Ядовитый алхимик

«Ночь особенно прекрасна в оттенках кроваво-красного». Тощий, устрашающий силуэт человека объял мрак. Бинты на его лице и теле скрывали уродство. Он что-то шептал, вглядываясь в единственный луч света, освещавший старый, потрепанный временем подвальчик. Вдруг тень всколыхнулась и судорожно начала метаться в четырех стенах. От дубового стола к камину, оттуда к черной стене, разрисованной алхимическими символами, затем к стойке, где величаво блестели ордена, полученные за участие в самой кровавой из всех войн в истории Аместриса – Восстания в Ишваре. - Эти раны никогда не заживут – вдруг вымолвил человек и зарыдал. Это был стон отчаянья, порыв души, в которой не было места ни счастью, ни радости, ни любви. В душе старого солдата жил лишь страх. Он с трепетом провел рукой по орденам, один из которых вручался самим фюрером Кингом Бредли и с гордостью поднял голову, вспоминая годы войны. Но руки его дрожали, тело не слушалось, воин оцепенел от ужаса. Взяв себя в руки, человек все же нашел в себе силы заглянуть туда, куда боялся заглянуть очень давно. Собрав остатки воли в кулак, он достал из ящика старый дневник, который вел во времена юности и присел с ним около жаркого огня камина. Вдруг бинты спали с его лица и обнажили глубокие шрамы. Один глаз был поврежден, казалось, необратимо, рот едва открывался из-за образовавшихся рубцов. Глубоко вздохнув, человек сделал над собой усилие и все же решился открыть старые записи и погрузиться в кошмар, который пытался предать забвению.

*1908 год, подавление вооруженного восстания в Ишваре*

- Пришлите нам другого алхимика, мы теряем позиции! – в панике кричал капитан одного из подразделений аместрийской армии. Алекс Луи Армстронг, алхимик сильной руки, стоял на коленях, держа окровавленное тело маленькой девочки. Никто из его подчиненных-солдат не подозревал, что такого внешне сильного человека так легко сломить. Государственный алхимик бездействовал, аместрийских солдат со всех сторон атаковали ишвариты. Нужно было срочно определять дальнейшую тактику боевых действий. Капитан принял решение отступать, отдавая один из районов города без боя. Фюрер лично возглавил командование. Вновь мобилизовав и перегруппировав силы, Кинг Бредли отдал приказ окружить последний неразоренный район Ишвара в кольцо. Однако сопротивление было гораздо ожесточеннее, чем ожидало высшее командование. Горы трупов солдат Аместриса устилали площадь. Открытая местность, наличие возвышенностей, удобных для атаки: одним словом преимущество было на стороне ишваритов. - Позовите его. Слова фюрера прозвучали как гром среди ясного неба. Вокруг Бредли забегали генералы, пытаясь от чего-то его отговорить. - Фюрер, там же наши люди! – воскликнул один из них. Правитель Аместриса лишь ухмыльнулся и отвернулся от них, наблюдая за ожесточенной битвой. Солдаты пытались подобраться к холмам, кидали гранаты, задействовали артиллерию – все тщетно, сил было недостаточно. - Вы звали меня, фюрер? – вдруг раздался хриплый голос. Седой мужчина в военной форме стоял перед Кингом Бредли, отдавая честь. Ему было тяжело стоять, в ногах будто не хватало силы. Но в голосе солдата чувствовалась сила и твердость. - Пора закончить здесь – коротко отрезал тот. Ядовитый алхимик, майор армии Аместриса, покинул штаб главнокомандующего, опираясь на трость. За ним шел взвод его преданных солдат, которых он лично обучал военному искусству. Ходьба давалась алхимику довольно тяжело. Армейский цепной пёс встал посреди поля боя, не страшась. Его верные солдаты развернули некую установку.. другие солдаты с неподдельным интересом наблюдали за процессией. Вдруг, будто по чьей-то указке взвод Ядовитого алхимика начал надевать противогазы. Майор начал рисовать на земле круг, тщательно создавая малейшую деталь. - Запускай! – раздался хриплый голос алхимика. Устройство с огромной силой начало нагнетать потоки воздуха в сторону противника. Алхимик вознес руки к небу и в этот момент печать активировалась. Звук от преобразования заглушал безумный смех. Трансмутация постепенно превращала составные части воздуха в нечто единое целое. Никто из солдат, стоявших рядом ничего не понимал. Вся эта странная процессия вызвала лишь недоумение. Однако вскоре в умах военных начало появляться осознание происходящего. - Кажется, пахнет чесноком.. – сказал один из аместрийцев. Ядовитый газ накрыл город и наполнил его безумием. На коже людей стали появляться огромные пузыри, из нарывов сочилась кровь, глаза слезились, а неукротимый кашель с кровью заставлял ишваритов задыхаться. Полуслепые, напуганные они метались с криками о помощи. Когда все закончилось, в последний незахваченный район Ишвара был отправлен всего лишь один небольшой отряд. Они добивали жертв Ядовитого алхимика. Фюрер считал это за милосердие. Искалеченные и изувеченные люди, жадно глотающие крупицы воздуха обожженным горлом, хрипящие, молящие о пощаде: все они безжалостно уничтожались. Большинство аместрийских солдат, познавших силу Ядовитого алхимика, умерло, однако кое-кто остался и история об обладателе самой смертоносной боевой алхимии продолжает жить.