Шаст, останешься на ночь?

— Очень больно, Шаст? — Арсений с нежностью сжимает чужое запястье, с беспокойством в глазах смотрит на матерящегося Антона и думает что Паша совсем сегодня переборщил с электрошокером. Кожа на плече Антона сильно покраснела и заметно припухла, а от легкого прикосновения Шастун морщится от боли и громко матерится. — Да херня, поболит и перестанет, — отмахивается Антон, снимая чужую руку с собственного плеча, — не парься, — накидывает на себя куртку и уже разворачивается чтобы выйти из гримерки, но останавливается, обескураженный внезапным предложением. — Поехали ко мне, я обработаю твою руку, — берет свою куртку, неспешно засовывает телефон в задний карман джинс, и будто специально не замечая ахуевание во взгляде Антона продолжает бурчать себе что-то под нос, — Воля совсем нас не жалеет в последнее время, вот бы на него этот электрошокер повесить и посмотреть как он запоет… — поднимает глаза, — ну что, поехали? Шастун нервно сглатывает и коротко кивает, а как только оказывается на улице щёлкает зажигалкой, медленно затягиваясь сигаретой. Попов смотрит на это, не в силах отвести взгляд: сигарета в руке Антона, в его худых тонких пальцах, обрамлённых кучей различных колец, выглядит до боли эстетично, что хочется расплакаться, рассмеяться, взять его ладонь в свои и расцеловать каждую костяшку… — Чего завис? — из размышлений его нагло выкидывает голос Антона, успевшего докурить и потушить сигарету, — вон такси подъехало, — правильно, Арсений, уж больно часто в последнее время ты позволяешь себе забыться в этих мыслях, Антон лишь твой друг, коллега по работе и не больше. Но если бы он знал, если бы он понял, дурак, как бешено бьется Попово сердце когда он находится рядом, весь такой крутой, пафосный, улыбающийся даже в самые тяжёлые моменты… Машина останавливается возле подъезда, Арсений передаёт водителю деньги и слишком громко даже для самого себя хлопает дверцей. Задумался. Сердце в груди Антона бьется как ненормальное. Зачем он на это согласился? Не настолько уж серьёзные у него раны чтобы ехать хрен пойми куда и оставаться под одной крышей с Арсением, рядом с которым не может даже ровно дышать. Ах если бы он заметил как трепетно каждое их случайное прикосновение на сцене, как глубоки все эти шутки «псевдогейские» но на самом деле так желанные воплотиться в реальность. «Смотри, новый фанфик по Артонам, ну и чушь», — показывает ему Попов, а Антон улыбается, смеётся непринужденно, «и правда чушь», — говорит он, а у самого сердце сжимается. «И мои чувства тоже чушь», — думает, но не произносит ни слова. — Ну, добро пожаловать в мою обитель, — улыбается, отпирая дверь небольшой, но, оказывается, такой уютной квартиры, — ты садись, сейчас аптечку принесу, — исчезает, а через миг возвращается с небольшим беленьким чемоданчиком. Лёгкие прикосновения смазанных в лечебной мази пальцев, тщательно промытых и обработанных до этого, вызывают у Антона множество эмоций. Боль от ран, оставленных электрошокером, нежность касающихся его кожи мягких пальцев Арсения, близость такая что он может ощутить чужое дыхание на собственной коже. Всё это завязывается в тугой узел внизу живота. — Ну вот и всё, — Арсений слегка отстраняется, но всё ещё остаётся достаточно близко чтобы заглянуть в чужие изумрудные глаза. — Ты правда всё ещё не догадываешься? — доходит до слуха Арсения полушепот-полуплачь, — правда ничего не понимаешь? — поднимает глаза, смотрит так глубоко, что Арсению кажется что он готов открыть окно и полететь вниз с девятого этажа. От страха, от смятения, от собственной глупости. «Ты правда ничего не замечал, Арсений, или просто боялся заметить?». Мысли перебивает лёгкое, но требовательное прикосновение губ к губам. Антон готов отстраниться, убежать, хлопнуть дверью в любой момент, но чувствует настойчивое прикосновение языком, податливость чужого рта, и утопает, забывается в этих ощущениях. Руки, обвитые вокруг талии, переплетении тел, прикосновение чужих губ к мягкой коже. Арсений не замечает как оказывается прижатый чужим тощим телом к хлипкому дивану, и неожиданно для себя шепчет: — Шаст, останешься на ночь? — Останусь на всю жизнь.