Leaved us out

      Руки за спиной прижались к двери, усыпляющую тишину разрушили шорохи и тихое трепетное дыхание двух очарованных окутавшей, как пушистым пледом, влюбленностью котят, наконец оставшихся наедине друг с другом. Бушующие чувства со страхом и неуверенностью отдавались частым стуком сердец: еще никогда блеск хитрых глаз и золото волнистых русых локонов не были так привлекательны, еще никогда озаряющая улыбка до ушей и пухловатые щеки не были так пленительны. Отгороженный от лишнего шума гостей- друзей родителей кричащий разум драммера тянул к Крису, молил сблизиться и, схватив того в охапку, ощутить все тепло родного солнца, греющего душу. Носы мягко стукнулись, цепкая с нежностью лапа пристрастного зверька в спутавшихся на затылке волосах укрыла басиста приятным волнением, вырвав едва слышимый сладостный вздох. Дрожащий в теле огонек просил поддаться ласковым прикосновениям к шее и в ответ слегка помять ткань на крепком маленьком предплечье, встретиться с осторожным и нелепым, но полным слабости друг к другу поцелуем, горячо прижавшись ближе под натиском спустившейся на талию руки. В проблесках неопытности пылкое пламя обдавало противным ветерком, нудящим на мгновение помедлить, взглянуть в чарующие, бесконечно глубокие, чуть прикрытые темные глаза, дурманно таращащиеся в ответ, и вновь распалиться на манящих, как клюква в пудре, губах. Крис-кис повис в жарком объятии, толкнулся коленкой о чужую: пламень двигал ближе к неприкрытой тесноте, затаенной в темноте углов. Крепкие ноги подкосились, туша грохнулась на цветастый диван, обжегшись тяжестью котенка сверху. Шуршащую тишину разразил звонкий вдох от прерванного поцелуя. Крис предпринял попытку оседлать ворочающегося быка, но Бен хитрыми и неуклюжими маневрами перевалил басиста под себя. Расстояние вновь сократилось, темные патлы щекотливо упали на лицо и, как занавесы, оставили ясному взору лишь пьянящего драммера. Туман сильнее окатил сознание от обжигающих касаний воздуха над ухом и ласковых ладоней, чертящих на ребрах беспорядочные узоры.

***

- Дэни, не поищешь заодно ребят?,- слегка обеспокоено спросила мать гитариста, за чаем испачкавшегося тортом и в ответ досадно вздохнувшего. - Да-а, конечно, чего тут искать,- стул громко скрипнул, и по гостиной немедля в сторону ванной комнаты прошаркал белый грязный колосок. Никого знакомого, кроме притягательного отражения в зеркале, не встретилось ни за шторой, ни под ванной; блондин расстроился лишь своей неопрятности и попытался отмыть шоколадные пятна с белой футболки. Ручка двери намокла, и гитарист скользнул к кладовке: вновь безрезультатно. Кухня так же пустовала без людей и без еды на оставшихся тарелках. Как красная дорожка, лестница в поле зрения манила подняться на второй этаж навстречу неизвестному, забравшему двоих друзей.

***

Пляски без раздеваний унялись от скрипучих стуков за дверью, с каждой секундой становящихся все громче. Котята зарыпались, мотая головами то в сторону шума, то друг на друга. - Слезь с меня скорее, кенгуру ты хренов!,- в страхе выпалил басист, стараясь выкарабкаться из- под низу. За несколько мгновений до чужих недоумеваний и сотни сомнений парни расселись рядом, словно ничего и никогда в этой комнате и не было. В раскрытой щелке показалась белобрысая голова. - Вы чего тут?,- почти шепотом спросил Дэниэл, не желая рушить идиллию. - Мы слишком шумные, аж сами от себя устали,- Крис быстро выдал казавшийся правдой ответ, оставаясь с пофигистским выражением лица, в отличие от Бена, в который раз заправляющего волосы за уши. Незваный гость оглядел парочку и пожал худыми плечами. - Ну, как скажешь. Но, если что, вас потеряли, так что возвращайтесь поскорее,- укоризненно показал пальцем гитарист и исчез из комнаты. Усыпляющая тишина вновь осела в каждом уголке некогда пустеющей спальни- репетиционной. С минуту все молчало и не издавало шорохов, пока драммер, отважившись, не заговорил первый. - Наверное, хорошо, что он ворвался?,- с надеждой спросил Бен и качнулся к затихшему котенку, после ткнув того пальцем в плечо. Как прежде, подняв взгляд, Крис загорелся от чувства, уже не столь ярого, но радующего сердце, как кота от мяты. - Да..,- тихо хмыкнул басист- Ты уж прости. И за кенгуру тоже,- рука легла на спину, и Крис прижался с Бену, делясь оставшимся в душе огоньком.