Куда ведет Радужный мост?

Когда Агни трахал Такеру, утыкая лицом в стеллаж со шляпами-кепками-панамками, один головной убор обязательно планировал вниз. Совсем как самолет, несущий на своих металлических крыльях смерть. Несущий за собой нарастающий гул: от рокотания к свисту. ...потом грохот, взрыв — и пара-тройка свеженьких трупов. Опасно привычный сценарий. Оскомину набившая повседневность. В горячих точках того и глядишь пропадешь. Спасало чутье: Агни, даже если дремал, подскакивал за минуту до разрыва снаряда. Срывал горло громким: «Ложись!» И сам накрывался брезентом, падал в окоп или просто группировался — как получалось. Когда утихало, помогал перетаскивать раненых в лазарет, на ходу подлатывая и себя. Тело сберег... А голову ни один врач подправить уже не мог, ни один не мог зашить душу и прогнать прочь кошмары, призраков и прочую лабуду. Агни сам научился справляться. Пахал днями и ночами, брался за любую чёрную работу, изматывался до пустоты в голове. Уходил раз в сезон в горы с тяжеленным рюкзаком и в одиночку боролся со стихиями. Встряхивало на раз-два. И секс, конечно, помогал тоже. Проблема крылась в другом: Агни даже после случайного перепиха начинал слежку, а потом очухивался, избивая «соперников». Как будто, переспав, ему себя доверили; в телохранители, блядь, наняли. Агни в открытую и называли чокнутым, тыкали: «Ты совсем больной?» Схема, однако, работала без сбоев, без передышек... И лишь с Такеру не в ущерб знакомству. Агни знал его с детства: преуспевающего владельца квартала Кабуки и шляпника в одном лице. Агни так и так за ним приглядывал. Оберегал. Секс же добавил в отношения остроты. И помогал выкинуть лишнее из башки. Самолеты, пикируя, разлетались красивыми фейерверками, и ночью спалось спокойно, без звона в ушах и видений. Только на этот раз — сама реальность вывернулась пиздецом. Мир изменился незаметно. Молниеносно. И не спешил возвращаться в привычные рамки. Приходилось адаптироваться по ходу дела. И не сметь тормозить, ведь каждая ночь могла оказаться последней. — Игра завершена. Вы выиграли. Облегчение накрыло с такой силой, что подкосились ноги и защипало в глазах. Хотелось лечь на асфальт и не шевелиться. Или, наоборот, скрести его ногтями, скулить и вопить то ли от радости, то ли от горя. Будь игра первой, горланили бы как дурачки, только этот ад даже не разверзнул перед ними ворота, просто дыхнул бездной в их сторону. Поставил клеймо с лимитом. Явно шуточки преисподней: вывернетесь наизнанку, чтобы мучиться дальше. И все-таки тупо сдаться — не вариант. Из любой, даже самой глубокой жопы, есть выход. Стоит только хорошенько его поискать. Еще можно было поискать ядро, главгада, миссию, стоящего за всем этим. Найти и уничтожить. Даже вопросов задавать не хотелось, да и наверняка, пока доберутся хотя бы до верного вектора — обрастут похуизмом и цинизмом по самое не хочу. Если уже с ног до головы не покрылись это коркой. — Такеру, идем, — пока другие агонизировали, Агни не оглядывался назад. А вот Такеру всегда дожидался очередной странной карты и забирал с собой, говорил: мало ли где пригодится. Он вообще пытался разобраться в структуре затянувшего их мира и что-то для себя фиксировал. Так что стоило игре назвать категорию, Такеру коротко направлял: трефы — командная битва, бубны — игра на сообразительность, пики — физическая подготовка, а вот червы — игра на предательство. Червы как раз и прошли. Извращенный День святого Валентина: собери букет, шоколад и не забудь возлюбленного. Притом букетов и шоколада оказалось куда меньше, чем игроков. Раз в пять. И игра коварно засчитывала только один на двоих комплект. Агни с Такеру, повинуясь чутью, держали букет и шоколад, тесно переплетя пальцы. А вот паре, которая «поделила» презенты, — не повезло. Кровь из горла фонтаном вокруг упавших тел нарисовала цветок, похожий на амариллис. Пугающе красиво. Но за три с лишним недели «командировки» почти не трогало. Выигранные, игры продлевали «визу», то есть оттягивали наступление смерти путем удара лазера в лоб. С точностью высококлассного снайпера... Впрочем, время здесь текло нелинейно. Люди, встречающиеся Агни с Такеру на пути, попадали сюда совершенно вразброд — кто только-только, кто с неделю торчал, кто месяц, хотя день «исчезновения» совпадал. Как это работало, оставалось загадкой. Много чего оставалось загадкой. Когда они с Такеру исследовали город, создалось впечатление, словно люди исчезли минимум пару лет назад — по улицам свободно гуляли дикие животные и встречались бурно заросшие участки: не мегаполис, а настоящие джунгли. При этом жилые помещения не покрылись толстым слоем пыли, не обросли плесенью. Современная техника не фурычила, а вот старье всякое ещё на что-то годилось. Сплошные парадоксы. Зато здесь как никогда работало знакомое правило: не упускай ни минуты, живи на все сто. Агни трахал Такеру каждый день и обязательно после каждой игры. Иногда даже до жилого помещения не дотягивал. Как сейчас. — В машине?! — Такеру возмущался для вида, сам же утягивая Агни в салон, обвивая конечностями, целуя до перемыкания мозга. — Слишком перенервничал, — Агни избавлялся от шмоток рывком. Всегда можно забрести в магазин и взять новые. Можно было вообще ходить по городу голышом. Можно было даже ебаться посреди улицы, если не бояться всякой заразы и невольных свидетелей. — Ты? Да ладно. — Если бы тебе вскрыли горло, я бы не выдержал. С катушек бы съехал. Начал бы всех кругом убивать, пока сам не нашел бы покой. Ты всё для меня. — Агни... — Такеру, пыхтя, покраснел. Он успел избавиться от штанов и даже добраться до члена Агни. — На тебя так тематика игры повлияла? — Убить тебя мало, — Агни устроился на узких бедрах, прикрывая глаза. Пальцами Такеру работал очень умело. То ли сказывалась привычка обчищать клиентов, то ли, блядь, талант. — Противоречишь сам себе, — Такеру сдунул волосы, налипшие на лицо. — Иди ты, — Агни отпихнул руки Такеру, навис сверху, скалясь. Красным выделялся рот Такеру: склонить бы к минету. Но в машине неудобно. Скрючится ведь весь, будет жаловаться на больную спину. — На хуй? — Именно. Дорогу нарисовать? — Агни расставил ноги Такеру, закинул одну на плечо. Обслюнявил пальцы и вогнал сразу два в тугое колечко ануса. — Да уж как-нибудь... разберусь. Ты не мог бы понежнее?! — Неа. Не сегодня, — Агни прикипел губами к шее Такеру, начертил языком кривую «А», довольно фыркнул на вырвавшийся стон. Пока творил — их тела терлись друг о друга, а пальцы щупали простату. Довести до экстаза Такеру было довольно легко. Он вообще оказался чувствительным и неприхотливым, несмотря на все заскоки и возмущения. — От тебя... дождешься, — Такеру чуть не скулил, выгибаясь и двигая бедрами. — Хочешь больше? Сейчас устрою, — удерживая под ягодицы, Агни пропихнул член на место пальцев. Остановился, вогнав до середины, вытащил до головки, снова загнал до середины, застыл, помотав Такеру вправо-влево, и вытащил совсем. Дырка сокращалась. Буквально молила заполнить её снова. — Ты издеваешься, сукин сын? Трахни меня уже! Так-то лучше. Агни снова смочил пальцы слюной и обвел по краю ануса, лишь на фалангу проникая внутрь. Зато членом вошел сразу и целиком. По самые яйца. Такеру издал звук, подобный тому, что слышишь, когда выдираешь кольцо у гранаты. Свистящий и с хлопком. Мощными толчками Агни вбивался в тело. Если взрыв и случится, он накроет обоих. Пожалуй, это будет лучшим концом. И всё-таки после секса обрушилась лишь тишина, прерываемая только сопением. Такеру лежал на Агни, и Агни перебирал его темные спутанные, но гладкие волосы. Даже в этом со всех сторон блядском мире Такеру следил за собой и регулярно мылся. И Агни заставлял. Безусловно, чистым было быть приятно. Просто Агни привык к полевым условиям и экономить. Пару дней без мытья за трагедию не считал. А вот то, что Такеру отказывался с ним спать, пока не состоится свидание с душем и мылом, служило как минимум стимулом и поводом пересмотреть взгляды на мир. Например, насчет экономии: сейчас-то точно не для кого. Из машины они выбрались только к утру. — Я бы сейчас прокатился, — Такеру шагал в распахнутой из-за отсутствующих пуговиц рубашке и щурился на полоску рассвета. — Давай поищем старые машины. Годов шестидесятых. Или семидесятых. Ретро! — Дай-ка подумать... Ага, точно. Знаю один клевый музей в стиле итальянского гаража прошлого века, часто зависал там. Приятное место. Да и тачки реально клевые. Нам нужно только придумать, как добраться до Одайбы. — Через Радужный мост! — Такеру застыл и хлопнул себя по лбу. — Почему мы вообще упустил из внимания центр? — Была мысль, что мы погружены в мощную виртуальную реальность и нужно только найти контур воздействия, — Агни запихнул руки в карманы штанов. Каких только предположений они не строили. Целый список вплоть до вторжения инопланетян. — Точно. Но, похоже, эта теория пошла крахом. Так что будем отрываться по полной! — Замётано. — Тогда надо собраться — запасные вещи, продукты там, мало ли, — поспать, навести лоска и в путь! — Будто на курорт едем, — Агни смотрел на воодушевленного Такеру, навстречу которому рвался рассвет, расцвечивая небо розовым и желтым, и чувствовал укол под сердцем. Из прошлого наверняка какая-нибудь херотень, невыполненное, например, обещание. — В путешествие! На Одайбу! На Одайбу кто ступает, со стилем не оплашает, — Такеру зашагал спиной вперед и подмигнул озорно. — Тебя тоже приоденем. Хотя стоит сказать: милитари тебе очень к лицу. — Чего это ты? Тематика игры влияет? — Агни не мог не вернуть шпильку. — Всё может быть, — Такеру остановился, выпрямился, сделался вдруг чрезвычайно серьезным. — Я правда всё для тебя? — Я такими вещами не разбрасываюсь, — Агни тоже застыл — чуть не вплотную. На лице даже дыхание Такеру чувствовалось. — Хорошо. Очень хорошо, — Такеру прикрыл глаза на миг, а когда открыл — во взгляде поселилась какая-то сумасшедшинка. — Без тебя мне точно не справиться. — С выживанием? — Со всем. Солнце вставало за его спиной, а Агни вдруг пронзил холод. Выиграв игру «пики», они неделю могли не участвовать в играх. Простор для фантазии и планов. Такеру явно что-то задумал. Что-то... смелое и выбивающее из колеи. В духе решения сменить карьеру владельца квартала Кабуки на шляпника. И быть, в общем-то, счастливым. Гасли одно за другим призывные огни арен. С неба спустились несколько лучей лазеров для тех, срок чьей «визы» истек или кто проиграл. В остальном — наступал обычный погожий денек. Будто и не происходило тотального пиздеца. Впрочем, в торговом центре, где находился музей ретро-авто, по всей ширине тянулось полотно с искусственным небом, меняющим цвет в зависимости от времени суток. Может, здесь тоже такое. Сплошные иллюзии. — Идем, Такеру, — Агни взял Такеру за руку, и тот не удержал шаловливой улыбки. — Прямо влюбленная парочка. — Не то слово. Куда приведет их Радужный мост?..