Горы и снег

Патруль тащился через заснеженные поля днём и ночью, в бураны и в светло-пасмурные дни. Капитан увязал в рыхлом снегу по нижнюю кайму знамени; вскидывал подзорную трубу к носу и хихикал на заражённых селян под деревьями, не давал волю хаотичной стрельбе, но на зависть двоим разбойникам сам расстреливал зайцев. Тундра и не собиралась кончаться. В бесконечности блоков между зомби-деревнями и аванпостами, нестабильными людскими посёлками, на них фатально нашло вялое ополчение, пара-тройка неумелых, негусто вооружённых чайников - да одинокий потрёпанный голем. Откуда сбежал и давно ли, мародёры не стали рассуждать; загнали его в озеро, пока уносили ноги, и со смехом, под звон стрел распрощались. Взвалив арбалеты на плечи, опираясь на них как на посохи, выкапываясь ими из снега, шли. Тонули в метелях, разводили костёр по ночам и создавали вокруг него мнимый уют, бренчали что-то на одной тетиве и голосили на луну. Искали деревню не столько для наживы, сколько на свою потеху, для утопления следующего рыцаря в огороде и добычу из него трофейного мака. Шли без направления, единственно только на южную сторону. Теряли в снегопаде счёт неделям и месяцам, приедались друг другу, заводили междоусобицы; предела тундре не видели. И протрубил зловещий рог, как залп молнии, как открытие портала в Край. Стрельцы впервые за двое суток переглянулись, подняли брови, обозрели сверкающий пустынный луг с разбросанными костями и плотью, с кустами травы, с тыквенными свалками, возвышениями с лесистыми коронами. Лидер воздел трубу, смерил взглядом местность чуть повыше горизонта. -Звук пошёл от ледяной горы. Туда нам надо. -Мы на какой тысяче? -Сто пятой, если не дальше... - Гром окатил тундру во второй раз, капитан взлетел на холмик, подпрыгнул, наставив линзу на северо-восток. Разбойник зарядил арбалет с хищной, весёлой улыбкой и шагнул за ним, третий остался на месте, тревожно сложил руки. -Не-е-е! Я не пойду. Кончик стрелы в арбалете вонзился в его нос, но он замер статуей. Капитан оторвался от изучения рельефа, зарядил и своё оружие. -Снова заявляешься, Эвен? Надоело, правда. -А если легенда о снежном колдуне - не выдумка? - Его друг опустил арбалет, недоверчиво склонил голову. -Думаешь, он тебя в первую очередь заморозит? -Будьте осторожны. -Он существует для тех, кто в него верит. Но хотя... - Знаменосец пристальнее всмотрелся в гору. - К кому нашего брата не заносило. Отобьём, не бойся. *** Криомант повертел рог и пробежался по краю обрыва, ожидая неизвестно чего; оскорблённая коза в прыжке удалилась со скалы. Раскатился ещё один рёв. Ледолога это забавляло, но известно было: увлекаться не стоит. Он слетел в аморфное покрывало, обулся, разведал владения; заглянул за каждый уступ, прислушался, не страдает ли кто-нибудь от холода, прокатился по наледям и сшиб пару невинных коз, сам ухнул из-за них в сугроб у подножия. Снежинки не затмевали обзора, ветер чуть колыхал мантию и не причинял ущерба, не гнал возмущённой пурги - в этот мирный солнечный полдень грехопадением было огорчаться. В гротах, где снежные насыпи чередовались с непокрытым синим, будто многолетним, льдом, чирикали и порхали разбуженные мыши, сбивали с Криоманта капюшон, опускались в глубинные минеральные пещеры. Неуместный факел в полу создал бы эпичный водопад, что обнажил бы изумрудные капли в породе и смыл зимогоров и мертвецов на сталагмиты. "Будь мы ему так важны, он встретил бы нас на пустыре", - раздалось у нижнего узкого входа, под ногами Криоманта. Он спрятался за ледяной шип, приготовил снежок. "Тундра - не его территория. В смысле его... но не основная". - "Бедняга, к месту прикованный..." Снежный король посмеялся. Прикованный, и поэтому непобедимый здесь, все укрытия знает. Выследил робкий, неуверенно катящийся по глыбам патруль и влепил разбойнику, замыкавшему шествие, снарядом в затылок. Эвен едва удержался на ребре скользкого блока. "Да я провидец!"; прилетело и ему. В шип воткнулась стрела, и Криомант, раззадоренный, юркнул к стене. Наступление длилось недолго; не успевал арбалет перезарядиться, как свистел и ударял между глаз стремительный снежок. Ледолога ударило по чистой случайности, когда он мигрировал из ущелья в другое, и небо тут же стемнело без оглядки на время суток. До разбойников донеслись обрывки страшной метели, лёд и снег окрасились одинаково. Яростная, непрерывная, открытая атака с тёмной вершины айсберга - и капитан сорвался, полетел вниз в каньон. Приятель Эвена потерялся, рассыпал очередь стрел на пригорок, но не дотянул до взбешённого Криоманта. "Покажись, чертила отмороженная". -К-куда отступить... - и увидел в сумерках, как настороженный друг пятится к обрыву от красноглазого силуэта, обвешанного непонятными, бьющимися на ветру тряпками. Ледолог замахнулся ещё, - но подождал бросать. Друг приоткрыл зажмуренные веки. - Не в наших правилах не за себя прощения просить... но я это сделаю, если позволите. Криомант замер на секунду. Пороша долетела до беспризорного патруля и стегнула Эвена по носу, подпихнула его приятеля к краю гибели. "А кто из вас виноват?" - продребезжал Ледолог, и повисла настоящая тишина. Потяжелевший ливень снежинок будто очистил плотные тучи от грязи, и по гроту разлился слабый вечерний огонёк, ударил в глаза. Эвен отвёл арбалет за спину при виде рисунков на лице Снежного короля - из почтения, из страха ли; поймал его гложущий взор и удержал на себе, так что Король видимо смутился, не смог больше изучать клеточки на бордовом тулупе, устройство коротких рукавов. Мародёр так прочно закрепил на себе хрупкое внимание Криоманта и сам так увлёкся, что удар стрелой в плечо Ледолога померещился ему тихим и замедленным. Вспышка холодной, рассудительной ненависти и рождение колючего, мощного урагана произошли раньше, чем Эвен смог прийти в себя и обработать происходящее в своём сознании, хотя бы взвизгнуть от испуга. Только он сузил зрачки, как его чуть не свалил ледяной шторм - и как его засыпало неестественно огромной кручей рыхлого снега, намертво прижало ей к каменному столбу. Ползти ему отсюда дольше, чем умирать. Криомант уготовил Эвену одну кончину, приятелю - совсем другую; и Эвен порядочно и покорно ожидал своей. Обморожение било по его хитбоксу, а он терпел до последнего, боялся, что вне сугроба его настигнет беда суровее теперешней. Однако, инстинкт самосохранения не позволил заледенеть даром, Эвен шагнул наружу окисленным медным големом, еле шевелясь. Лицо вдруг умыла вода, в которой он быстро оттаял - и из которой веселее выплыл, подъехал вниз по течению к Ледологу. Король стоял в отдалении от факела, что растопил вообще всё в радиусе, и бродил туда-сюда в одиночестве, хранил таинственное молчание, - уже не перекидывал снежок из руки в руку. *** -...А зачем нападаешь? Из вредности? -Поиграться хотел. Снежки не стрелы, урона не наносят! -Ловко устроился, парень! А то, что они отбрасывают, - это ничего! Пушистая, невесомая, но резкая пощёчина вьюги умерила его пыл. Криомант, для Эвена - обычный Хадукен, держался на расстоянии от разбойника и наводил тень на плетень, укрощал излишне громких коз известным методом. Он убедился: да, рог призывает патруль. По словам Эвена, "тогда мы узнаём, где наткнёмся хоть на одного врага - того, кто протрубил". -Ваше Хад... - он замялся; как сказать? -Что? -Да ничего. Пойдём со мной в рейд. - Здесь опешил уже Криомант. -Куда и зачем? -Веселья ради. Нет, если тебе нужны ресурсы, то можешь и их забрать, - тот приулыбнулся, вспомнив о местном долгострое. - А куда, сам не знаю. Нет поблизости какой-нибудь деревушки, не замечал? -Была, но её похоронили. -Угу, помню такую. Чай, свиньи в загонах до сих пор живут... Голем, получается, отсюда ушёл? -Кто его знает, - и отвернулся. Вздрогнул от разбойничьего: "А погоди-ка!!" -В игроковском доме, невесть каком, но - есть житель-два, а то и целая ферма. Ты просто зайди к ним покороче... - "Да зачем?!" - Тьфу. На тебе Дурное знамение, ты Рена нашего с утёса скинул! Подойдёшь к крестьянам, даже сторговаться с ними не успеешь - здравствуй волна. - Криомант хотел обидеться на непонятное Знамение, но повременил. *** Сколько лунных месяцев Криомант не хаживал в эти земли... Ямы и разрушенные коробки, как после ТНТ-террора, заледеневшие бесхозные разорённые огороды, пышные кварцевые усадьбы и клумбы посреди среднестатистического древесно-булыжного болота, лавовые потоки, земляные столбы и инсталляции из рода постмодернизма, недорубленные деревья в воздухе, пылающий местами гриферский негасимый огонь. "Достаточно мимо пройти, и готово..." - дразнил Эвен нелюдимого, пугливого колдуна. Ледолог искал глазами единственную живую сущность помимо них двоих, хоть курочку, хоть игрока, на которого не позорно было бы перевести фокус. "И где?" - проблеял он, оглядываясь на грохот за горизонтом. "Сказано же, я не помню! Где-то здесь..." -Ах, дракон тебя побери! - процедил он радостно по слогам, составив неожиданно одним собой целую первую волну. - Где эти чудаки?! Несите их сюда! - он забыл Криоманта и понёсся вокруг избушек. Не прозвонило колокола, не протрубило рога. Оставшись в стороне и не видя противников воочию, не планируя атаковать без причины вообще никого, Ледолог достал выбитый из козы рог, дунул - и приманил к месту событий четырёх неравнодушных мародёров, что обыкновенным образом присоединились к Эвану и закружились с ним около дома с запертым жителем. Даже не тормозили для зарядки арбалета; "Если выбежит крестьянин - не успеете убить". Криоманта не слышали или не хотели слышать.Чтобы проявить какое-то участие, Снежный король, выдернутый из родной резиденции в чужую враждебную среду, протолкнулся через молниеносный, одержимый поток и - открыл дверь. В дом набилась вся уличная толпа, за исключением Криоманта. "Ради чего всё?..." - спрашивал себя он, до сей поры не нашедший себе применения. Чуть не оглох от вопля умирающего игрока, столкнулся взглядом с вынырнувшим со скоростью ребёнка библиотекарем, испугался его испуга - и для галочки пнул его снежком в спину, подтолкнул вперёд к голой тундре. "Громи его, как Рена, как товарища моего!.. - выплюнул Эвен и погнался за жителем на всех парах, быстрее всех союзников. - Как ты умее-е-ешь!" ..Рейдеры отпраздновали безоговорочную, абсолютную победу пяти стрельцов над одним пацифистом, вернулись в поселение с шутками-прибаутками и россказнями о "ряженом снеговике" - и не застали Криоманта у прежнего дощатого домика. Не застали и исчезнувшего по правилам сервера дропа, и брони на стойке, и тотемов бессмертия, часов, голов в рамках, и вещей в сундуках: изумрудов и алмазов, еды, зачарованных мечей - всего того, что должно было находиться рядом с драгметаллами, мусорными блоками, простыми инструментами. Эвен расхохотался в дружеском кругу сородичей, распрощался как с давними знакомыми и кое-как, по негодной зрительной памяти (зачем она блуждающему патрульному?), возвратился в горные пики, к Снежному королю. *** -Как там тебя, Криолог! Хадукен проклятый! Вылезай из сугроба!!.. Я тебя застрелю, труса! Подсобил бы чем, а? Ведьма-ак! Эвен вернулся в затопленный грот, на место смерти товарищей. Ледолог окопался за прежним ледяным выступом, но не заготовил ничего для потехи. Настроился слушать Эвена, очередного явно не состоявшегося друга, и все его претензии, чтобы отразить их - крипер весть в какой форме и заслуженно ли. Кто, ещё раз, виноват?.. -Какой из тебя илладжер? За пределами своего биома, где и без тебя легко умереть, - ты никто. Ты не один из нас, это точно! Никуда не пригоден. Для чего ты, ответь! Выйти сюда - и ответь! Посмотри мне в глаза! никто не нападёт, ты уже всех убил!! Доволен? Этого ты хотел, поиграться? Наигрался?! А на поверку - что ты такое, а, Хадукен? Снежный король! Что о тебе легенды слагают? Ночь мрачнела, с неба сыпалось что-то смутно похожее на снег, липкое, что сразу на земле обращалось в рыхлую субстанцию и что потихоньку прибирало в себя Эвена. Он ходил, хрустел сапогами, бренчал арбалетом, поскальзывался и кричал не переставая. -...Выйди - и убей меня! Я сходил в рейд, мои желания исчерпаны; теперь мне жизнь не нужна. Не у того отнял, не вовремя! Убей, говорю!! "Умельцы вы ИИ заговаривать..." Ледолог напряг воображение, скопил в руках искусственную злобу и осознанную жажду разрушения, не идущую от эмоций, а от одного холодного, "отмороженного" разума. Силой мысли изобрёл в трёхмерном материале суть своего колдовства, именно как оно задумывалось без его собственного вмешательства, протестов и практик, подлейшее его выражение - и обернулся. Одновременно с этим Эвен, видя смешанные чувства Ледолога, посмотрел туда же, куда и он - вверх - на громадную льдину, повисшую прямо над головой. Уйти он не успел бы никогда. И она рухнула почти со взрывом, с фонтаном частиц. Разбойника отбросило на четыре блока, он поразительно не соскочил тут же с утёса, как будто Криомант заранее рассчитал полёт до каждого пикселя. Он не стал терпеть до того, как оглушённый, и поэтому не размышляющий трезво мародёр сделает для устойчивости последний в жизни шаг назад; зажмурился и помог ему трескучим воздушным порывом. Не разжимал век, чтобы как можно дольше не осознавать нерушимой аксиомы - каждый новый друг будет уничтожен им. Такой его удел, легенды ничего не говорят против.