При свете дня (часть 2)
7 декабря 2021 г., 22:09
Что может быть утомительнее, чем ждать? Только искать, когда не знаешь, жив ли он. Ждать, жадно ловя хоть крупицу информации. Жить в вечном состоянии ожидания и поиска. А между тем Ши Цинсюань жил так уже которую сотню лет подряд.
Когда-то имя хозяина чёрных вод не знал только уж совсем распоследний глупец. Один из непревзойдённых, тот, кто смог пройти горнило горы Тунлу, кто выжил там, где выжить невозможно и получил силы, равных которым в мире демонов было не так уж и много. Когда-то...
Времена его расцвета миновали. Да что уж там говорить? Люди давно перестали поклоняться древним богам, те выживали, перебиваясь случайными подачками. В мире царил монотеизм, а то и вовсе атеизм. Но если кто-то думал, что настало время разгула демонов то и это тоже было в корне не верным. Жить в крупных городах, где ночь расцвечена тысячами огней, демоны не любили, уходя всё дальше и дальше, скрываясь там, где люди ещё верят в них. Мир не был милосерден ни к небожителям, ни к демонам.
Ши Цинсюань шел по городской улице. Никто и никогда не заподозрил бы в этом стильном молодом человеке бывшего небожителя, носителя проклятой канги и ныне бессмертного без определённого статуса. Он начал новую жизнь с самого низа общества, оказавшись среди тех, кто отвержен людьми. Он шаг за шагом двигался к тому, чтобы выйти из тени брата и добиться хоть чего-то сам. Да, на это ушло очень много времени, но он смог. И когда Ши Цинсюань был готов прийти к Черноводу и сказать ему, что он стал тем, кем должен бы был, Черновод пропал.
Наверное это очень странно звучит: демон пропал. Демоны не пропадают, они уходят в такие места, где некому побеспокоить их одиночество. Но Черновод именно пропал. Ши Цинсюань дошел до призрачного города и даже смог найти его владыку - одного из непревзойдённых по имени Хуа Чэн. Впрочем, если бы не дружба самого Ши Цинсюаня и Се Ляня, а так же крайне внимательное отношение Хуа Чэна всё к тому же Се Ляню, то вряд ли ему бы удалось так просто попасть на аудиенцию к непревзойдёному.
– Я не знаю где он, но сомневаюсь, что тебе стоит и дальше искать его, – сказал демон, покручивая серебряные наручи.
Бывший повелитель ветра молчал. Ради этого он прошел такой долгий путь? Ради этого он вышел с самых низов и добился того, что его имя ставили в один ряд с самыми значимыми и важными людьми? Он был разочарован, нет он был обозлён.
В воздухе что-то блеснуло, Ши Цинсюань отвлёкся и принялся рассматривать серебристую бабочку. Он слышал о них ещё в те времена, когда был небожителем, не даром Хуа Чэна звали повелителем серебряных бабочек, хотя это имя звучало на небесах куда реже чем собиратель цветов под кровавым дождём, но всё же. Малютка летела и свет играл на её крылышках, поистине завораживающее зрелище.
– Сань Лан, это жестоко...
Оба мужчины обернулись, в дверях стоял Се Лянь. Хуа Чэн поморщился, отказывать ему он не умел или не считал необходимым.
– Сань Лан, мне кажется, ты мог бы... Мог бы помочь ему.
Нет, Хуа Чэну никогда не постичь всей безбрежной доброты своего мужа. Как пустыне никогда не впитать достаточно влаги, чтобы превратиться в цветущий сад, но всё же даже в пустыне можно встретить оазис.
– Я постараюсь... Нет, я не обещаю, да и кто верит обещаниям демона?
– Я верю, – скромно сказал Се Лянь.
В этом был он весь, только он умудрялся доверять демону на столько, что даже мысли не допускал о том, что его заботливый муж может солгать. И Хуа Чэн изо всех сил старался соответствовать тому образу, который видел в нём Се Лянь.
– Я всё же договорю... Я постараюсь, это не значит, что я сломя голову побегу искать Хэ Сюаня, тем более не значит, что я делаю это ради тебя, как бы там ни было, а ты бывший небожитель, не очень у меня хорошие отношения с вашей братией. Единственное, что это значит, что если я где-то услышу новости о нём, то сообщу тебе.
Кажется, Хуа Чэн упорно упускал из виду один маленький, но важный момент – Се Лянь в общем-то тоже был небожителем, при чём вполне даже действующим. Хотя и не особо почитаемым. Но кого волнует такая мелочь? Ясно же, что он говорил не о своём муже.
Тогда впервые у Ши Цинсюаня появилась робкая надежда. Если сам Собиратель цветов под кровавым дождём обещал помочь, то он точно поможет. Даже если у него уйдут на это века.
***
Ши Цинсюань шел по улице, ловя на себе заинтересованные взгляды женщин в возрасте от пятнадцати до пятидесяти лет, а иной раз даже и мужские. Его самого это нисколько не смущало, были времена, когда его облик украшал одну из четырёх великих картин, стоило ли сейчас смущаться от такой мелочи? Хуа Чэн не обманул его, хоть и пришлось ждать новостей слишком долго, но оно того стоило. Нельзя сказать, что новости слишком радовали, вернее, от них хотелось выть волком на луну, но нет в мире той ситуации, когда ничего уже исправить нельзя. Он был просто обязан хотя бы попытаться. – Эх... Что же ты наделал с собой? Твоя судьба вернулась к тебе, ты мог стать великим и если бы захотел то даже вознестись на небо. Но ты предпочёл забвение... – бормотал мужчина, ловя на себе косые взгляды окружающих. Его мало заботило их мнение, куда важнее было другое – теперь он знал где искать Хэ Сюаня. Дом, похожий на сотни других в этом городе. Кирпичные стены, равнодушно-безликие окна и пятнадцать этажей вверх. Интересно, как Хэ Сюаня занесло в это место? Прежде его домом был довольно глубокий омут и кто бы мог подумать, что его потянет вверх к небесам? Ши Цинсюань встал под окнами и запрокинув голову. Он долго высчитывал куда должны выходить окна квартиры, которую занимал хозяин тёмных вод в добровольной отставке. В целом некие примерные представления он имел, но кто знает увидит ли он самого Черновода? Тот всегда был весьма нелюдим, а что ожидать от него после того как он отрёкся от своей памяти?***
Легенда гласит, что в окрестностях горы Тунлу растут необычные цветы. Говорят, в далёкие времена, о которых не помнят даже самые древние из небожителей, об этих цветах в тех краях никто и знать не знал. Быть может своим первым извержением гора Тунлу породила их, а может быть мольбы духов погибших жителей, что день и ночь стенали, не в силах забыть своей жуткой гибели. Цветы забвения. Может быть, расти они в мире среди людей, они бы получили сложное название на латинском языке, описание в толстых и нудных справочниках по ботанике и своё место в гербариях. Но гора Тунлу была и остаётся закрытой для людей. Её мистическая сила такова, что ни один человек не может проникнуть туда даже когда она открыта, не имей он специальных талисманов, позволяющих живым проходить сквозь барьер, созданный для мёртвых и бессмертных. Здесь их звали цветами забвения. Вряд ли кто-то расскажет о том, как впервые было обнаружено свойство этих цветов. Да и тех, кто возвращался с горы Тунлу, в общем-то по пальцам можно было пересчитать. Но кто-то открыл удивительное свойство этого растения – давшее в дальнейшем и само название. Всего лишь небольшая горсть мелких розовато-лиловых цветочков позволяла почти полностью стереть память. Нет, что-то всё же оставалось, неподвластное даже цветам забвения. Но те жалкие крохи с трудом можно было бы назвать памятью.***
Ши Цинсюань смотрел вверх, в надежде отыскать окна, за которыми скрывается жилище самого загадочного из непревзойдённых, когда на балкончик на десятом этаже вышел молодой мужчина. Если попытаться сравнить это ощущение хоть с чем-то то, пожалуй, ближе всего было бы "окатили ледяной водой в жаркий июльский полдень". По крайней мере ничего, больше, даже близко похожего по ощущениям и степени неожиданности, Ши Цинсюань не нашел. – Так вот ты где, Черновод. Да, это безусловно был он, утративший память, забывший, кем он когда-то был, но до сих пор не переставший быть самим собой. Даже отсюда Ши Цинсюань видел его бледную, почти алебастровую кожу и шелковистые тёмные волосы, непривычно собранные в длинный хвост. Мужчина на балконе замер, словно почувствовав на себе взгляд, потом как-то излишне медленно перевёл свой взгляд вниз и посмотрел прямо на Ши Цинсюаня. В полном молчании они смотрели друг на друга, один, готовый молиться всем небожителям разом, только бы Черновод вспомнил его, второй силясь восстановить в памяти смутный образ, который так беспокоил, но никак не давался. Чуда не случилось, да и наивно было бы ждать его. Хэ Сюань развернулся и ушёл обратно квартиру. Не узнал... Говорят, действие цветов забвения необратимо, но ведь остаётся же что-то? Ши Цинсюань не мог бросить всё вот так, он должен был хоть немного бороться. Он ещё ни разу не попросил у него прощения, а сделать это стоило бы уже давно. Как ни странно, но тот, кого он годами пытался выследить, нашел его сам. Случайно. В метро. Ши Цинсюань вздрогнул, когда кто-то ударился об него, обернулся и не поверил своим глазам. – Пршупрщения, невнятно пробормотал Хэ Сюань, отряхивая пыль с пиджака. – Ничего страшного, это бывает. Ты согласен со мной, Хэ Сюань? Слишком рано... Не стоило ему открываться так рано, он был до безобразия неосторожен и вполне мог напугать... Непревзойдённого демона с синдромом обширной амнезии. Ши Цинсюань вскочил в вагон метро и оставил того, кого так долго искал на перроне . Сейчас так было лучше. – Подожди... Мы обязательно поговорим с тобой обо всём, но не сейчас.
