Во сне и наяву.

Голова жутко болит. Нет, не болит, она раскалывается так, словно кто-то ударил по ней тяжелой железной трубой и вытряс все ее содержимое. Открыть глаза было плохой идеей, видимо ударили его прилично, и разноцветные круги и белые фейерверки плывут перед ним еще минуту, пока не удается сфокусироваться. Тут же сердце замирает, сжимаясь в страхе. Он ничего не видит. И толку было терпеть тупую боль, если по-сути ничего не поменялось. Хоть с открытыми, хоть нет глазами, он видит одну темноту. Дыхание сбивается, Тэхен в панике начинает захлебываться воздухом. В голове безумное количество вопросов, но ни на один нельзя найти правильный ответ. Где он? Что произошло? Почему у него такое состояние? Он сидит на холодном бетонном полу, облакачивается спиной на шершавую стену, проводит по ней рукой. Вспомнив что-то, пытается успокоиться и, сделав глубокий вдох, считает до четырех. Пахнет сыростью, плесенью и духами. Сердце немного успокаивается — нет запаха крови. Считает до семи. Выдох. Тэхен где-то уже слышал этот дорогой парфюм, буквально недавно, у человека, которого он хорошо знает. Вспоминать сейчас бесполезно, да и незачем. Сейчас главное понять, что произошло и почему он ничего не помнит. Опираясь на стену, он встает. Делает шаг. Еще один. Головокружение все еще не прошло, но никакой больше боли он не чувствует. Хорошо. Тэхен прикрывает глаза. Хорошо было бы сейчас нежиться у себя в кровати под теплым одеялом и с парнем под боком, который утром как всегда проснется позднее него и будет мило ворчать, потирая сонные глаза, что не разбудил, а не вот это. И даже под «это» он не знает, что иметь в виду. Он надется, что Чимин помнит про вчерашний разговор о посиделках, как они договаривались смотреть какой-нибудь глупый фильм и хохотать от шуток друг друга, потому что начинает задорно смеяться один — второй подхватывает просто так, потому что уже первый начинает улыбаться. Он надеется, что тот разговор был вчера. Эта стена кажется бесконечной. Проходит минут пятнадцать, а Тэхен все еще медленно идет, правда уже не опираясь на холодный бетон рукой. Вспышка света мгновенно заставляет остановиться и, щурясь, посмотреть в ее сторону. И тут сердце пропускает удар. Лицо искажается эмоциями непонимания и страха, когда он видит, что в середине комнаты, освещенной откуда-то сверху, стоят стулья, на которых сидят двое парней. Паника, опять возвращается, она побуждает дернуться с места и побежать к Чимину и Чонгуку. Тело становится непослушным, словно не он его хозяин, и Тэхен просто падает из-за переизбытка смешанных чувств на твёрдый пол перед одним из парней. Реакция нулевая. Они словно статуи — сидят абсолютно неподвижно, друг напротив друга, никаких веревок, никаких наручников, никаких травм, на первый взгляд все у них цело и невредимо. То, что может сковывать движение, он не замечает. Единственное что есть, две атласные ленты заказанные на глаза. Парень смотрит на родное лицо, легко проводит кончиками пальцев по алой ленте Чонгука на висках, кисть сама опускается вниз, очерчивая линию челюсти. Он такой… Закусив губу, Тэхен оборачивается и медленным шагом подходит к Паку, замечает его черную ленту. Такой выбор ему самому не понятен, но, видимо, в нем есть какой-то тайный смысл. Или его вообше нет. В надежде сразу возникают мысли о том, что они просто спят, что сейчас он толкнет в плечо каждого, и Пак, в шутку злой из-за остановки сна, даст сдачи — пнет его под под коленку, а Чон только долго похлопает своими ресницами и спросит сонно: " что случилось?» Но ничего из этого не происходит. Только голова лучшего друга неестественно падает на грудь, и складывается впечатление сломанной шеи. У Тэхена неприятная дрожь и резкий холод пронизывает тело. Почему? Он отходит на пару шагов назад, задевает неизвестно откуда взявшиюся коробку. Почему это происходит? Он это заслужил? Они это заслужили? Он хлопает себя по щекам, пытаясь привести себя в порядок, успокоить свое бешено колотящиеся сердце. И снова не сдерживает себя — бьет эту треклатую коробку, попавшуюся под ноги, он срывает свой голос в далекую нескончаимую пустоту, и от этих действий у него на глазах появляются слезы. Нет, не те слезы, когда мы плачем по близким людям, которые покинули нашу жизнь, не так, когда мы осознаем свои ошибки и уже не в состоянии их исправить. Соленые слезы просто льются сами по себе, никого не спрашивая, никого ни в чем не обвиняя, организм отдельно от нас решает, что да, пора им дать свободу. Главное, чтобы от переизбытка чувств не захлебнуться ими же. Он просто не хочет здесь находиться. Но он никогда не был пугливым. Страх — это не то чувство, что должно сковывать. Оно должно наполнять человека энергией, адреналином, чтобы он смог что-то сделать. Сделать то, что никогда бы не сделал. Страх за другого человека не является позором, так же как и за что-то очень дорогое твоему сердцу. Эти переживания могут толкнуть на необдуманные поступки. А хотя. Любой всплеск эмоций может изменить человека или открыть его настоящую сущность, то, что он на самом деле из себя представляет и стоит ли он переживаний другого. Тэхен уверен в своих людях, в себе и в том, что нужно найти отсюда выход. Но он до сих пор еще не узнал, что лежит в этой коробке. Рука сама тянется к неизвестному, голова говорит, что нужно быть осторожным, а длинные пальцы касаются нечто холодного. Понимание приходит быстро, тело словно обливают ледяной водой. Он просто смотрит, широко открыв глаза, на пистолет в своей руке, а в голове чистый лист. Пистолет откинут так, словно Тэхен обжегся о горячий только что вскипяченный чайник, но металл скользит плохо по неверной поверхности с таким неприятным звуком, что хочется закрыть уши. Он резко оглядывается в надежде ответа на неозвученные вопросы и видит только то, что ничего не изменилось, двое так же неподвижны словно мраморные статуи, ни движения, ни звука. Ни объяснения. Жутковатость происходящего все еще стучит по разуму, но эмоции отходят на второй план, сердце успокаивается, ведь в таком состоянии большая вероятность совершить необдуманные поступки и только все испортить. Он не должен этого допустить. Тэхен плюхается на холодный пол, проводит рукой по лицу и трет сухие глаза, закусывает губу в раздумьях и устремляет взгляд на недалеко лежавшее оружие. Тяжелый вздох. Он поджимает ноги к себе и обнимает свои колени, ухмыляется, когда видит, что он в своих любимых тапках, кажется, даже в таких странных ситуациях никогда не расстается с ними, не смотря на то, что здесь действительно очень сыро и становится с каждой минутой все холоднее. Тэхен опять вздыхает, но уже с паром у рта, которого не помнит несколько минут назад. А он одет в простую футболку и в свои затертые и растянутые домашние штаны, которые никак не получается выбросить и которые, кажется, готовы предать его в любой неподходящий момент — упадут и не заметишь. Мелькает мысль, что нужно было одеться теплее, но кто же знал, что так все обернется. Главное не заснуть, он слышал, что в холоде спать нельзя, иначе можно получить обморожение, если не худший исход, но все же он закрывает глаза. Вымотался. Что бы вы сделали на его месте? Смогли бы понять, что делать дальше? Что, черт возьми, это все значит. Словно попал в одну из тех игр, что играет Чонгук с серьезным лицом и милыми восклицаниями, когда что-то идёт не плану или когда возникают трудности и уровень никак не хочет проходиться. Иногда к нему присоединяется Чимин и возмущенных криков становится гораздо больше, потому что младший не имеет ни капли уважения к своему хену, а Киму просто смешно с этих двоих своих дурочков. Настроение от светлых воспоминаний улучшается, появляются силы подняться и пойти осмотреться, надежда найти хоть одну подсказку и наконец разобраться с этим. Но сделав шаг вперед, он остается на месте. Словно в замедленной съемке, он поворачивает голову и смотрит на Чимина. Он видит что-то смутно знакомое и понимает, почему не узнал сразу. Футболка. Тэхен хмурит брови. Это та самая футболка, которую когда-то давно попросил его друг, про которую и сам хозяин уже забыл и только сейчас понял, что это не нормально. Не нормально, когда ты отдаёшь одну из своих любимых вещей, доверяя тому человеку, и не получаешь ее обратно. Подойдя ближе, он удивляется, как в первый раз он этого не заметил. Он очень близко, вплотную и видит причину — исписанные разноцветными чернилами и фломастерами рукава, воротник, задет рисунок-изображение яркого покемона — уже не исправить. Тэхен не понимает. Почему ему сразу не сказали? Он мог простить. Это всего лишь футболка и, сравнивая чаши весов, их отношения гораздо выше. Для самого Тэхена. Да, у них тоже бывают перепалки, серьезные и шуточные, не заходившие за грани и заканчивающиеся в конце концов на хорошей ноте. Они же друзья. Ким чувствует горьковатый вкус на языке и усталость. И совершенно не потому, что он вспоминает как однажды, возможно совершенно недавно, его буквально бросили в одиночестве, и это не прозвучит грубо. Тот день оказался не совсем хорошим, и даже что именно произошло, в памяти отложилось не так сильно, как выход за сырным читосом в магазинчик за углом в дождливый вечер и встреча издалека двоих прекрасно знакомых людей. Тех самых людей, которых Тэхен приглашал к себе уютно скоротать конец дня, но один из них был занят недоделанным проектом, а второй подготовкой к выступлению с танцевальной группой. Как оказалось, дела были у них совершенно другие. Незнакомые эмоции его тогда наполняли, пока он смотрел на улыбающихся друг другу своего лучшего друга и парня. Его, Тэхена, парня. Желание куда-то идти быстро улетучилось, на его замену пришел ком в горле и его не проглотить и не выплюнуть. Тот самый ком, мешающий ему дышать сейчас. Тот тяжелый жгут в груди, завязавшийся очень-очень туго в области сердца и тянущий его вниз, дает только возможность сделать два шага назад. В сознание словно кто-то направил сломанный фонарик то включающийся, то выключающий свой свет, и как в перемотке старых черно-белых снимков Тэхен видит лишь кадры из своего ближайшего прошлого. Кулаки сжимаются с болью, оставляя полумесяцы на ладонях, в уголках глаз скапливается соленая жидкость. Парень шумно вдыхает воздух носом, грудная клетка начинает часто опускаться, подниматься вверх и вниз. Вязкая слюна наполнила рот, а мысли голову. Все лежало перед самым его носом, такие очевидные действия, жесты, которые они обращали друг другу в последнее время, разговоры шепотом, замолкавшие вмиг, когда Тэхен появлялся в поле зрения, мимолетные заговорщиские переглядывания — все это можно было заметить сразу, а не сейчас. Эмоции постепенно сменяют друг друга, на место удивления приходит смятение, а после настигает гнев, берущий в свои бразды правления ситуацию и контроль над телом и действием. Тэхен с презрением смотрит на бывших своих людей, в голове проходят мысли что да, так им и нужно, этим предателям, что не могли сказать, открыть это ему, а не прятаться как настоящие трусы и насмехаться над бедным совершенно слепым Кимом, что не видит такого явного происходящего. Лучший друг, что затеял интрижку с его парнем за спиной, и, главное, сам парень не был против всего этого. Так больно сжимается сердце от осознания этого факта и в секунды рассыпается на миллионы острых осколков. Они знали. И Пак, и Чон знали, что он так сломается, потеряет возможность мыслить правильно? Или это была идея одного? Теперь то он знает и ему не нужны никакие жалкие объяснения, истеричные обещания от этих двоих. Усмешка украшает лицо, тело наполняются откуда-то взявшийся энергией, влажные глаза блестят не только от недавних слез и скудного света с потолка. Делая решительные шаги назад, он знает, что собирается предпринять. Он принял эту игру и сделает свой ход. В темноте сложно ориентироваться, он ищет трясущимися руками то, что ему понадобится, и чертыхается, что кинул его так далеко, думает о Чонгуке, о Чимине и о том, что теперь его доверие подорвано в сторону обоих, и что винить в этом нужно лишь одного. И этот один очень близкий и дорогой до этого момента человек получит наказание за свои поступки, которых на самом то деле было очень, очень много, как и той информации, что Тэхен по своей глупости доверял ему, неразборчиво шептал в слезах, с широкой квадратной улыбкой и радостью в глазах орал в уши. Во всем можно найти личную выгоду, но его уже не интересует мотивы. Руки трясутся, сердце отбивает чечетку, в глазах все плывет, возможно он пожелает, однако будет уже поздно и останется только понять совершенный поступок. Выстрел раздается, уши пронзает резкий громкий звук и в нос ударяет запах пороха, голове становится так легко и глаза останутся закрытыми уже навсегда. Когда двое очнутся, разбитых сердец станет три. *** Тэхен резко садиться на кровать и смотрит минуту на одеяло с милым принтом анимационного персонажа перед собой, открыв рот и дыша так тяжело и глубоко, что тело его качается взад-вперед. Остановившись, он сначала дотрагивается до правого своего виска, затем смотрит на пальцы руки, только потом отводит взгляд по хорошо известному ему интерьеру собственной спальни. Рядом на двуспальной кровати лежит мятая подушка и откинутый в сторону край одеяла. Телефон на тумбочке. В другой ситуации он бы не стал делать это, но в данный момент внутренняя мысль, не доверяющая уже никому, движет им. Тэхен оглядывается на дверной проем и, никого не наблюдая, хватает чужой телефон с прикроватной тумбочки, включает его и видит пароль. А так же смс от контакта под именем «Мини~» и гласившее: «уже подхожу) он еще спит?))» Парень смотрит на это еще несколько минут, внутри почему-то спокойно, то ли из-за этого пресловутого сна, от которого Тэхен все еще не отошёл — присутствует небольшая эмоциональная и физическая тряска или осознание того, что это была лишь живая фантазия его мозга. То ли от внутренней готовности увидеть нечто хуже, чем безобидное на первую мысль сообщение, но если начать много думать о нем, то мысли могут занести в темную глушь. Особенно, когда они уже поселились в голове и ждут разрешения на почетный значок правды. Услышав знакомые голоса в глубине квартиры, он смотрит на часы и невольно удивляется. Половина седьмого утра не помешала этим двоим встретиться у него на квартире для своих личных дел? Не одевая свои любимые тапочки с целью оставаться бесшумным, он встает с теплой кровати, по телу проходят миллионы мурашек, когда чувствуется ранняя утренняя прохлада, и направляется по коридору на кухню, где по слуху и должны находиться гости. — Нет, нет, я хочу больше! — кричит шепотом голос Чимина, а Чонгук ему отвечает почти беззвучно. — Погоди ты, мы не успеем все… Нужно завершить до его пробуждения, а ты такой громкий, Чимин, что я думаю, как он еще не проснулся Подслушивать чужие разговоры плохо, так поставляла маленького ребенка его мама, но сейчас ее нет. Да и желания слушать чужую болтовню тоже. — Что вы должны успеть? — он выходит из-за импровизированного укрытия в виде двери и останавливается, широко открыв не только удивленные глаза, но рот. Если бы он не знал, что точно находится в своей квартире, то не сказал бы, что это помещение было когда-то его кухней, где происходили многие его моменты жизни и с которой связанно много воспоминаний, как и общих, так и интимных, только на двоих людей. Сейчас бы, что происходило в этом помещении, назвать одним словом никак не получиться. Первое что бросилось ему в глаза — Чонгук в розовом фартуке, не ясно откуда взявшийся, потому что такого в его вещах не числилось, в белом высоком поварском колпаке и со шприцом в руках, никак не вписывающийся в эту сцену из дешёвого кулинарного шоу. Перед ним стояло что-то шоколадное с недописанной надписью из кривых английских букв «С дНем Рождем», написанных видимо тем же материалом, что стекает по шприцу вниз. Видимо, это крем. Чимин же замер в забавном поздравительном колпаке и с букетом фиолетовых воздушных шаров в руках. Такие же воздушные шары, но другого цвета, заслонили весь потолок комнаты, где-то Тэхен заметил воздушного большого единорога. На столах между спутанными электрическими и бумажными гирляндами стояли рамки с совместными фотографиями, где-то только он с Чонгуком или с Чимином, его личные фотографии, сделанные в тайне от него самого, потому что видит их он впервые и не догадывался о существании этого безобразия. Пока Тэхен рассматривал новый дизайн, плечи Чонгука поникли со вздохом их хозяина, а расстроенный взгляд опустился на каплю кулинарного крема, что упала кляксой на самую середину его многочасового старания в виде шоколадного торта с вишнёвой прослойкой, который в последнее время упоминал его парень, любящий сладкое, особенно с этим ягодным вкусом. В итоге все суетные приготовления оказались такими ненужными и пустыми. Грандиозный проект не выдержал форс-мажора и разрушился в чонгуковых глазах на мелкие камушки. — Вот я сейчас не понял, Тэ, — Чимин первый решил разрушить молчание и от его серьезного голоса невольно все вздрогнули, — ты должен сейчас что делать? правильно, спать, — он выпустил из рук воздушные шары и направлялся к ничего не понимающему парню, — а то что получается, мой наипрекраснейший план. — Твой? Хен, но это я все придумал, — Чон внезапно оживился, наконец оставил инструмент на столе, — Тэ, не слушай его. — Правда что-ли? А кто тебе всю информацию слил? Кто брал удар на себя, когда ты по всему городу мотался, — Чимин забрал воздух носом, положил ладошки себе на щеки, зажмурил глаза и, на выдохе тараторя, громко прошептал, — за самым лучшем подарком для самого лучшего парня на его день рождения. — Что? В воздухе повисло молчание. Кажется у Тэхена начинает кружиться голова, он чувствует тяжесть в своем затылке, но это ощущение быстро проходит. Мысли и подозрения все еще остаются, однако к ним добавляются и другие. Он смотрит на своего друга, стоявшего уже рядом, и, глядя в глаза, спрашивает: — У кого день рождения? Кто-то из них давиться воздухом, несмотря на это, ответ звучит в унисон. — У тебя, вообще-то. — Что? Кима словно заело, он повторяет свой вопрос во второй раз. В голове такая пустота, словно ему сказали очень важный секрет, а потом удалили абсолютно все воспоминания и оставались лишь возможность говорить. У него сегодня день рождения. Как бы он не был занят, он всегда помнил про эту важную не только для него дату и гадал, что же ему приготовят на этот раз. Видимо, этот год остался особенным для него. — Хэй, ты чего, — видя всю растерянность и пустоту во взгляде, его заключают в сильные и теплые объятия и дышат куда-то в шею с одной стороны, а с другой Чонгук вдыхают запах волос, и Ким понимает чей это тот самый знакомый парфюм. Внутренние переживания, что Тэхен хранил от чужих, его наблюдения и беспричинная ревность, длившиеся в протяжении небольшого периода, привели его к жуткому сну, к которому он не хотел бы больше никогда возвращаться. И никому бы не советовал в нем оказаться. — Спасибо вам, — Тэхен улыбается так мягко как может только он, глаза начинают поблескивать от переполнивших его чувств благодарности и любви, спокойно выдыхает в окружении дорогих людей. Тех самых, которые задумывали что-то действительно грандиозное за его спиной, но лишь с задачей сделать его в сто крат счастливее. — Но мы еще ничего не сделали, — приятный шепот раздается над ухом после нежного и немного детского поцелуя в голову. Они все еще стоят одной небольшой кучей из троих таких разных и близких друг другу людей. В такой момент не хочется думать о том, как человеку могут прийти такие ужасные, коварные мысли, основанные на совершенно не подтвержденных фактах, не знающие полностью всей правды и допридумывающие сами ее до абсурда. Так ведь и можно потерять то, без чего твое сердце жить уже не сможет или останется с глубокими ранами до конца своих дней. Не хочется думать о плохом. Хочется жить так, легко и без тяжелого груза недоверия и контроля не только самого себя и других. Хочется иметь то, что всегда тебе поможет и не отвернется от тебя. Хочется найти в жизни тех самых, своих людей. — Вы есть у меня. И он, Ким Тэхен, их уже нашёл.