Литургия дьявола

Арс беспокойно ерзает на пассажирском сиденье, его великолепная, по его же мнению, задница была слишком прекрасна, чтобы просиживать ее третий час в машине с ангелом в то время, как другие демоны, небось, измывались над грешниками в Аду. Арсений в тысячный раз проклинает распределяющий отдел, который умудрился засунуть его работать вместе с этим пернатым чучелом. То же мне, всего лишь посидел на троне Мамоны, а она развопилась, как Витас на концерте. Лучше бы ему язык отрезали, чем исполнять грязную работу на Земле. Да он бы и рад смертных до полуобморока пугать, только чертов пакт о сотрудничестве, состряпанный на коленке Люцифером и Богом во время пира «ради семейного воссоединения», портил ему всю малину. Надо же было так наклюкаться! Хотя наверху-то вино реками льется, а то, что раньше было шесть океанов, а не пять, — никто и не спрашивает. Арсений окидывает пренебрежительным взглядом сидящего рядом ангела. Этого неугомонного зовут Антон, и из примечательного в нем то, что он уже час обгладывает одну и ту же куриную ножку, будто она вкуснее запретного плода. Но Арс-то знает, что запретный плод, хоть и выглядит пиздато, но на вкус отвратительный, как гнилой лук. Хотя, может, у людей и считается такое за деликатес — он не помнит, слишком давно он был человеком. А Антон все продолжает обгладывать куриную кость, издавая отвратительные чмокающие звуки. Он вроде бы и не спешит никуда, и приехали они сюда будто просто поесть. Арс раздраженно вздыхает, трет глаза и не выдерживает, когда Антон мычит от удовольствия: — Сколько можно сосать эту кость? Она уже белой стала! Антон удивленно распахивает глаза и перестает жевать, уставившись на Арса. — А, — опомнился Антон, — я тебе не предложил. Будешь? Он тянет руку с остатками мяса на кости, но Арсений лишь закатывает глаза и брезгливо отодвигается. — Нет, я хочу, чтобы ты горел синим пламенем, — шипит Арсений. Антон почему-то смеется и возвращается к поеданию ножки. Арсения распаляет еще больше. — Как вообще такой бестолковый увалень умудрился стать ангелом? — поморщившись, задает вопрос Арсений. — О, это интересная история, — восклицает Антон, размахивая объедками и попадает кожицей Арсению в глаз. Арсений снова шипит, но Антон не обращает на это внимание и продолжает говорить: — В общем, я умер, подавившись куриной ножкой. — И продолжаешь их есть? — презрительно косится на него Арсений. — Ну второй раз я уж точно не умру, — изрекает Антон. — И как тебя определили в ангелы? — В отделе кадров перепутали меня с каким-то мужиком верующим. Он всю жизнь посвятил служению Богу, помогал нищим, пожертвовал даже почку какой-то женщине. Короче, должен был вознестись на небеса и пополнить нашу армию, но в бухгалтерии все перепутали — Лупа получил за Пупу, Пупа — за Лупу, ну ты знаешь. Вот так меня посвятили в ангелы, а его предали забвению. Арсений усмехнулся. И этим крылатыми поклоняются смертные? Какой стыд. — А с тобой что? — поинтересовался Антон и наконец-то отлип от злосчастной ножки. — Сжег заживо сорок человек, и за это сожгли меня, — лениво бросает Арсений и надевает темные очки. За столько веков он слишком привык к темноте подземного царства. Его бледная, как бумага, кожа светилась под лучами солнца, а глаза переливались лазурным цветом. Демонам, конечно, было позволено выходить наружу, даже поощряли за выполнение плана по приманиванию греховных душ, но Арсу было интересно выбираться только первые пару веков — достаточно наслушался о невинности всяких тупиц, которые продавали свою душу за богатство, славу, любовь. Были даже те, кто ставил свою жизнь на кон ради пяти сантиметров члена в длину. Арсения тогда позабавило, как мужик возмущался, что к нему даже подходить никто не хотел, потому достоинство выпирало из штанов, как нос у Буратино. А Арс потом наслаждался его голосистыми криками в кипящем котле. Суп, конечно, из грешников выходил вонючий. Его спаивали тем же грешникам, пока они не лопнут, а потом все начиналось по новой. — Да ладно, — тянет Антон, с прищуром глядя на демона. — Сережа мне сказал, что тебя сожгли за ересь. — От вас, пернатых, вообще можно что-то скрыть? — ворчит Арсений, откидывая на сиденье голову. — Неа, — довольно мотает головой Антон, — с тех пор, как к нам во служение попало штук двадцать хакеров, от нас ничего не скроешь. Как и то, что вон та девушка, — Антон ткнул пальцем в незнакомку, которая проходила мимо кофейни, — любит, когда ей ссут на лицо. Арсений проследил взглядом за миловидной брюнеткой лет двадцати, оценил ее лодыжки и плечи и хмыкнул. — Ей определенно понравится у нас, — ответил он, открывая дверь машины. — Подождешь здесь минутку… — Эй, — дернулся Антон за Арсением, потянув демона за полы рубашки, — ты помнишь, что нельзя убивать людей на смене? Мы должны сохранять нейтралитет! — Ой-ой, — закатил глаза Арсений, но все же вернулся на прежнее место, — подумаешь, одной больше — одной меньше. — Если ты тронешь пальцем хоть одну душу без моего ведома, я клянусь… — предупреждающе проговорил Антон, но Арсений отвел взгляд и, к счастью сказать, вовремя, потому что за углом появился как раз тот самый голубчик, которого они и ждали. — Смотри! — ткнул пальцем демон, прерывая нотацию Антона. На первый взгляд неприметный мужчина в грязном плаще и порванной шапке тащил здоровенный булыжник с высеченными письменами. Когда Арсений узнал, что украли у привратников Бога, смеялся целых три дня. Ну серьезно, стащить огромный камень под носом у ангелов, которые по библейской традиции изображались состоящими сплошь из глаз и крыльев — это высший пилотаж идиотизма. Нет чтобы взять святой Грааль, плащаницу или, на худой конец, часть креста, на котором был распят Иисус, но этот доходяга спер чертову скрижаль весом в несколько десятков килограммов. Антон с Арсением наблюдали за тем, как мужик нес скрижаль в одну захудалую антикварную. «Совсем мозгов нет», — подумал Арсений, но ситуация его больше забавляла, чем возмущала. — Нужно его остановить, — нахмурился Антон, накрыв ладонью ручку двери. — Не, подожди. Посмотрим, как он будет ее нести, — весело объявил Арсений, даже не скрывая своей улыбки. — Да он сейчас уйдет! — завопил Антон, и Арсений с тяжелым вздохом все-таки вышел из машины. Они старались вести себя обыденно, но сияющий Антон, весь в белом, с переливающимися на солнце кудрями совсем не был похож на обычного жителя Питера. Только нимба не хватало, чтобы удостовериться, к какому типу существ он принадлежит. А вот Арс противился своему человеческому облику. Нет, этот кожаный костюм бесспорно ему шел, как и все в этом мире (ему бы даже облик жука пошел), но ощущал он себя в нем слишком слабым, будто бы его сунули в коробку из-под обуви и заставили сидеть там целый день. Кости ломило, спрятанные рожки чесались как после эпидемии клещей — один из смертных умудрился их занести в Ад, а эти гадкие твари так прижились, что с людей перекинулись на демонов. Мужчина, как и все прохожие, не могли не обратить на эту странную парочку внимание, и похититель, бросив скрижаль, понесся в противоположную от антикварного магазина сторону. Арсений поспешил его догнать, а бегать он любил — еще один способ попугать грешников в преисподней, схватил вора за пыльный плащ, но тот неведомым образом оказался на несколько метров впереди от него. — Что за родственник братьев Сафроновых? — выругался Арсений, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих. — У меня есть идея, — задыхаясь, произнес Антон, о существовании которого Арсений успел позабыть. Оказывается, все это время, пока Арс пытался догнать вора, Антон догонял его. — Запрыгивай на спину. — Чего?! — возмутился Арсений, бросив сердитый взгляд на ангела. — Запрыгивай, — повторил Антон. Арс посмотрел в след удаляющемуся мужчине, догнать которого все меньше представлялось возможным, и остановился. — Хорошо. Арсений встал за спиной Антона, оглядел его на предмет ручек или хотя бы ремней, но не найдя ни того, ни другого, со вздохом обвил руки вокруг шеи и закинул ноги на бедра, которые Антон тут же крепко ухватил. — Ну, поехали, — процитировал Антон известного Юру и… расправил ебаные крылья. В облике обычного человека они совсем не заметны, но стоит Антону стряхнуть с них маскировочную пыль и размять — как перед взором Арсения предстают огромные пернатые махины. Арсений пребывает в шоке только первые десять секунд — но потом думает лишь о том, как бы побыстрее отделаться от этого недоразумения. Перья, белоснежные, как зубы семьи из рекламы «Colgate», мягкие на ощупь, лезут в ноздри и рот, раздражают и без того чувствительные к свету глаза. Демон уже хочет слезть, но руки Антона сильно стискивают его ноги, он отталкивается и взлетает. Арсений летать не любит, более того — боится до чертиков, поэтому мертвой хваткой сжимает горло Антона и зажмуривает глаза. — Что, никогда не летал? — с усмешкой спрашивает Антон, рассекая воздух и поднимаясь на заметную высоту, чтобы его увидело как можно меньше людей. — Неа, — бросает Арсений, поморщившись от очередного пера, попавшего ему в левую ноздрю, но хрен он отпустит Антона, чтобы его убрать. — И как тебе? — совсем по-детски интересуется Ангел, видимо, уже забыв цель их полета. — Я лучше еще раз переживу эпидемию испанки, чем соглашусь на это, — пробурчал Арсений, крепче сжимая ногами бедра Антона. Антон рассмеялся, но смех его заглушил поток прохладного встречного воздуха. Арсений решил придерживаться тактики — не открывай глаза, пока ноги не окажутся на твердой почве, но ангел замедляется и кричит своему пассажиру: — Смотри, вон он. Арсений открывает лишь один глаз и с осторожностью заглядывает вниз. Под ними дорога и мелкие магазины, люди, снующие туда-сюда, машины, маленькие собачки. Демон проглатывает внутренний вопль, ведь негоже свою репутацию перед пернатым портить, и замечает того самого похитителя, с бешеной скоростью бегущего в сторону двора одного из спальных районов. Антон складывает свои крылья клином и устремляется вниз словно ястреб. Пара мгновений, и ангел на полном ходу врезается в вора. Антон сбивает мужчину с ног, он стонет под тяжестью ангела и пытается выбраться из-под него. Арсений пыхтит, когда ему по носу прилетает костлявое пернатое крыло, но все же рад, что он наконец-то на земле. — Простите, я не думал, что так выйдет, — извиняется Антон перед всеми участниками столкновения, поспешив встать. — Новые крылья, еще не освоился. — Лучше бы ангелам мозг выдавали, — бурчит Арсений, отряхивая свой костюм от грязи. Мужчина, который до этого стонал от боли, замер и затих. Антон нахмурился, осмотрел его и перевернул на спину. Влажные глаза похитителя застыли в ужасе, а рот раскрылся в немом крике. — Мы, кажись, того… — смущенно тянет Антон, — перестарались. — Нет уж, ему так легко не отделаться, — говорит Арсений и пихает бездыханное тело под ребра. — Вставай давай, а то отдам на растерзание голодным церберам. Ты бы знал, какая морока потом свою плоть из их зубов выковыривать. Мужчина не реагирует. Арсений закатывает глаза и поворачивается к Ангелу: — Плесни на него святой водой. — Да чего ты мертвого мучаешь? Видно же, что он… все, закончился, — Антону неловко. Начальство явно не погладит его по головке за убийство невинного человека. — Плесни, — настаивает Арсений. Антон со вздохом достает из закромов своей огромной белой толстовки (кто вообще позволил ему надеть толстовку?) флягу с водой, открывает ее и выливает пару капель на вора. От тела начинает подниматься пар, мужчина шипит и бьется в конвульсиях, оживая на глазах двух существ. — Иирас, хватит паясничать, — бурчит Арсений. — Встань. Похититель, поняв, что его раскусили, медленно поднялся с пыльного асфальта и недовольно уставился на демона. — Как ты спер скрижаль? — спрашивает Арс, с пренебрежением наблюдая за тем, как Иирас оттряхивал свои обноски. — Секрет фирмы, — усмехнулся мужчина, глядя на демона с вызовом. — Пусть с тобой Вася разбирается, достал, — скривился Арсений и два раза стукнул каблуком начищенного ботинка по земле. Асфальт раскололся, и из трещины появился проблеск красного света, который тут же утащил Иираса в преисподнюю. — Его правда зовут Иирас? — хмыкнул Антон, когда червоточина закрылась за мужчиной. — Это он себя так назвал. Типа нужно соответствовать имиджу демона, бла-бла, — передразнил его Арсений. — Мы его кличем Пидорасом. Антон улыбнулся, и демон с раздражением подумал, что этому ангелу все-таки не хватает нимба на голове. Но нимбы давали за особые заслуги — предотвратил очередной Апокалипсис, спас человечество, помог разродиться новой вселенной, Богу спинку почесал. Или как там это у них работает? — Спасибо, что помог, — сказал Антон, выдергивая Арсения из своих мыслей. — Мне было приятно с тобой работать. — Ага, — буркнул демон, а потом с неохотой добавил: — ты бесишь меня меньше остальных крылатых идиотов. После этих слов Антон засиял (в прямом смысле) еще больше, и Арсений порадовался тому, что на нем были темные очки, потому что от этого света он бы точно ослеп. — Надеюсь, мы еще встретимся, — весело произнес ангел. — Боже упаси, — закатил Арсений глаза и смылся раньше, чем Антон упрекнул его в упоминании Бога всуе.