Волшебные лучи утреннего солнца

То, что намеривалась сделать Люси, было весьма интимно и очень волнительно. От одной мысли, что она может решиться на нечто подобное, девушке становилось невероятно стыдно. Она несколько минут неподвижно сидела на краю постели, подобрав под себя ноги и собираясь с духом. Она сделала глубокий, немного нервный, вдох, после чего неспешно нависла над Саламандром, упираясь коленями и руками по сторонам от него. Юноша, который находился в полулежачем положении, с интересом наблюдал за действиями волшебницы. Он покорно замер, напряжённо ожидая дальнейшего развития событий. Хартфилия внимательно изучала внешность своего товарища, неторопливо скользя взглядом по его лицу, не упуская из вида даже мелочи. Находясь так близко, блондинка заметила, что на коже дракона есть множество шрамов. Но они были настолько мелкими, что оставались практически невидимыми. И каждый из них нес в себе память о прошлом Драгнила. Постепенно глаза держательницы опустились к его шее, где с правой стороны красовалась тонкая и старая отметина. Бледная, немного рваная линия стала чем-то вроде клейма, оставленного самой судьбой. Даже удивительно, что нечто незначительное, смогло связать воедино нескольких людей и повлиять на их жизни. Ее взгляд опустился на ключицы и неторопливо прошел по широким плечам. На них отчётливо проглядывались напряжённые мышцы, которые можно было смело считать гордостью драгонслеера. Невозможно отрицать красоту рельефа на его тренированном теле. Даже сомнений не возникало, что эти руки обладают внушительной силой. Люси перевела взгляд на его крепкий торс, но в этот момент ее рука неожиданно соскользнула, и девушка всем весом упала на Саламандра... — И-ти-ть... — пискнула держательница, а ее глаза сильно расширились. — Ты сама просила, чтобы я не шевелился. — сдавленно произнес молодой дракон. Их лица находились в очень опасной близости, каких-то пару сантиметров стали невидимой преградой для касания их губ. — Прости... — сконфуженно выдохнула блондинка, и горячий воздух из ее лёгких прокатился волной по коже Драгнила, вызывая целый рой мелких мурашек. Они моментально собрались в районе затылка, после чего, всей гурьбой, устремились вдоль позвоночника, добавляя ещё больше неловкости между волшебниками. Проклятое тело, каждой своей клеточкой, призывало юношу отдаться во власть вырывающихся инстинктов. Держать себя в руках, становилось чертовски тяжело, и вся его нечеловеческая выдержка звонко трещала по швам. — Люси, встань с меня, пожалуйста... — стараясь говорить как можно спокойнее, — Или я за себя не отвечаю... Лицо девушки, в один миг, стало пунцовым... хотя казалось, что сильнее смутиться она уже не могла. Дыхание перехватило, и слова возмущения комом застряли поперек горла, так и не сорвавшись с ее уст. Волшебница смогла сделать лишь глубокий резкий вздох, от которого закружилась голова. Очень некстати, картинка перед глазами стала размытой, четкие границы потерялись, вместе с ощущением пространства. Против собственной воли, Хартфилия наклонилась к молодому дракону ещё ближе, практически соприкасаясь с его губами. — Люси... — нервно выпалил волшебник, стараясь не вдыхать манящий запах девушки. Он с силой сжимал пальцы в кулаки, до боли вдавливая ногти в ладони. Он старался удержать последние крупицы самообладания, чтобы не поддаться стремительно растущему соблазну. В который уже раз за сегодня, сердце блондинки стремилось вырваться из тесной грудной клетки. Кровь буквально кипела в венах, разносясь по телу неудержимым и пьянящим потоком. Люси уже не могла трезво мыслить. Разум не выдерживал натиска бушующих эмоций, и на платине ее самоконтроля появились первые трещины. Нахлынувшие чувства смешались в настолько причудливый коктейль, что заклинательница окончательно потеряла связь с реальностью... — Нацу... — трепетно прошептала девушка, почти не шевеля губами. Звук ее дрожащего голоса прошел сквозь тело молодого дракона, подобно искре, заставляя безудержный огонь в его груди разгореться с неистовой силой. Лишившись сдерживающих цепей, пламя вырвалось на свободу, приняв форму страстного поцелуя, которым юноша жадно впился в сладкие губы звёздной феи. "Я люблю тебя, Люси! Умоляю, прими мои чувства, не отрицай их, и больше не смей терзать мою душу своим пренебрежением."