Любить не смотря ни на что

Эмити выбежала из школы и направилась в сторону дома, стуча каблучками по мокрому от дождя асфальту. Всю дорогу бедная девушка пыталась сдержать слёзы, сохраняя по-Блайтовски холодное выражение лица. Девушка зашла в особняк который трудно было назвать домом, перекинулась с родителями парочкой слов по типу "как прошёл день в школе?" и "почему так долго", холодно ответив на вопросы "хорошо", "решила сделать домашнюю работу в школе после уроков" и тому подобное. Весь разговор девушка сохраняла спокойное выражение лица, на всё отвечая холодно, кратко и с капелькой безразличия в голосе. Пусть она и была сломлена, но показывать свои слёзы ей было строго запрещено, иначе могли быть большие неприятности. Блайт младшая не торопясь, чтобы не вызвать какие-либо подозрения у родителей, поднялась на второй этаж, и почувствовав жжение в глазах и подступившие слёзы, она немного ускорилась, стараясь как можно быстрее добежать до своей спальни. Дверь с щелчком захлопнулась и девушка, уже тихо всхлипывая сползла на пол. Солёные слёзы жгли глаза, картинка постепенно размывалась, не оставив после себя различимых границ. Щёку обожгла первая слеза, затем вторая, третья... Всхлипы становились чаще и громче, слезинки с соответственным капающим звуком разбивались о холодный пол. Тушь размазалась, оставив после себя чёрные полосы на белых щёчках. Несчастную девушку трясло, она изо всех сил старалась держать себя в руках, чтобы не сорваться на крик боли, исходящий из души. Эмити ничего не понимала. Она очень хотела поверить в то что это лишь кошмар. Но конечно же, она в это не верила. Ещё один родной человек которого она лишилась. Она всё ещё помнила и прокручивала в голове слова Носеды. Такое счастливое, полное надежд выражение лица сменилось на полностью сломанное, выражающее непонимание и боль лицо. Их любовь была взаимной. Но Блайт младшая снова всё испортила. Девушка плакала довольно долго... Всё это время она прокручивала в голове мысль о том, что Луз могла покончить с жизнью из-за несчастной любви и разбитого сердца. Эти мысли вызывали только больше слёз у Эмити. Глаза уже болели от солёной жидкости, казалось, она высохли и плакать было уже нечем, но Блайт всё ещё как-то находила в себе силы плакать. Всхлипы стали тише и реже, Эмити вытерла с щёк слёзы, пошатываясь встала на ноги и аккуратно, обессилев пошла к кровати. Девушка уткнулась лицом в подушку и почти сразу уснула. Прямо так, в школьной форме, с заплаканным, измученным личиком и с растрёпанными волосами.

***

Луз шла домой. Шла она неторопливо, из-за чего промокла под дождём. Капли стекали по лицу вместе со слезами, школьная форма неприятно прилипла к телу. Было холодно, больно... Носеда чувствовала себя полностью разбитой. Луз понимает, что домой ей совсем не хочется. Но продолжает идти. Она уже не уверена, идёт ли она домой, или просто идёт в непонятном направлении, стараясь уйти как можно дальше от этих мрачных многоэтажек... Она не знает что делать, куда идти, и как жить дальше... Она не хочет домой, в тепло. Она хочет просто услышать от её возлюбленной лишь три слова "я тебя люблю". Она не хочет жить дальше, не услышав эти простые, но такие важные для многих людей, а в особенности для неё, слова. Время идёт, дождь перерастает в ливень... Девушка так и идёт, в том же неторопливом темпе, даже до конца не понимая, куда идёт. Вот она уже забрела в лес и увидев знакомый дом, подошла к нему. Стук в дверь: как и ожидалось, никто не открыл. Луз зашла в дом, осмотрелась и выдохнула всё ещё висевший в воздухе такой знакомый запах слабого алкоголя, у которого явно был яблочный вкус, вперемешку с овсяным печеньем и какими-то непонятными травами. Старый дом Иды, который пустовал уже 2 года. Девушка прошла дальше по холодному, но по-прежнему уютному дому и поднялась на второй этаж. Зачем она сюда пришла? Не знаю. Она не знает. Никто не знает. Но Луз понимает лишь одно: возможно, этот дом, как и всё остальное, она видит в последний раз... Девушка посмотрела в окно. Шёл ливень, дул сильный ветер... Хоть в доме и холодно, но в нём можно хотя бы спрятаться от ветра и дождя. Конечно, Носеда могла бы и пойти домой, но она не хотела никого видеть... Ни маму, ни Иду... Лишь Эмити, так мило краснеющую от её взгляда. Которую, к сожалению, она скорее всего больше не увидит такой... А если во время не одумается, то возможно, вообще не увидит. Девушка подняла со старого, гнилого пола помутневший от времени осколок разбившегося зеркала и сделала неглубокий надрез на запястье. Алая жидкость медленно проступила из ранки и каплей стекла по запястью. Луз ничего не слышала, кроме собственного сердцебиения, пульсацией отдававшей в висках. Слёзы стекали и мокрым, ещё не обсохшим от дождя щекам и тут же растекалась по мокрой щеке, не оставив от себя ни следа. Дрожащей рукой Носеда снова поднесла осколок к запястью, но новый, глубокий надрез не сделала, задумавшись. В мире существует не только Эмити, желающей смерти кареглазой, но есть ещё и мама которая любит свою дочь и хочет чтобы она жила долго и счастливо, есть Ида, которая любит Луз не только как дочь, пусть и не родную, но любит её как подругу. Есть Уиллоу, Гус... Девушка опустила руки и разжала ладонь, выпустив осколок стекла. Тот упал и на гнилой пол и в ту же секунду разлетелся на кусочки. Луз просто неподвижно стояла смотря в стену и не подавая признаков жизни. Через пару минут Носеда вернулась из размышлений в реальность. Снова осмотревшись вокруг, девушка обнаружила недалеко от себя старое, убитое временем грязное кресло, из которого торчали пружины и вата. Луз подошла к этому креслу, и не капли не побрезговав, села. Она приняла решение переждать ливень в этом доме. Снова оглядевшись по сторонам, девушка обнаружила вокруг себя довольно много памятных вещей. Да и не только вещей. Например жёлто-зелёное грязно выцветшее пятно на стене которое они с Идой так и не оттёрли... В тот день они пытались приготовить что-нибудь на ужин и в итоге, Луз споткнулась о Кинга, спокойно спящего у стола, снесла рукой сковородку и всё содержимое выплеснулось на пол и ту "легендарную" стену, перетерпевшую и не такие выходки... В тот вечер Ида заставляла бедную Луз это всё оттирать, а Кинга слизавшего часть еды с пола, тошнило пол ночи и поэтому у Идалин просто не осталось выхода, кроме как не выкинуть бедного чёрного пёсика на улицу на всю ночь, дабы тот, по словам Клаторн, "не облевал всю хату". Носеда просидела в заброшенном доме до восьми часов вечера. За это время она успела обойти дом, посмотреть во все шкафы и ящики и найти много всего интересного и старого. Когда погода немного успокоилась, Луз решила незамедлительно вернуться домой, пока ливень снова не начал лить с новой силой. Наконец, девушка пришла домой. Вздохнув полной грудью, впуская в свои лёгкие такой знакомый запах лавандового освежителя воздуха и аромата булочек с корицей, которые Камилла пекла вместе с Идой довольно часто. Носеда разулась, сняла с себя мокрую куртку и повесила ту на вешалку. Луз зашла в зал, и, как и ожидалось, Ида сидела на диване и смотрела телевизор. Увидев свою приёмную дочь, и изначально подругу краем глаза, Клаторн посмотрела на Луз. - Привет Ида... - Носеда не успела договорить, как её перебили. - Малая, ты где была? Мы с твоей матерью очень волновались за тебя. Что случилось, Луз? Носеда посмотрела в пол, мысленно переваривая всё что произошло с ней за этот день. Прозрачные капельки стекли по её щекам. - Воу, малая, что с тобой? Ты плачешь? Неужели произошло что-то настолько ужасное? - Ида обеспокоенно посмотрела на Луз - давай, присаживайся рядом. Расскажешь что произошло как успокоишься - Луз лишь кивнула и села рядом с Идой, крепко обняв ту и плача ей в плечо. А Клаторн же в свою очередь обняла Носеду и начала поглаживать ту по спине. Когда Луз успокоилась, она начала рассказывать Иде о том что с ней произошло. Ида же в свою очередь внимательно слушала Носеду и под конец рассказа Луз расплакалась с новой силой. - Милая, ну не плач. Ты нужна нам с мамой. Ты нужна своим друзьям. Ну и что, что какая-то девушка тебя отшила? Жизнь на этом не окончена, ты найдёшь кого-то лучше чем она. А может эта самая Эмити и станет твоей девушкой... - сказала Ида, поглаживая Луз по голове. - С...спасибо, Ида... - сказала Луз улыбнувшись и вытерла слёзки. Через некоторое время, немного посидев и поговорив с Идой обо всём, Носеда, пожелав Клаторн спокойной ночи, пошла в свою комнату. Сделав все вечерние процедуры, одев пижаму, девушка легла спать и сразу уснула.