Исправить всё

      Очередной вечер. В замке полная тишина: ни от стоящих у дверей стражников, ни от наводящих чистоту горничных не доносилось ни звука, даже животные на скотном дворе не смеют нарушить это спокойствие.       В королевских покоях царит полумрак, скрывающий от посторонних глаз богатое убранство помещения, но открывающий чужому взору лишь небольшую часть. Изящный канделябр, уставленный горящими свечами, — единственный источник света. Стоящий на журнальном столике, он позволяет увидеть заваленную бумагами и письмами поверхность, рядом изящная софа и два таких же кресла. Обитые красным бархатом, они приятно переливаются под бликами огня.       Хозяйка комнаты расположилась в одном из кресел, устало прикрыв глаза в надежде хоть немного отдохнуть. Мысли роились, постоянно относя во вчерашний день.       На большой кровати лежали двое. Он — молодой парень, явно пользующийся немалым вниманием у девушек, она же, пускай и старше него, но абсолютно не волнуется об этом. Он её подчинённый, готовый выполнить всё что угодно для любимой госпожи. Поэтому сейчас так яростно старается заслужить её любовь и благосклонность, входя как можно глубже и по-животному грубее, так, как она хочет.        — Ваше Величество… Ах… Я… Не могу б-больше, — тонким от напряжения голосом говорит он и замирает на пару мгновений, плотно прижимаясь к девушке всем телом. — В вас так хорошо. Я не смог больше терпеть.        Ответа не было. Девушка лишь слегка вздохнула, высвобождаясь из кольца рук и, так не произнеся ни слова, вышла из комнаты, по пути набрасывая на голое тело легкий халат. Парень остался там, и что случится после её уже никак не волновало. В голове была лишь одна мысль, что в очередной раз ничего не изменилось.       И снова та же богато убранная комната. Та же девушка, что теперь глазами бегает по буквам на бумаге в очередной раз. На столе напротив, среди груды бумаги, явно выделяется одно из писем с аккуратно выведенной фразой: «Буду ждать Вас в 22:00 там, где Ваша Милость приказала мне остаться». Не сложно догадаться, от кого оно — последний прибывший.       В последние несколько дней жизнь заиграла красками наслаждения. Даже чересчур. Но будет некрасиво проигнорировать такое предложение, особенно если пригласили во дворец гостя именно для этого. Остается только вздохнуть и постараться отдохнуть хоть сколько-нибудь до назначенного времени.       — Королева, — донеслось со стороны двери. — Вас ожидают.       — Хм, — тяжело вздохнула, медленно открывая свои глаза, давая тем привыкнуть к свету, пусть и неяркому, в помещении. Девушка потянула руку к раскрытому письму и поднесла лист к горящей свече. Воспламенённая бумага опустилась на металлический поднос, тлея уже там, а сама она направилась на выход. — Иду, иду.       Зеленая полупрозрачная ткань вслед за движениями тела медленно струится вниз, очерчивая женские формы, укрывая их от чужих взглядов. Меховые вставки и концы с воротником лишь дополняют образ, делая из носящей его женщины волшебницу, почти что ведьму, способную одним лишь видом свести с ума всех, кто посмотрит на неё.       Пройдя мимо стоящего в низком поклоне Альберта, она на миг остановилась, кивнув каким-то своим мыслям, и двинулась дальше, сопровождаемая преданным слугой.       Стража пропустила Королеву внутрь, закрыв вслед за последней тяжелые двери.       — Ну и где он?       Пройдя на середину комнаты, девушка осматривается, надеясь найти её временного хозяина. Но ни малейшего следа нахождения оного не обнаружила. Какое хамство — звать Её Величество в покои и самому не появиться в назначенное время. Спустя минуту ожидания та разворачивается, собираясь уходить, но стоило сделать лишь шаг, как мир внезапно темнеет и разум покидает ослабевшее тело.

***

      Реальность возвращалась постепенно: сначала вернулись окружающие звуки, затем в нос резко ударил сильный аромат жасмина, раздражая непривычные для подобного запаха рецепторы, отчего девушка инстинктивно поморщилась. Тело понемногу приходило в норму, возвращалась способность управлять своими действиями, но неприятные ощущения в руках и скованность в запястьях и стопах остались вне внимания ещё не до конца восстановившегося сознания.       Со зрением всё было сложнее. Собрав все силы воедино, девушка попыталась открыть глаза. Размытые образы, неясные блики предстали перед глазами, что спустя минуту-две собрались в цельную картинку. Звук исходил от стрекочущих свечек, а от расставленных благовоний, которые и заполняли лёгкой дымкой помещение, исходил столь резкий, но приятный аромат растения.       — Прошу простить за столько грубое приветствие, Моя Королева, — доносится со стороны. — Прошу Вас, не надо делать резких движений. Мы же не хотим, чтобы Ваша нежная кожа приобрела багровый оттенок.       Невольно дёрнув руками на себя, те отозвались волной неприятных ощущений. Поднять голову вверх казалось ещё более невозможным, но, опустив глаза, она увидела чёрные ремни на ногах. Взгляд скользнул влево, упав на ровную поверхность крупного, практически во весь рост, зеркала, что сейчас отражало её, удерживаемую жесткими ремнями, что крепятся к холодной ровной поверхности некой конструкции Х-образной формы (Андреевский крест в БДСМ). Вид скованных рук отозвался лёгкой ноющей болью в конечностях, но эта боль была на удивление чертовски приятна.       — И что всё это значит? А, Лотувин? — скептически подняла бровь женщина. В ответ послышался лёгкий смешок.       — Мы с Вами сейчас в комнате для игр, на обустройство которой я потратил почти целый день, — поправил белоснежные волосы эльф, проводя дымящейся аромопалочкой вокруг девушки. — Госпожа, я надеюсь вы оцените мои старания по достоинству и получите неописуемое наслаждение. А эти благовония помогут расслабиться и прочувствовать весь спектр удовольствия.       Этот лёгкий возбуждающий эфир, что полупрозрачным облаком окутал всю её, туманя разум и словно впитываясь в кожу, будто повысил разом чувствительность. Надетая на голое тело лёгкая ткань, что обычно едва ли ощущалась, сейчас чувствовалась в разы сильнее, особенно в районе груди и бёдер, неожиданно вырывая лёгкий стон.       — Пора, — подходя ближе, произнёс мужчина, по-хозяйски осматривая женское тело. — Моя Королева, я польщён. Этот пеньюар отлично Вам подходит. И я хорошо вижу, что Вы ради меня не стали закрывать столь идеальную грудь такой ненужной вещью, как бюстгальтер, — холодные длинные пальцы коснулись скрытых под полупрозрачной тканью сосков, что от контраста сразу затвердели, а кожа по всему телу пошла волной мурашек. — Хмм, а вот наличие этого предмета меня огорчает. Ваше Величество, эти кружевные трусики прекрасны, но они здесь лишние. Хм, но мы с Вами это исправим со временем.       — Что ты собираешься со мной сделать? — томным голосом спросила она. Развратные идеи о ролевых играх сами собой начали лезть в голову. Картинки с руками, по-хозяйски гладящими её голое тело, порка паддлом (инструмент, представляющий собой вытянутую ударную пластину с рукоятью, который используется для телесных наказаний и в эротических играх при шлёпание) или чем-нибудь подобным разгоняют кровь по телу, и от этого становится невероятно жарко. Она не боялась себе признаться в том, что хочет этого.       Беловолосый ничего не ответил, возвращаясь с кожаным стеком в руках. Уже по покрасневшим щекам и вставшим, пусть и от холода его рук, соскам он понял, что эфир подействовал на все 100 баллов так, как того и требовалось. Кончик шлепка медленно исследует разгоряченное женское тело. Начав с острого подбородка, опускается всё ниже, волнообразными движениями проводя по тонкой ткани пеньюара, специально направляясь к самым чувствительным местам. Он задерживается на груди, кружа вокруг столь отзывчивых на мужские ласки сосков, затем всё ниже, по рёбрам, переходя на живот, бока, спускается к бедрам, рисуя немыслимые узоры то по одному, то по второму. Затем начал двигаться выше, по внутренней поверхности бедра, поднимаясь к мокрой от возбуждения промежности. Кожаный кончик практически вплотную доходит до неё, как раздаётся звук шлепка и мимолётный вскрик-стон. Стек резким движением прошёлся по скрытой лёгкой кружевной тканью киске, электрическим разрядом распространяясь по всему телу, заставляя спину выгнуться, насколько это было возможно.       — У вас прекрасный голос, Госпожа. Я мог бы слушать его вечно, — проделывая те же манипуляции со вторым бедром, эльф не отрывает взгляда. Смотрит прямо в глаза, ни на секунду не прерывая зрительный контакт. И это раззадоривает всё сильнее, что новый разряд молний тут же пробегает по телу, стоит кончику шлепка вновь подобраться к заветному месту. Лицо моментально покраснело, дыхание сбилось, а глаза будто застелил туман.       Мужчина кончиком стека приподнял её за подбородок, языком проводя от левой скулы по губам, проникая сквозь приоткрытый, точно при вздохе, ротик. Стек выпал, а прохладные руки перешли на проглядывающуюся через ткань грудь, проникая в глубокий разрез халата. Нога парня медленно стала ползти вверх, прикасаясь к горячему лону, тут же давая эльфу ощутить весь жар, что скопился в ней за это время. Оторвавшись от губ, парень быстрыми движениями принялся развязывать халат, позволяя открыть вид на плоский животик, округлые бедра и такие ненужные сейчас трусики. Грудь, всё ещё прикрытая лёгкой тканью, что держась лишь на стоящих от возбуждения сосках, была частично скрыта от внимательных голубых глаз. Сделав полшага назад, он присел, взглядом цепляясь за колено, ещё недавно прикасающееся к девушке, на темной материи брюк которого красовалось блестящее пятно от влаги.       Эльф ухмыльнулся своим мыслям, начав медленно вести языком сначала по внутренней стороне бедра, а после, наткнувшись на преграду, вновь оторвался и отвёл трусики в сторону. Наклонившись к влажной промежности он втянул запах женского тела. «Так сильно возбудилась?» — подумал, насмешливо смотря снизу вверх на тяжело дышащую Королеву, прячущую полный возбуждения взгляд среди чёрных прядей волос. Слегка оттянув в стороны розовые складочки, беловолосый припал губами к её лону, мастерски орудуя языком. Медленными и осторожными движениями он аккуратно принялся ласкать желанную плоть. Его язык горячо касается половых губ, играет с бусинкой клитора, обводя кругами и всевозможными зигзагами заветную горошинку. Руки поглаживают слегка подрагивающее тело, особенно чувствительные бедра, понемногу прижимаясь всё ближе.       Приятные ощущения накрыли девушку. Всё сконцентрировалось в одном месте, фокусируя все чувства и ощущения будто в одной единственной точке во всём теле. Стоны срывались с губ, долетая до жаждущих их заостренных ушей. Словно в награду до этого, нежный язык стал ощущаться куда настойчивее, всё ускоряя темп и выписывая возможные и невозможные узоры на подвластной ему сейчас территории. Подобно туману наслаждения, чувства заполнили голову, не давая полного ответа на происходящее. Девушка и не заметила, как в ней оказались сначала два, а после и три пальца, плавно двигаясь в такт языку. Темп постоянно изменяется, не давая сознанию привыкнуть к поддразниванию её чувствительных точек. И вот, кажется, все эти фрикции, ещё буквально минута, и подойдут к своему логичному финалу. Дойдя до пика наслаждения, она протяжно застонет, показав эльфу, что он с ней сделал, до чего довел своими играми. Но он не дал такой возможности. Звучный шлепок от внезапного соприкосновения стека с кожей прошелся маленьким разрядом по телу, откатывая чувство приближающегося оргазма на несколько шагов назад.       — Зачем, Лотувин? Я ведь хотела, — надрывно произнесла черноволосая, когда влажные пальцы коснулись её рта, приказывая замолчать.       — Не так всё просто будет, Госпожа Габриэлла, — отойдя в сторону, мужчина вернулся быстро, держа в руке некий предмет. — А теперь нам это больше не понадобится, — одной рукой мужчина приспустил кружевные трусики, осторожно разрезая ткань взятым до этого кинжалом. Может, обида за то, что у неё не получилось дойти до столь желанного финала, встала комом в горле. И вот она, повисшая в недоумении, ждала, пока Лотувин, обойдя её сзади, занимался чем-то, что она бы не смогла увидеть.       — Ах! — вскрик вырвался, разнёсся по помещению. Ремни, до этого держащие её руки и ноги, неожиданно для черноволосой ослабли. Поддерживаемое ими ослабленное тело определенно бы упало, но мужские руки успели подхватить. В пару шагов они оказались напротив крепкого дубового стола, на край которого он усадил кареглазую, спуская с плеч и скидывая на пол последние элементы их одежды.              Подхватив Королеву за бёдра, парень ловко уложил её на стол так, как нужно было для него. Не ожидав такой резкой перемены в температуре, когда его руки опустили её горячую, как и всё тело, спину на прохладную поверхность стола, девушка выгнулась, словно дикая кошка. Но, что было странно для неё, тело отозвалось на перемены новой негой снизу.              — Я знаю, что у Вас ничего не вышло с тем пареньком. Видимо, получить удовольствие вы больше не можете ни от кого, кроме нам подобных. Хотя и возбуждение, судя по тому, что я узнал, всё же становится с каждым разом меньше. Хах, — усмехнулся он, обходя стол, — значит «лечение» проходит отлично. Поэтому помогу и я, дав вам получить желанную после неудачи разрядку.       Теперь, лёжа на деревянной поверхности, пока голова осторожно свисала к полу, открыв глаза, она смотрела на стоящего рядом голого парня, рукой придерживающего стоящий колом член. В момент мысль промелькнула, что он-то явно будет меньше, чем у предыдущих нелюдей, но фору дать любому человеку сможет точно.       — Мы закончим то, что начали, Госпожа. Пусть и не так, как делали до этого все остальные, но, уверяю, что я доставлю Вам то удовольствие, которого вы были лишены. Но это немного — эгоистично только получать, не давая ничего взамен, Вы так не думаете? — приставив своё достоинство к открывшемуся ротику, сам он склонился над её телом, разведя ножки в стороны. Первым и пятым пальцами эльф стал раскрывать нежные складочки, вводя оставшиеся в податливое лоно.       Если бы не крепкий ствол, заполнивший её влажный ротик, то громкий стон бы дал знать беловолосому о том, что её тело ещё помнит удовольствие, которое его пальцы ей дарили. А пока что его уши ловят только сдавленные, но такие протяжные постанывания. Пальцы размеренно двигаются вместе с тазом, стараясь не причинять лишний дискомфорт и не дать девушке задохнуться. Но всё более активные подмахивающие движения с её стороны, ротик, плотным кольцом сомкнувшийся на его плоти. И вот он не выдерживает, аккуратно, но крепко забрасывает её ноги, фиксируя их в воздухе, поудобнее устраиваясь между (поза «инь-янь»). К пальцам присоединяются мужские губы с шершавым языком, играя на вновь набухшем клиторе. Хлюпающие звуки, исходящие от возбуждённой до безумия киски, приглушенные стоны, но не болезненные, а наполненные удовольствием, что ей доставляли его действия — всё это разгоняло кровь по телу парня; и вот, спустя ещё несколько столь яростный движений из киски брызнула влага, и тело начало биться в оргазме. Только почувствовав первые сокращения вокруг своих пальцев, Лотувин вытащил свой эрегированный орган, свободной рукой желая завершить процесс для них обоих. Кончая, он смотрит, как последние капли семени медленно стекают по её распухшим розовым губкам вниз.

***

      И снова та же комната, тот же канделябр с уже расплавившимися свечами, которые должна вскоре заменить прислуга, тот же столик с кучей писем. Всё то же бархатное кресло, теперь уже переливающееся не в отсвете огня, а в свете утреннего солнца.       Высокая женская фигура устало смотрит сквозь открытое окно, блуждая взглядом карих глаз по ясному безоблачному небу. Спокойствие и умиротворение нарушил лишь тихий стук в дверь и голос верного Альберта.       — Ваше Величество. Гости уже готовы к отъезду и спрашивают придёте ли вы их провести, — низко поклонившись, произнёс слуга.       — Скажи им, что я не выйду. Не хочу выходить ради такого пустяка, пока ещё не до конца восстановлю силы, — не оборачиваясь, тихо ответила черноволосая.       — Слушаюсь, Госпожа. Надеюсь, что вы сделали правильный выбор.       — Определённо, — слыша, как закрылись за дворецким двери, в пустоту произнесла девушка, глазами наблюдая как 2 делегации, получив ответ от Альберта, мирно возвращаюсь к себе на родину.