Сборник хэдов

– Ли-и-иам, мне жарко, – жалуется Шерлок, недовольно выглядывая в окно на палящее солнце. – Мне тоже, – слабо отзывается Мориарти. – Почему чёртов вентилятор не помогает? – Потому что он гоняет по комнате раскалённый воздух? Откуда ж тут прохлада возьмётся. – Он не выполняет свою работу, – блондин недовольно закатывает глаза, про себя ругая несносную машину. – Это ты мне сейчас на него жалуешься?–Шерлок удивлённо вскидывает бровь, наблюдая за распластавшимся в кресле блондином. – Я делюсь с тобой душевными терзаниями о несправедливости этого бренного мира. – Э, как загнул. Так бы и сказал, что задолбался. Я в такую погоду больше трёх слов не воспринимаю. – Вот тебе и хвалёный детектив, полюбуйтесь, – хмыкает Уильям, улыбаясь. – Ой, сам-то не лучше будешь, – беззлобно фыркает Холмс. День выдался действительно жарким, не спасала даже квартира и вентилятор. Нужно было срочно придумать что-то более действенное, пока мозг не перегрелся окончательно и не расплавился к чертям. – Ли-и-иам, – тянет брюнет, поворачиваясь к собеседнику. В небесно-синих глазах можно было увидеть зарождение гениальной (сарказм, конечно же) идеи. – Что? – Мы идиоты. – Во-первых, с каких пор ты говоришь о себе во множественном числе? Во-вторых, ну и почему же? – Во множественном...? Да при чём тут!? Я вообще не о том, – с забавным возмущением продолжает Холмс. – И о чём же тогда? – Нам нужна вода. – М? – Говорю, к речке пошли. Искупаемся хоть, глядишь, полегчает. – Идти куда-то в такой солнцепёк? – Не куда-то, а к воде. – Ну, не знаю даже. – Да пойдём, чего ты. Весело будет. – Вот это меня и пугает. Я всё ещё не разбираюсь в твоём понятии "веселья".

* * *

– Ли-и-иам? – виновато тянет Шерлок, исподлобья глядя на блондина. – Я говорил, что утоплю тебя в той речке?– злобно шипит Уильям, повернув голову. Ответом ему служит немой кивок. – Так вот будь уверен, я своё обещание выполню. – Ну Лиам. Я не думал, что всё так закончится. – Ключевой момент здесь "не думал", – тяжело вздыхает Мориарти, недовольно ёрзая на кровати. Конечно, он "не думал", ведь разве можно предположить, что за несколько часов, проведённых на открытом солнце, можно обгореть. Очень сильно обгореть. Снежно-белая кожа Уильяма к такому просто не приспособлена. Холмс закрывает тюбик с кремом от ожогов, отложив его в сторону. Прохладная вода и свежий пляжный воздух сыграли свою роль, и Шерлок, наверное, раз десять просил Уильяма задержаться "ещё на пять минуточек". И Мориарти, конечно же, не мог отказать своему темноволосому чуду, хотя пытался. Может, пытаться нужно было сильнее? В общем, результат вышел вполне себе ожидаемым, хотя оттого не менее неприятным. – Прости меня, – шепчет Шерлок, с самым печальным выражением лица, на которое только способен. Ему действительно жаль. – Я не хотел, чтоб так всё получилось. Могу я как-то загладить свою вину? Молчание затягивается на несколько долгих секунд, в которые Холмс успешно умудряется проклинать и солнце, и лето с жарой, и заодно себя со своими идеями. – Мороженное. – ? – Мороженное хочу. Сейчас. – Клубничное? – Да. – Дай мне пять минут, – брюнет срывается с места, на ходу выхватывая кошелёк из кармана рубашки, висящей на стуле рядом. Мгновение, и Мориарти слышит, как в спешке с грохотом закрывается входная дверь на первом этаже. Ну и ну. Уильям утыкается лицом в подушку, пряча улыбку. Спина, конечно, немного болит, да и рука уже немеет от неудобной позы, но это пустяки терпимые. Его веселит мысль, как Шерлок, сломя голову, ищет для него сейчас где-то в магазине то чёртово мороженное. Пускай ищет. Всё равно половина ему достанется.