let it snow, let you smile

      — Ты в последнее время какой-то не такой, — Хастур затянулся, поглядывая на Кроули.       Они снова стояли на улице, трясясь, и курили. Совсем похолодало, но Кроули упорно не менял черное пальто с тонким свитером и продолжал игнорировать такую вещь, как шапку.       Все в угоду стилю!       Очки, замазывающиеся тающими на них снежинками, он снимать тоже не желал.       — Обычный, — кисло произнес Кроули и выдохнул горький дым.       — Нет, обычно ты просто нервный и злобный, — Хастур стряхнул с шарфа снег. — А вот сейчас ты особенно…       Кроули громко выругался, когда пепел с сигареты упал ему на пальто, и яростно стряхнул его.       — Вот такой вот, да, — продолжил Хастур, весело за ним наблюдая. — Что случилось, дорогуша?       — Ничего.       Кроули посмотрел в сторону. Толпа студентов с хохотом вышла из университета, и Кроули неосознанно прищурился, выискивая в них светлую фигурку.       Азирафель выводил его из себя.       Прошло столько времени, они общались так тесно и много, как Кроули не общался, наверное, даже с самым близким другом. Вот с Хастуром, например.       И это оказалось приятно. Ему хотелось этого общения все больше. Настолько, что Кроули не заметил, как начал сам писать Азирафелю эти смсочки с пожеланием доброго утра и спокойной ночи. Спрашивать, как у него прошел день, достаточно ли он поел, все ли хорошо у него в университете и не заболел ли он снова. И эта дурная привычка постоянно слать дурацкие сердечки-смайлики!       Как Кроули до этого докатился?       Знал он, как.       В то самое утро, когда проспал с Азирафелем целую ночь и проснулся, обнимая его и упираясь твердым стояком ему в зад. Азирафель плотно вжимался в него ягодицами, а подушку держал у груди, словно игрушку.       Как же Кроули в то утро его хотел!       Самое приятное пробуждение в его жизни. Кроули даже улыбнулся, уткнувшись лицом в непослушные белые кудряшки.       Но хуже всего — желание, которое Азирафель оборвал ночью, никуда не делось. Оно только усилилось.       И Азирафель в его руках так и говорил — возьми!       Кроули потерся о него, сильнее вжимаясь в мягкие ягодицы. Азирафель довольно застонал во сне и выгнулся ему навстречу. Кроули глубоко вдохнул и обнял его крепче.       И тут же проснувшись, Азирафель повернулся к нему. Ласково улыбнулся, почти светясь. Кроули засмотрелся на эту улыбку, и невыносимое желание совсем накрыло его с головой.       — Как спал? — спросил Азирафель и прильнул к его груди.       — Лучше, чем когда-либо, — честно ответил Кроули и, не сдержавшись, погладил Азирафеля по волосам.       Мягкий. Как пух. Как весь Азирафель.       Маленький, светящийся светом ангел.       Он улыбнулся. Широко, счастливо. Озаряя им всю комнату. И утро Кроули.       А потом ловко вывернулся из его объятий, вставая на кровати и довольно потягиваясь. Кроули едва не прорычал, упустив из рук добычу, которую только что собирался затискать до сладких стонов.       Он облокотился на спинку кровати, положив ладони на затылок, и с интересом наблюдал, как Азирафель одевается. Серьезно, ни одна стриптизерша не снимает одежду эротичнее, чем Азирафель, который наклоняется к стулу, чтобы просто надеть свитер.       Так изящно, так красиво.       Как неземное существо.       Кроули отчетливо помнил, как в тот день, подвозя Азирафеля, ему очень хотелось доехать до самого университета. Остановиться рядом, взять его за руку и прямо так войти внутрь.       Но здравая часть рассудка не совсем умерла под этим взглядом, поэтому Кроули, как обычно, оставил его на одну остановку раньше. Но перед уходом поцеловал. И даже не один раз. Потому что так и хотелось зацеловать эти пухлые губы.       Кроули отмер, понимая, что Хастур все это время в упор смотрел на него, а сигарета, которую он так и не поднес к губам, потухла, осыпавшись пеплом.       — Ты… на студенток смотришь? — уточнил Хастур, следя за его напряженным взглядом. Хотя что там, за очками, он вообще мог разглядеть. — Это, конечно, неплохо, но ты хоть не так сильно пались.       — Что?! Это ты мне говоришь? — Кроули воскликнул так громко, что Хастур поморщился. — А кто постоянно с ними флиртует!       — Не я, — Хастур пожал плечами и больше не стал это никак комментировать.       — Пошли уже, я себе сейчас конечности отморожу, — Кроули вздрогнул и повел плечами. — Ненавижу эти блядские холода. Мерзкий снег. Все ненавижу!       Хастур усмехнулся, пытаясь подавить веселье. Но не выдержал и рассмеялся. Он похлопал Кроули по плечу и направился в сторону корпуса.       Благо, что сегодня у Кроули не предвиделось пар с группой Азирафеля. И он мог спокойно вести занятие, а не пытаться сосредоточиться, пока где-то справа от него сидит маленький объект его вожделения.       Этот объект вожделения его упорно к себе не подпускал. Пока их общение вообще ограничивалось исключительно прогулками. Пару раз, конечно, Азирафель попросил отвезти его в магазин, состроив милые глазки и сказав: «пакеты тяжелые, а у тебя есть машина, ну тебе же не сложно!»       И Азирафель продолжал просачиваться вечерами в его квартиру, спать вместе с ним в обнимку, а потом с невинным лицом делать вид, что большего между ними происходить и не должно.       И Кроули все понимал. Если бы не та ночь, когда Азирафель сам на него напрыгнул, а потом вел себя, как долбанная шлюха со стажем!       Кроули откровенно запутался. А говорят, что с возрастом отношения выстраивать легче — просто спроси, чего хочет партнер и не заебывайся с тем, чтобы додумывать за него.       Он так и делал! Постоянно интересовался у Азирафеля его желаниями, старался во всем потакать. Азирафель и выглядел счастливым и довольным, его все полностью устраивало.       Так почему, стоило Кроули начать его ласкать, он тут же отстранялся и начинал лепетать — «не сегодня-не сегодня»?!       Конца света что ли выжидал?..       Кроули устало уселся за стол, наблюдая, как студенты покидают зал. У него уже возникало желание выбить у Вельзевул отказ от группы Азирафеля. Сказать — пусть делает, что хочет, но Кроули работать не будет. Пусть Лигур выходит на работу весь в гипсе, Кроули глубоко плевать, что…       — Мистер Кроули, у меня к вам вопрос.       Голос раздался у правого плеча, и Кроули подскочил на месте, разворачиваясь на стуле, уперся ладонями в стол и уставился в эти чертовы голубые глаза.       — Ази… Фэлл! — прошипел он так яростно, что проходящие мимо студенты поспешили скрыться с глаз долой.       Азирафель растекся в улыбке и немного переместился, встав на более приличное расстояние.       У Кроули даже сердце быстрее забилось. Вместо привычного свитера Азирафель надел белый пиджак, да и весь будто на парад собрался. В жилеточке и своей любимой дурацкой бабочке. И, боже упаси, настолько облегающих зад джинсах, что Кроули напрочь забыл, где он, что, и вообще, какой сейчас год.       Азирафель снял рюкзак, поставил его на стол и залепетал какую-то бессвязную речь на тему его предмета, но Кроули не слушал.       Он смотрел, просто смотрел, наблюдал, как двигаются эти губы, и думал только о том, что эти самые губы делали, когда Кроули был сильно-сильно пьян.       — Что ты тут делаешь, Азирафель? — прошипел Кроули, когда последний студент покинул кабинет.       Азирафель осторожно шагнул к двери, закрыл ее и вернулся обратно. Кроули жадно проследил за ним взглядом, и в его сердце закралось нехорошее предчувствие. Очень. Очень нехорошее.       — Я по тебе соскучился, — сказал Азирафель и, наклонившись к Кроули, поцеловал.       Кроули в панике подумал, что они находятся в университете, что дверь заперта далеко не на замок, и вообще происходит что-то неприемлемое.       В следующую секунду Кроули сам вцепился в Азирафеля, роняя его на свои колени. Он его даже не целовал. Он пытался его сожрать.       Азирафель все это время ерзал на нем, не зная, как усесться, сжимал пальцами плечи и, черт возьми, постанывал.       — Так, стоп, стоп, — Кроули с трудом оторвался от него и отстранил от себя. Азирафель поднялся и деловито поправил бабочку так, будто ничего только что не произошло. А вот Кроули после такого едва мог отдышаться. — Ты что вообще творишь?!       — Скучаю по тебе? — Азирафель уселся на стол, прямо рядом с Кроули.       Кроули встал и склонился над Азирафелем, укладывая ладони по обе стороны от него. Азирафель ловко подцепил его очки, снял с лица и улыбнулся.       — Прости, но так намного лучше.       — Допустим, — очки Кроули сейчас волновали в самую последнюю очередь. — Скажи мне лучше вот что, ангел мой. Какого черта, каждый раз, когда я оказываю тебе… подобное внимание, ты это игнорируешь. А теперь ты вздумал прийти прямо посреди рабочего дня и… — Кроули запнулся, не зная, правильно ли понял посыл столь страстного поцелуя. Азирафель хитро сверкнул глазами, похоже, уловив его сомнения, но подло продолжал молчать. — Что ты вообще хотел?       — Поцеловать тебя? — Азирафель положил ладонь Кроули на грудь и легко погладил. — Прости, все это для тебя слишком быстро? Я тороплю события?       Кроули едва не заорал на всю аудиторию.       — Ты… находишься в университете. Как и я.       — Ага, и прямо сейчас — ты прижимаешь студента к столу.       Эту довольную и наглую мордашку можно только поцеловать. Или заставить заняться чем-то более полезным. Кроули и эти порывы усиленно сдержал.       — Хорошо, я скажу прямо, — выдохнул он, опуская взгляд и стараясь игнорировать каменный стояк в штанах. — Почему ты соблазняешь меня, а потом отталкиваешь?       И эта наглая сволочь, соблазняющая одним своим существованием, смутилась!       Азирафель покраснел, отвел взгляд и неловко улыбнулся. Кроули даже показалось, что он дернулся в сторону, желая подло слинять от разговора.       — Но у нас ведь уже был секс, — Азирафель упорно не смотрел на него и даже начал стыдливо выводить пальцем линии на столе.       Кроули подавился воздухом.       — А это, по-твоему, акция одноразовая?.. Или у тебя правило — до свадьбы ни-ни? Ну так этого правила придерживаться уже поздновато.       — Хватит! — Азирафель возмущенно толкнул его и тут же убрал ладони. — Просто понимаешь… Все мои отношения заканчивались довольно быстро, и… все время на одном и том же этапе. И, оказывается, так приятно с тобой просто гулять и обниматься. Хочется это продлить, знаешь… это так… необычно и… мило.       Азирафель и сам в этот момент выглядел милее любого ангела. Чуть раздвинув колени перед Кроули, смущенно отведя взгляд и дико покраснев. Кроули приподнял бровь, оглядев его.       И тут он понял.       — Хочешь сказать, у тебя не было нормальных отношений?       Азирафель помотал головой.       — Ты очень красивый, и я просто не могу не пытаться тебя соблазнить, — признался он, — это выходит как-то само собой, правда. Но при этом мне так хочется… немного растянуть этот момент. Знаешь, это как поцелуй. Все удовольствие не в нем, а в его предвкушении.       Кроули широко улыбнулся. А затем прижался к губам Азирафеля. Целуя долго, влажно. Растягивая это удовольствие и пытаясь вложить в него все свои страсть и желание, что вызывал в нем Азирафель.       Азирафель охнул, вцепившись Кроули в плечи, и едва удержался на месте. Кроули придержал его. Он вжался в Азирафеля, и тот обнял его талию коленями.       Они целовались так долго. Кроули все не мог оторваться от него и не выпускал из объятий. Азирафель и не сопротивлялся, прижимаясь к нему все ближе.       — Согласен, все дело в предвкушении, — Кроули оторвался от Азирафеля. Тот сидел, тяжело дыша и раскрасневшись.       — Это сарказм? — Азирафель поправил бабочку и поднял на Кроули блестящий взгляд.       — Наблюдение, — Кроули положил ладони на мягкие бедра и совсем едва сжал на них пальцы, — ангел, ты можешь не бояться, что я тебя сразу брошу. Да, начали мы своеобразно, но мне тоже нравится проводить с тобой время, — глаза Азирафеля засветились радостью, и Кроули закусил губу. Черт, радовать его — отдельный вид удовольствия. Он уже на что угодно готов пойти, лишь бы продолжать видеть эту искрящуюся нежность. — Но если для тебя это действительно важно, — Кроули внезапно положил ладонь на пах Азирафеля. Он закусил губу, тихо выдохнув, и Кроули мягко погладил его. Возбужденного не меньше, чем сам Кроули. — Подождем, сколько твоей душе угодно.       — До Рождества? — спросил Азирафель на выдохе. — Чтобы, как в кино — елка, гирлянды и свечи!       — Подожди, это точно ты поехал ко мне из клуба пьяный? — Кроули внимательно его оглядел. — Я тебя ни с кем не перепутал?       — Нет!       Кроули покачал головой и уныло выдохнул.       — Хорошо, будет тебе Рождество, как в кино.       И отстранился.       Азирафель остался сидеть на столе с таким видом, как будто это его только что оставили ни с чем, наложив запрет аж до самого Рождества!       Не так много до него времени, но все тело стягивало так, что казалось — это целая, блять, вечность!       А он сидит, будто это Кроули ему отказал!       Азирафель расплылся в довольной улыбке, и Кроули наклонил голову набок, с наслаждением наблюдая за ним.       Господь, ради него, он и до второго пришествия ждать согласен.       Кроули пришла смс, и он, глянув на экран, схватил Азирафеля за руку и стащил его со стола.       — Давай, тебе пора уходить. Скоро собрание, и надо, чтобы нас с тобой здесь никто не заметил вместе.       Азирафель грустно выдохнул.       — А так хочется взять тебя за руку.       — Я тебя за нее держу прямо сейчас, — Кроули ухмыльнулся.       — По-настоящему, — ответил Азирафель и улыбнулся. Но уже не так довольно, как до этого.       Он приподнялся на цыпочки, чмокнул Кроули в щеку и отстранился.       — Я буду по тебе скучать.       — Это не так плохо, — заметил Кроули, ухмыльнувшись, — кажется, когда ты сильно скучаешь — перестаешь быть маленькой сволочью.       — И вот ты испортил всю романтику, — Азирафель рассмеялся и с довольным видом развернулся, направившись прочь из кабинета.       Кроули жадно посмотрел ему вслед.       До самого, блять, Рождества.