Эхо

      Тишину прервало внезапно включившееся радио. Сообщение, которое передали там, глубоко шокировало нас обоих.       - Доброе утро, граждане. Я должен объявить вам грядущие перемены. Пожалуйста, оторвитесь от своих дел и уделите мне минуту внимания, - начал говорить канцлер Келли, и мне пришлось притормозить. - Эмоции - это то, что разрушает нас и наше общество. Мы не можем допустить ошибку снова. Ранее законы касающиеся Войдов были не такими строгими. Поэтому они воспитывались и скрывались среди нас.       Войды. Так нас называли. Тех, у кого были эмоции. Это странно, правда, ведь слово Войд на самом деле означает "опустошенный".       - Начиная со вторника, будут проходить ежемесячные проверки. Граждане должны пройти сканирование мозга. Естественно, эти процедуры безопасны. Вы ничем не рискуете, если ничего не скрываете. Если вы откажетесь от проверки, то вас принудительно выселят за город. То же самое касается и Войдов. Наше общество не может рисковать снова. Ваш самый преданный слуга, канцлер Келли.       Я резко зажал педаль тормоза. Тело Эхо рвануло вперёд, но его удержал ремень безопасности. Это объявление - смертный приговор. Приговор для меня, для Эхо и для всех Войдов в городе. Я прижался лбом к рулю. Сердце билось так, будто пыталось выбить мне грудную клетку. Я пришел в себя после того, как услышал тихий всхлип. Я поднял голову и увидел, что парень обхватил руками колени и упер в них нос.       - Эхо?       Парень медленно поднял взгляд и стер слезу с ресниц.       - Ты должен отдать меня им, не так ли? - тихо проговорил он.       В ответ я только вздохнул. Эхо потянулся к дверной ручке и попытался открыть ее.       Но она не сдвинулась с места. Тогда парень продолжил попытки, пока из его горла не вырвался отчаянный крик. Эхо ударил кулаком по стеклу. Но оно тоже осталось на месте, несмотря на продолжающиеся удары. Костяшки на руках парня стерлись, появились красные пятна.       Он хотел ударить снова, но я схватил его за руку и отстегнул ремень. Затем прижал его дрожащее тело к своей груди. Парень бился и пинался, но вскоре обмяк и, его голова свалилась на моё плечо.       - Пожалуйста, не отдавай меня им. Я не смогу выжить там, - прошептал он.       - Эхо, - тихо проговорил я, пока моя щека касалась его волос. - Я такой же, как ты.       Он замолчал и уставился на меня. Я отвернулся и сказал:       - Нужно уходить.       Машина вновь вернулась на дорогу.       - Уходить куда? - спросил он после недолгой заминки.       - За город, - ответил я, даже не посмотрев на него.       - Что? - его голос дрогнул. - Нет, мы не можем так просто уехать. Мы с тобой даже "привет" друг другу не говорим. Ты не можешь просто увезти меня от моей семьи!       Он был прав. Мы с ним никогда и не разговаривали раньше, но я знал о нём всё.       - Эхо, если ты останешься, тебя убьют, - жестко проговорил я, взглянув на него.       - Кто сказал, что это так плохо? - протараторил он, и из его глаз опять потекли слёзы.       Я наклонился к нему и стер их.       - Я. Я говорю, что это плохо.       Он не ответил. Я вернулся к дороге.