Imitari

      Шоуи беспробудно спал на больничной койке, и не проснулся, даже когда наступила ночь — сон, в котором так нуждалось его тело, поглотил парня целиком, не выпуская из своих объятий. Медсестре, пришедшей проверить самочувствие Фансы, пришлось осматривать рану под мирное сопение имитанта, что вызвало у нее лишь тихий смешок — кажется, на ее практике подобное случалось не впервые. Сянши за это время успел выпить пять чашек кофе и все время зевал, потому как для него волнение тоже не прошло бесследно: каждый раз, когда он возвращался в пустую квартиру и ложился на их общую постель, пропитанную запахами Шоуи и Фансы, он не мог сомкнуть глаз, переживая за каждого поочередно. Сейчас же, глядя на такую идиллию прямо перед собой — Фансы снова улегся обогревать жмущегося к теплу блондина, — он мог только облегченно улыбаться и благодарить всех богов за то, что весь этот ужас наконец-то закончился.       Фансы, заметив сонный вид Сянши, шепотом позвал:       — Иди к нам.       Но младший покачал головой:       — Эта кровать слишком маленькая, вы на ней и вдвоем с трудом помещаетесь. — Парень поднялся с места и выглянул в окно, где в темноте больше не кружились снежинки, налипая на стекла. — Я, наверное, пойду домой. Если что-то понадобится — пиши.       Когда он уже накинул куртку и собирался выйти из комнаты его окликнул Фансы.       — Сянши, мне нужно тебе кое-что сказать, — парень подошел ближе и склонился над кроватью, боясь разбудить Шоуи неосторожным движением. Фансы неожиданно притянул его к себе и поцеловал с уже привычной страстью и силой — блаженное тепло волной прокатилось по телу, касаясь каждого уголка. Отстранившись, Фансы со всей серьезностью сказал: — Не смей ревновать. С сегодняшнего дня это запрещено законом.       Сянши только усмехнулся и ласково потерся носом о щеку мужчины.       — Даже в мыслях не было, — уверенно ответил парень и окинул взглядом спящего Шоуи, который занял его место на этой постели в объятиях этого мужчины, но не почувствовал ничего кроме щемящей нежности. Неужели можно ревновать к тому, кого так безумно любишь?       Пусть в одиночестве, но этой ночью Сянши спал спокойно и крепко, потому что знал — Шоуи под присмотром и между ними тремя, наконец, все хорошо.       Младший Дан шел по привычному маршруту от агентства до больницы, попутно заглядывая в уличные забегаловки в поисках чего-то вкусного. Подойдя ближе к зданию больницы он заметил Шоуи, сидящего на лавочке с сигаретой в руках. Парень выдыхал дым, кутаясь в горьковатое цитрусовое облако, и что-то ворчал себе под нос. Было несложно предположить, что его выгнали из больницы за курение в палате, но выражение его лица выглядело слишком обеспокоенным для такой мелочи — Сянши казалось, что он научился определять «нервяки» блондина по признакам, малозаметным для всех прочих людей, которые не приглядывались к имитанту столь же пристально.       Сянши подошел ближе и присел рядом на скамейку, любуясь посвежевшим лицом и уже не такими уставшими глазами. Только поджатые губы и маленькая морщинка между бровей говорили о его внутренних переживаниях.       — Что ты здесь делаешь?       — Фансы выгнал меня на улицу и сказал раньше чем через полчаса не возвращаться, — с готовностью выдал блондин таким обиженным тоном, что остаться безучастным было невозможно.       — Обычно от него не отделаться, а тут вдруг такая щедрость, — шутка не нашла отклика в глазах Шоуи, зато вынудила закусить нижнюю губу — он только сильнее заволновался и, пытаясь не выдать свой страх, неуверенно спросил:       — Может я что-то не так сделал?       Услышав это Сянши тихо вздохнул и обнял Шоуи. Его рука нежно поглаживала по спине, прогоняя любые переживания. Мысленно он мог только дивиться их с Фансы недогадливости: этот парень был таким впечатлительным и ранимым, как они могли не замечать его уязвимости?       — Шоуи, он тебя любит до сумасшествия, поэтому даже если и так — простит что угодно, — парень отстранился, взял его замерзшую ладонь и кивнул в сторону больницы. — Пошли разбираться. Уверен, тебе не о чем беспокоиться.       Пока поднимался лифт Шоуи успокоился, и просто наблюдал за сменой цифр на табло, отсчитывающем смену этажей. Когда они уже подходили к палате, из нее вышел Фансы и, увидев их, оперся спиной о дверь, перегораживая проход.       — Вы вовремя.       Сянши сразу перешел к делу, накидываясь на Фансы с вопросом:       — Почему я встретил Шоуи на улице?       Старший растянулся в самодовольной ухмылке, протягивая руку, чтобы потрепать парня по волосам:       — Успокойся, сяоди. Я хотел сделать для вас один сюрприз, только и всего, — мужчина хитро сощурился, поглядывая то на Сянши, то на Шоуи.       — Вот, я же говорил, что волноваться не о чем, — выдохнул младший, обращаясь к Шоуи.       Но блондина это, казалось, насторожило.       — Ошибаешься. Посмотри, как бегает его взгляд. А то, что он делает ртом и называет «улыбкой»? Говорю тебе, сейчас самое время начинать паниковать, — ответил Шоуи, доставая из кармана телефон. — Я заранее вызову полицию, пожарных и службу спасения.       Фансы рассмеялся и развернулся к двери, сжимая ручку в крупной ладони:       — Диди, я умею делать и адекватные сюрпризы, а не как в тот раз. Поверьте, вам это понравится, — мужчина распахнул дверь и впустил гостей внутрь. Шоуи опасливо шарил глазами по палате в поисках чего-то подозрительного, но единственным отличием была вторая койка, сдвинутая с первой, отчего узкая кровать стала двуспальной и на ней без труда смогли бы уместиться три человека. — Я просто не мог смотреть на то, как сяоди ютится возле тебя на полу. Теперь на этой кровати мы можем…       — Спать, — Шоуи поспешно перебил мужчину, потому что взгляд Фансы слишком явно говорил о его желаниях.       Старший разочарованно вздохнул и продолжил свою фразу:       — Мы можем спать все вместе, — увидев искреннюю радость на лице Сянши, мужчина раскинул руки и с важным видом добавил: — А теперь можете поблагодарить папочку, который порешал все проблемы.       Сянши сразу кинулся в объятия и стал покрывать лицо мужчины поцелуями, а Шоуи покачал головой со скептическим видом, но тоже подошел и прижался к нему, приобнимая. Фансы разомлел, держа по красавцу в каждой руке, и со смехом сказал:       — Как же мне с вами повезло, — ладони мужчины незаметно скользнули ниже и со шлепком опустились на ягодицы парней. — А теперь оба в койку!       — Как всегда профессионально портишь милый момент, — раздраженно прошипел Сянши, потирая место, которое мужчина не упускал возможности облапать.       Той же ночью, прямо посреди мирного приятного сна, Сянши разбудила трель телефонного звонка, которую быстро сменил виноватый шепот. Фансы попытался незаметно выбраться из хватки Шоуи, но ему не удалось подняться так, чтобы не разбудить своих парней. В темноте блондин дернул его, не позволяя уйти далеко, так что Фансы остался сидеть на кровати, приглушив свой голос ладонью:       — Прости, прости, прости. Мне действительно жаль, но я не могу бросить работу.       В тишине был слышен недовольный голос женщины, которая отчитывала Фансы словно маленького ребенка:       — Ты не должен так много работать! Неужели я не учила тебя, что семья это самое важное в жизни мужчины? Твой отец даже будучи уставшим и измученным готовил тебе подарок на Новый год!       — Мамуль, если ты немного подождешь, я подарю тебе виллу с видом на море, — подсластил Фансы в попытке оправдаться.       — Ты действительно думаешь, что я куплюсь на это? — раздалось возмущенное, но судя по изменившейся интонации такой ход сработал.       Разговор продлился около получаса, и только выдавив из Фансы обещание не перерабатывать и навещать семью чаще по мере возможностей, женщина успокоилась и положила трубку. Фансы облегченно выдохнул и только хотел устроиться на прежнее место, как комнату вновь разразил звонок. Мужчина схватил телефон и ласково проговорил:       — Привет, бабуля, чего звонишь так поздно?       — Почему я звоню?! Потому, что кое-кто решил не явиться домой на Новый год!       Далее Фансы молчал, выслушивая тираду старшей в семье, временами поддакивая: «Да, идиот. Да, безответственный».       Закончив разговор Фансы даже не пытался сдвинуться с места. Он одними губами досчитал до трех, вызывая смешки также не спящих Шоуи и Сянши, и ровно в этот момент раздалась уже поднадоевшая мелодия звонка.       — Золотце, я обязательно приготовлю тебе огромный красный конверт, и ты сможешь купить себе все, что захочешь! — сказал Фансы, заранее зная тему разговора. Когда мужчина отложил телефон, даже в царившей темноте он почувствовал на себе взгляд двух пар глаз. — Извините, что разбудил.       — Ты не будешь праздновать Новый год с семьей? — спросил Шоуи хрипловатым со сна голосом.       — Я не рассказал им про ранение, а узнать, что твоего сына подстрелили — не лучший подарок.       — Кажется, они очень расстроились, — с сожалением проговорил Сянши.       — Конечно. Это будет первый Новый год, которые они будут отмечать без меня, — после недолгой паузы Фансы тихо добавил: — а я без них.       Почувствовав грусть в интонации, Шоуи спохватился и поспешил добавить с несвойственным ему весельем:       — Зато у нас появилась прекрасная возможность отпраздновать его втроем. Мы с Сянши накроем праздничный стол и украсим палату.       — Тем более из окна прекрасный вид, сможем смотреть на фейерверки, — добавил Сянши.       — Тогда это будет лучший Новый год, — мужчина забрался обратно под одеяло, прижался к Шоуи и через него руками дотянулся до Сянши, переплетая их пальцы и стараясь согреть всех своим теплом.       И парни очень ответственно подошли к выполнению этого обещания.       Небольшую кухню наполнил насыщенный запах мяса и специй. Сянши с серьезным видом пытался нарезать огурец на равные дольки, что получалось у него с трудом — прошло всего несколько месяцев с тех пор, как он попробовал фрукты и овощи, еще не научившись правильно с ними обращаться. Шоуи улыбался, наблюдая за ним со стороны, и в который раз напоминая:       — Аккуратнее с ножом, не порежься.       Сянши утер пот и, обернувшись к имитанту, тоном ворчливой женушки проговорил:       — Нам еще столько всего надо приготовить, а ты уткнулся в телефон!       — Сейчас, сейчас, подожди немного… — в комнате раздались гудки, которые через несколько секунд прервались пиликаньем. Шоуи ободрился и помахал в экран: — Прием, база на связи! Как слышно?       На экране появился Фансы, старательно вырезающий из красной бумаги гирлянды — это ответственное дело ему поручил Шоуи перед тем как они отправились на квартиру заниматься праздничными ужином.       — Прием, слышно хорошо. Сяоди, привет!       Заметив обращенную на себя камеру телефона, парень помахал рукой и улыбнулся.       — Выяснилось, что Сян-Сян совсем не умеет готовить, — жаловался Шоуи, пытаясь найти подходящее место для телефона, чтобы они оба попадали в кадр. — Мне пришлось подрабатывать персональным кулинарным учителем, представляешь?       — Почему это не умею? — возмутился Сянши. — Я профессионально заливаю кипятком растворимую лапшу! А говядина в томатном соусе? Которую ты, между прочим, так и не попробовал!       — Ну-ну, не обижайся. В следующий раз снова приготовишь свою говядину в томатном соусе и я обязательно ее раскритикую. Кстати, переверни рыбу и добавь немного красного перца, — поучительно вещал блондин.       Последнее замечание нашло отклик у Фансы:       — Чем больше перца, тем лучше! Сыпь еще, еще! — выкрикнул мужчина, подгоняя парня.       — Нет, хватит! — возразил Шоуи, чем окончательно запутал Сянши:       — Так «еще» или «хватит»?       Имитант хмыкнул и вернулся к размешиванию вязкой массы в миске.       — Доверюсь твоему вкусу, — блондин благосклонно качнул головой.       — Хорошо, хорошо. Что у тебя с соусом?       — Попробуй. Мне кажется, получилось очень даже неплохо.       Новоиспеченный повар попробовал немного пряного соуса с кончика ложки, поднял голову и коснулся языком губ Шоуи:       — Действительно неплохо, но здесь намного вкуснее.       Фансы наиграно прочистил горло, обращая на себя внимание.       — Кажется, кто-то недавно говорил, что ревность запрещена законом? — поддразнил Сянши.       — Я не ревную, мне просто обидно, что не могу прямо сейчас зацеловать вас до потери сознания. Если продолжите в том же духе — сбегу из больницы, — надулся Фансы, этот тридцатипятилетний мужчина, остающийся сущим ребенком в душе.       — Ладно, тогда мне придется ограничиться воздушными поцелуями, — парень кокетливо подмигнул Шоуи и блондин закатил глаза, однако на губах его цвела легкая улыбка. Только сейчас имитант обратил внимание на странный запах, наполняющий комнату. Он поморщил нос, а затем покосился в сторону плиты:       — Сянши, рыба! — парень спохватился и убавил огонь, спасая несчастное водоплавающее.       К моменту, когда они расправились с приготовлением еды и вернулись в больницу, Фансы вырезал около пяти метров бумажных гирлянд и развесил их у окна и возле кровати. Комнату несколько оживили взявшиеся за ручки маленькие человечки, но все же они смотрелись очень одиноко на фоне пустой больничной стены. Только Фансы принялся убирать за собой беспорядок, в комнату вошел Сянши, держа в руках коробку, наполненную пестрым хламом.       — Мы по пути забежали в агентство, и Ян Линг дал попользоваться прошлогодними украшениями, — следом за ним в палату вошел дракон, одетый в стильное пальто и узкие джинсы. Шоуи снял маску, под которой пряталась нежная улыбка:       — Какие милые гирлянды, — парень подошел ближе, чтобы рассмотреть получше творение рук Фансы.       — Но этого слишком мало для настоящего новогоднего настроения. Сянши, неси сюда свое добро, будем разбирать, — мужчине сразу пришлись по вкусу светильники в форме красных фонарей и огромная упаковка хлопушек, которые тот поспешил использовать — посетители, пришедшие проведать своих близких, схватились за сердце, когда раздался неожиданно громкий хлопок и из палаты вылетел сверкающий вихрь из блесток, осыпая коридор конфетти.       Сянши и Шоуи выполняли указания Фансы, занимаясь украшением комнаты, и уже всего через несколько часов были окончательно загнаны его нескончаемым энтузиазмом. Имитант завалился на кровать, от усталости не чувствуя ног, но, несмотря на это, улыбался радостно как никогда. Даже бушующая за окном зима уже не наводила на грустные мысли — именно из-за нее они вынуждены намного чаще согреваться в объятиях друг друга, прятаться от холодного ветра под теплым пледом и спешить к близким людям, чтобы поздравить их с праздником.       Шоуи был уверен, что в моменты, когда зима снова решит заморозить его до костей, засыпать, словно снегом, тревожными мыслями, он будет вспоминать эти предпраздничные деньки, которые они провели втроем.       Все те, кто мог без проблем ходить и не нуждался в пристальном присмотре медперсонала, покинули стены больницы, чтобы провести канун Нового года в кругу семьи. Даже врачи и медсестры нехотя расхаживали по коридорам, развлекая друг друга сплетнями и пустой болтовней, нетерпеливо дожидаясь окончания смены, чтобы успеть вернуться к родным до праздника. VIP-этаж больницы, пустующий и в будние дни, сейчас казался практически необитаемым.       В палате Фансы звучала музыка и высокий женский голос, распевающий популярную песню — CCTV гала-шоу уже изжило себя и мужчина с каждым годом все больше удивлялся, как его до сих пор крутят по телевидению. Впрочем, даже если все певцы потеряют голос, его бабушка будет упорно включать именно эту передачу, а в больнице ее подменил Сянши, который не давал даже во время рекламы переключить канал, чтобы случайно не пропустить очередное выступление — он видел подобные концерты впервые, поэтому не отрывался от телевизора ни на секунду.       — А кто эта женщина?       — Ли Сиси. Уверен, что ты не угадаешь, сколько ей лет, — подначил мужчина.       — Сорок? — предположил парень.       — Девяносто с лишним, — Фансы усмехнулся, наблюдая за потрясенным лицом Сянши. — Мне кажется, что даже когда земля сойдет с орбиты — она будет продолжать вести CCTV гала.       Микроволновка высоко пропищала, и Шоуи достал из нее разогретое блюдо, выставляя на стол:       — Идите есть, пока не остыло, — позвал он увлекшихся парней.       Фансы быстро нажал кнопку выключения на пульте и занял место за столом.       — Эй! — недовольно выкрикнул Сянши и снова включил телевизионную панель в поисках того самого канала, пока Фансы уже тянулся к тарелке с цзаозцы.       — Вкуснятина! Я в вас не сомневался, — нахваливал мужчина, накладывая еду в свою тарелку. Он ел с таким наслаждением, что Сянши отбросил пульт в сторону и сел рядом — а иначе два ненасытных типа сметут все со стола в рекордные сроки.       — Надо попробовать рыбу. Как думаешь, я сильно ее сжег? — младший Дан с сомнением оглядел блюдо.       — Достаточное количество перца спасет любую ситуацию! Давай сюда тарелку, — мужчина положил в рот кусочек рыбы и через несколько секунд закашлялся: — Ох, это самое острое, что я пробовал в своей жизни, — прохрипел Фансы, смаргивая с глаз слезы.       — Такое происходит каждый раз, когда я подпускаю его к еде, — вздохнул Шоуи и передал мужчине стакан воды, который тот мгновенно опустошил.       — Сяоди, это идеально, я обязан съесть ее до последней крошки.       — Я тоже вообще-то хочу попробовать! — Сянши обмакнул кусочек в соус и положил в рот. Парень прожевал, глотнул и выкрикнул: — Шоуи, воды!       Блондин закатил глаза, наливая стакан уже второму.       После праздничного ужина Шоуи сидел на подоконнике и рассматривал горящие окна в домах напротив: тени за занавесками суетились, спешили куда-то, обнимали пришедших гостей. Теплая атмосфера окружала больничную палату и находящиеся за ее пределами квартиры — казалось, в этот день все люди стали одной большой семьей, не знающей ссор.       Погруженный в свои мысли, Шоуи не заметил, как к нему подкрался Сянши и потерся щекой о светлые волосы. В этом жесте было столько нежности, что сдержать улыбку, просившуюся на губы, было невозможно. В тот момент в небе вспыхнул первый фейерверк, рассыпаясь маленькими искрами в воздухе. Блондин распахнул глаза, всматриваясь в причудливые узоры ярких вспышек — раньше он не праздновал Новый год, ему был непонятен этот праздник, непонятны люди, радующиеся тому, что стали на год ближе к смерти, что очередные триста шестьдесят пять дней прошли даром. Именно поэтому он каждый раз засыпал, не дожидаясь фейерверков.       В комнате выключили свет, чтобы отблески на стекле не мешали насладиться этим зрелищем. Фансы открыл окно, впуская в помещение жалобное пищание машин и громкий глухой звук взрыва. Холодный зимний воздух коснулся оголенных ступеней, посылая по телу мурашки.       — С Новым годом! — прокричал Фансы и выстрелил хлопушкой в открытое окно. Блестки разлетелись на ветру, разноцветно сверкая. В глазах взрослого мужчины было столько детского восторга, что Шоуи не мог оторвать от него очарованного взгляда, чувствуя захлестнувшую его неконтролируемую нежность.       Высоко в небо взлетел золотой огонек и взорвался, будто накрывая весь мир звездным куполом. Сердце невольно замирало, радость наполняла грудь теплом и щекотала изнутри, заставляя смеяться. Вот оно — счастье.