Если царю нравится...

Нравилось Ивану как пляшет его Федор. Как и нравилось, что сердце собственное стучит в груди, а плоть наливается кровью. Жар медленно и так сладко растекается по телу, словно музыка по залу. Нравилось и прижимать его к груди, срывать с головы венок васильковый да цацки всякие. Бывало и губы в кровь, и тело в синяках у хрупкого парнишки, но на утро все равно доволен. А вечером тёмным, когда темень опустится на землю, просит ещё. И снова пляшет на празднествах богатых. Нравилось усмирять своего Феденьку, чтобы не дёргался более, не танцевал, покорно чтоб лежал под ним да стонами своими заполнял покои царские. Нравились и девки. А особенно ревность Фёдора от них! Бывало явиться и давай расспрашивать: где да с кем. А Ивану любо его на место поставить и ткнуть побольнее. После и ночи жарче, и утро добрее. Так лежат, бывало, на кровати царской и любо им так, что аж петь хочется. Феденька узоры незамысловатые на груди Ивана выписывает, а ему и в радость. Лишь бы рядом. Нравились волосы длинные, чёрные, за которые называли парня «Федора» и дразнили знатно. Но не стриг парниша волос. Знал, как государю любы его косы. Если царю нравиться, то на всё согласен: и на смех в свою сторону, и на издёвки, и на банальное неудобство. А волосы курчавые ещё как полюбились государю-батюшке. Сидят часом вместе, а Иван всё играет локонами и играет. И приятно было это Фёдору, глаза закрывал да мурлыкал, как кот довольный. А украшения! Сколько их надарил парнишке, чтобы носил да вспоминал своего государя. Чтоб во время танца весёлого гремели они на нём. Чтобы было что срывать с тела горячего в моменты страстные. Государю всё нравилось в молодом опричнике. Танцы особо. Оденется пышно, обвешается украшениями и сверкает, как изумруд, средь всех. Скачет под музыку да в глаза царю заглядывает. О его пылком взгляде мыслит. А как глянет на него Иван, Фёдор и отвернется, и закружится вновь. Будто не люб ему государь и не с ним ночь будущую проведёт.