — Старк слегка наклонился вперёд, с интересом разглядывая парня. Насмешливая ухмылка всё никак не исчезала с его губ.       Питер испуганно отстранился, с каким-то слишком уж болезненным шоком смотря в глаза наставнику. Значит ли это, что Человека-паука уже нет? Конечно, Питер и Паук — разные люди для общественности, но некоторые люди знали, кто скрывался под маской. Если убил Паркер, значит, убил и Человек-паук.       — Да, — сломленным голосом прошептал в ответ Питер, отведя взгляд.       — Ну что ж… — Не такого ответа ожидал Старк. Что угодно, но не этого. Крики, стыдливые оправдания, слёзные заверения, но не такое просто «да», которое способно перечеркнуть всё будущее парня. — Выздоравливай.       Это было последнее, что сказал Тони перед спешным уходом из комнаты. И как только дверь за ним закрылась, со злобным рыком в неё полетел стакан, наполненный водой, разбиваясь на множество маленьких осколков.       — Я ненавижу тебя! — в отчаянии выкрикнул Питер, хватая стоящий на тумбочке кувшин и бросая его вслед за стаканом. — Ненавижу, слышишь?       Холодная рука беспомощности сдавила горло, мешая кислороду поступить в лёгкие. Питер полностью севшим голосом старался как можно громче выкрикнуть ненавистные всему естеству, но такие правильные слова вслед ушедшему мужчине. Он должен ненавидеть его, но об этом ему безрезультатно твердил мозг, в то время как сердце кровью обливалось от одних только лживых слов ненависти. Он должен ненавидеть, но, несмотря на всю боль, которую чувствует, Питер продолжал топить себя в этих бессмысленных чувствах любви.