Наша осень

ДЖЕНСЕН

Посмотрев на часы, Дженсен зевнул и потёр ладонями лицо. Он чертовски устал за эту неделю. Конечно, никто не говорил, что будет легко, и Дженсен готов к трудностям, но сейчас самое время пойти домой и провести время с «Джимом», «Джеком» или «Хосе» — смотря что ещё осталось в его баре. Закинув документы в сумку, взяв пиджак и закрыв кабинет, он попрощался со своей секретаршей Люси и неспешно вышел в общий зал. — Дженсен? Эклз, это ты? — мужчина в очках и с залысинами радостно скалился, глядя на него, и махал рукой. — Дженс! Дженсен остановился, удивлённо хмурясь. Посетитель казался ему знакомым, но так сходу узнать не получилось. — Ну что, не узнаёшь старых друзей? — раскатисто засмеялся мужчина, и тогда Дженсена осенило. — Дьюк? Дьюки Хаммонд! Чёрт, этот хохот невозможно забыть! — Я! — Дьюк довольно хрюкнул и притянул его в крепкие объятия. — А ты всё такой же смазливый говнюк! Разве это честно?! — Да ладно тебе, — засмеялся Дженсен, хлопая его по спине. — Да я рядом с тобой как поношенный ботинок выгляжу! — весело заявил Дьюк. — Но я всё равно рад тебя встретить! Сколько мы не виделись? Лет двадцать, наверное! — О, не напоминай о времени! — простонал Дженсен. — Оно слишком стремительно летит. Мне казалось, мы только что колледж закончили, и вот ты мне тут рассказываешь про двадцать лет! — Не прибедняйся! Ты и не изменился почти! А теперь на меня посмотри! — Дьюк снова расхохотался. — Да ты и тогда был не очень, — усмехнулся Дженсен. — И всё такой же гад, — Дьюк шутливо двинул кулаком в его плечо. — Слушай! У моей жены день рождения был вчера, в субботу устроим праздник. Приходи! — Ну... неудобно как-то, — Дженсен неуверенно пожал плечами. — Да ничего особенного, просто барбекю с друзьями на заднем дворе. Ты почти всех знаешь. И мою Барбару в том числе. — Ты женился на Барби Роуз? — Дженсен округлил глаза. — Она же... конфетка! — Барби Хаммонд, — поправил его Дьюк, приосанившись. — И не смей к ней теперь подкатывать! Она мать моих детей! — Понял-понял! — Дженсен, засмеявшись, поднял перед собой ладони. — Придёшь? — улыбнулся Дьюк. — Познакомлю тебя со своими спиногрызами. — Я постараюсь, — улыбнулся в ответ Дженсен, хоть и не испытывал сильного желания встречаться с прошлым. — Ну адрес ты знаешь, — Дьюк, усмехнувшись, похлопал его по плечу. — Подъезжай часам к пяти. Чёрт! Банк сейчас закроется, а я тут с тобой болтаю. Короче, приходи! — быстро пожав ему руку, он поспешил к свободной кассе. Всю дорогу до своей квартиры Дженсен прокручивал в голове эту короткую встречу. В колледже Дьюк был тем ещё щёголем, а теперь выглядит, как сорокалетний мужик. Хотя он и есть сорокалетний мужик, но... За суматохой дней Дженсен даже не понимал, как быстро летит время, как вместе с днями пролетают годы. Ему-то казалось, что он всё ещё дерзкий юнец, у которого впереди всё время мира. А на самом деле... Что он успел за эти восемнадцать лет после окончания колледжа? Вроде не так уж мало, но всё равно где-то за пазухой скребётся тоскливое чувство, что он упустил что-то важное и значимое. Открыв входную дверь, Дженсен включил свет и оглядел квартиру. Чёрно-белые тона, сталь, хром — как с обложки модного журнала. Квартиру предоставило руководство и, откровенно говоря, Дженсену было абсолютно всё равно, где жить, лишь бы имелись кровать и полный бар. Но сейчас от этой безупречно стильной обстановки и идеального порядка так остро повеяло пустотой и одиночеством, что Дженсен поморщился. Пройдя в комнату, он кинул пиджак куда-то на диван, туда же полетела сумка с документами. В холодильнике ничего, кроме засохшего сыра и яиц, не оказалось, зато бар порадовал — вечер пройдёт в компании «Джека». Налив себе сразу двойную порцию, он сел на диван, откинулся на спинку и, закрыв глаза, длинно выдохнул. Он здесь уже сколько? Пару недель? Месяц? Трудно так сходу сообразить. Целыми днями у него встречи, звонки, бумажки, а вечера все как один: голые стены, стакан спиртного и телек, который он включает только для фона, чтобы не напиваться в оглушающей тишине. Дженсен отставил стакан и отправился в душ, чтобы освежиться после рабочего дня. Сегодняшняя встреча с приятелем из прошлой жизни стала, наверное, самым ярким впечатлением с тех пор, как Дженсен вернулся в Остин. Может быть, всё-таки стоит принять его предложение? В конце концов, что он теряет? Хоть какое-то разнообразие. Интересно, кого он там встретит? Дьюк сказал, Дженсен многих знает, но тогда как-то в голову не пришло уточнить состав встречи. Чёрт, да Дженсен и не думал, что потащится на это барбекю. Да ладно, чего уж теперь. Встретится разок с народом, поболтает с прежними приятелями, посмотрит, кто как постарел, — будет весело. Вернувшись в комнату, он снова подхватил оставленный стакан и поудобней устроился на диване, чтобы включить телевизор. Но едва он взял пульт, как где-то зазвонил телефон. — Чёрт! — Дженсен с досадой прислушался, откуда идёт звук. Оказалось, что он удачно оставил телефон в пиджаке. Увидев номер, он сначала глотнул виски, а потом принял вызов. — Привет, милый! Я ненадолго — знаю, как вы со стаканом очень заняты. Дженсен усмехнулся, снова отпив, и долил ещё. — Здравствуй, дорогая, спасибо, что нашла время позвонить. Знаю, как ты занята вечеринками после насыщенного рабочего дня. Нью-Йорк никогда не спит, да? — Всё лучше одиночества на диване, — в её голосе чувствовалась улыбка. — Зои, тебе одиночество точно не грозит, — заверил Дженсен. — Ты же не ревнуешь, милый? — мурлыкнула в трубку Зои. — Конечно, нет, — вздохнул Дженсен. — С чего мне ревновать? — Сходи куда-нибудь, милый, развейся. — Как раз завтра собирался, — Дженсен пожалел сразу, как сказал. — Оу! Не прошло и пяти лет, как ты завёл друзей. Это что-то новенькое! Рассказывай! — Да нечего рассказывать, — поморщился Дженсен. — Просто барбекю со старым приятелем из колледжа. Лучше ты расскажи, что планируешь на вечер. — Значит, ничего нового, — вздохнула Зои, — а я уже решила, что смена обстановки пошла тебе на пользу. — У меня всё в порядке. — Я знаю, милый, — мягко произнесла Зои. — Пообещай мне кое-что, ладно? — Что? — Дженсен прижал телефон к другому уху и сделал ещё один глоток «Джека». — Повеселись завтра. Хорошо? И уйди одним из последних, а не сбегай через час к своему дивану. Обещаешь? — И как ты проверишь? — хмыкнул Дженсен. — Если ты пообещаешь, я тебе поверю, — тихо засмеялась Зои. — Ладно, обещаю досидеть хотя бы до середины. — Уже хоть что-то. О! Меня зовут. Пока, милый, — раздался звук поцелуя. — Потом позвоню узнаю, как всё прошло! — Повеселись, — сказал Дженсен, но ответом ему была тишина. Вот и поговорили. Дженсен подлил себе ещё виски и бездумно уставился в телевизор.

***

Утро выдалось нелёгким. Вчера Дженсен явно немного перебрал. Видно, предстоящая встреча выбила его из равновесия сильнее, чем он думал. Стоя на кухне, он жадно глотал холодную воду, чувствуя, как пульс болезненно стучит в висках. Заметив почти пустую бутылку из-под виски, он поморщился и в очередной раз пообещал себе меньше пить. А сейчас прохладный душ и яичница. И кофе. Два кофе. Полностью человеком он почувствовал себя уже ближе к встрече. Когда пришло время собираться, Дженсен по привычке взял сначала костюм, а потом сам над собой посмеялся и повесил его обратно. Он так редко ходил куда-то, кроме работы или деловых встреч, что совсем разучился одеваться как обычный человек — сплошные фантики. Дженсен хмыкнул себе под нос и выбрал простые синие джинсы и голубую рубашку-поло. Вроде сойдёт. И всё равно Дженсен медлил. Перед выходом зачем-то решил прибраться, потом помыть посуду; сев в машину, долго проверял зеркала, прочность ремней и наличие документов в бардачке. Какого чёрта? Что тут страшного? Это просто парни, с которыми он жил бок о бок четыре года в колледже. Тогда было весело. Может, и сейчас будет не так уж плохо. К тому же он всегда сможет развернуться и уйти. Никаких проблем. По дороге Дженсен купил пива, которое они часто брали с приятелями на вечеринки, выбрал огромный дорогущий букет цветов для именинницы и решил, что он вполне готов к встрече с прошлым. Приехав на место, Дженсен припарковался и всё же дал себе пару минут выдохнуть. Ну ладно, быстрее войдёт, быстрее сможет уйти домой. Дженсен запер машину, вздохнул, как делал каждый раз перед тем, как провести важное совещание, прихватил выпивку, цветы и пошёл на шум веселья. — Доставка пива! — натянув широкую улыбку, выкрикнул Дженсен. Разговоры стихли, и все уставились на него. — У вас тут закрытая вечеринка или всё же пускаете парней с пивом? — дурашливо засмеялся Дженсен, чувствуя себя полным придурком. — Дженс? Это Дженсен! — послышалось с разных сторон. — Эклз! Я уж думал, ты не придёшь! — появившийся из дома Дьюк заключил его в крепкие объятия. — Ну ты же пригласил, я не мог не прийти. Цветы не сломай, медведь, — Дженсен неловко приобнял его в ответ, оглядывая собравшийся народ и силясь угадать, кто есть кто. — Я рад, что ты здесь! — Дьюк забрал у него пиво, снова прижался, с силой похлопал Дженсена по спине свободной рукой, и тот тихо охнул. Но едва его выпустили из одних объятий, как он тут же попал в другие, такие же крепкие. — Дженс, — кто-то горячо выдохнул ему в ухо, и он тут же узнал голос. — Джаред, — Дженсен зажмурился и сжал его крепче. — Дженс, — ещё раз повторил тот. — Не думал, что встречу тебя, — Дженсен улыбнулся совершенно искренне. — Ну всё! Слиплись! Пусти-ка его, здоровяк! Дай и другим поздороваться! — А я ушам не поверил, когда Дьюки-Дью сказал, что ты придёшь, — выпустив его из объятий, Джаред отступил назад. — Мы же не виделись с самого выпуска... — Да, я... — Дженсен запнулся, подняв на него взгляд. — Эй, иди сюда, смазливый гад! — кто-то дёрнул Дженсена за локоть, и он снова оказался в крепких объятиях. Дженсен улыбался, приветствовал и хлопал по плечам и так до тех пор, пока его не переобнимали практически все гости вечеринки. Он действительно почти со всеми учился и даже вспомнил их имена. Но больше всего его потрясло, как они изменились. Особенно Джаред. В воспоминаниях Джаред Падалеки ярко и солнечно улыбался. Всегда. А сейчас улыбка и вполовину не была похожа на ту. И глаза. Где в них свет? Словно лампочки давным-давно перегорели. Да и сам Джаред всегда был светом, но сейчас... — Когда ты вернулся? — чуть позже Джаред подошёл к нему и протянул холодную бутылку пива. Дженсен благодарно кивнул, взяв её. Он постарался не пялиться на него слишком долго, но взгляд сам возвращался к Джареду, выискивая новые изменения. Седина проскальзывает на висках, морщинки у глаз и губ, да и весь его облик был каким-то неправильным. Слишком... потухший. Уставший. Печальный. И в целом довольно… задолбанный, что ли. Что же случилось с тем солнечным весёлым парнем? — Где-то... месяц назад. Кажется, — Дженсен жадно глотнул холодного пива. — Кажется? — усмехнулся Джаред. — Столько работы, что не успеваю за календарём, — Дженсен почти не соврал, лишь умолчал о том, как долго тянется время в выходные, поэтому он берёт работу на дом. — И чем ты сейчас занимаешься? — Джаред тоже отпил из бутылки. — Работаю в банке. — Значит, четыре года учёбы прошли не зря, — усмехнулся Джаред. — А ты? Дженсен вдруг понял, что действительно ничего не слышал о Джареде все эти годы, хотя в колледже они были лучшими друзьями. Как так получилось? — Да я... ничего интересного, — Джаред выглядел немного смущённым. Дженсен тоже смутился, явно промахнувшись с вопросом. Они неловко замолчали, не зная, что ещё сказать. Дженсен с досадой думал о том, что именно этого он и боялся: неловкости и смущения от столкновения с прошлым. — Извини, — сказал вдруг Джаред, положив ладонь на его локоть. Дженсен удивлённо посмотрел на него. — Мы с тобой столько... мы были... лучшими друзьями, а теперь мнёмся, как два чужих идиота, — Джаред обхватил себя руками и слегка улыбнулся. Ничего общего с прежней задорной, широченной улыбкой, которая освещала всё вокруг. Лишь бледная тень. — Не должно так быть, — добавил Джаред после паузы. Они с Джаредом всегда хорошо понимали друг друга. И там, где Дженсен молчал, переваривая мысли в себе, раз за разом прокручивая их, Джаред говорил вслух. Как сейчас. Поэтому они так быстро сдружились, и поэтому они... — Ты чертовски прав, Джей, — улыбка далась Дженсену легко, и он, хлопнув Джареда по плечу, снова крепко обнял его. И это казалось правильным. — Я безумно рад тебе, — прошептал Джаред, сжимая его в сокрушительных объятиях. — А имениннице обнимашки полагаются?! — Оу! А как же! — Дженсен оторвался от Джареда и посмотрел на женщину перед собой. Когда-то эту девчонку звали кукла Барби, но теперь от былого сходства не осталось и следа. Аппетитная фигура той самой куклы теперь изрядно потяжелела, лицо всё ещё было довольно красивым, но больше не напоминало идеально-кукольное. А вот глаза остались такими же искрящимися и ярко-голубыми, как и прежде. — С днём рождения, красотка, — Дженсен обнял её и поцеловал в щёку. — Стоп. А где... — он огляделся в поисках букета, который нашёлся почему-то на одном из стульев. Дженсен быстро взял цветы и торжественно вручил Барбаре, снова поцеловав её. — С днём рождения, Барб! — Боже, какая красота! Ах ты, прохвост, всегда умел впечатление произвести, — Барбара уткнулась носом в букет, шумно втянула запах и широко улыбнулась, привалившись к боку Дженсена. — Я так рада тебя снова видеть, красавчик. — Ты где так долго пропадала? — Дженсен тоже улыбнулся, прижавшись щекой к её макушке. — У малыша Томми случился конфуз, — засмеялась она. — Пришлось там порядки навести! — И кто из них Томми? — Дженсен посмотрел в сторону играющих детей. В углу двора был поставлен надувной батут в виде замка, в котором лазили около десятка детей, и ещё несколько облепили качели. — Ой, так сразу и не скажешь! — громко рассмеялась Барбара. — Вон тот карапуз в красном комбинезоне. Старший слишком взрослый, — она изобразила кавычки пальцами, — для таких развлечений, а те две одинаковые девчонки, которые задирают сына Фергюсона, тоже мои. — Так у вас ещё и близняшки?! — Дженсен с восторгом рассматривал две точные маленькие копии Барбары. — Да уж, Дьюки не остановить! — Барбара снова рассмеялась. — Твой смех совсем не изменился, Барб, — Дженсен обнял её за плечи, посмотрев на Джареда. — В отличие от задницы, а?! — Барбара пихнула его локтем в бок и звонко чмокнула в щёку. — Ну... она стала более аппетитной, — подмигнул ей Дженсен. — Ах ты, лис! Молодец, мистер Дамский Угодник! — Ничего не меняется, — Дьюк, смеясь, оттеснил от жены Дженсена. — Да ладно, не жадничай, Дьюки! Женился на первой красотке курса, будь готов к соперникам! — Всё! Всё! Эта малышка занята! Руки прочь от нее, Джей Мэй! — Дьюк, прищурившись, кивнул на руку Дженсена. — Тем более ты и сам уже с Фул Хаусом. Дженсен посмотрел на обручальное кольцо и на миг ему захотелось спрятать руку за спину, но он оборвал этот глупый порыв. — Я не смог удержаться, — поддразнил Дженсен и снова посмотрел на Джареда. — А у тебя самого как с детишками? — спросила Барбара. — Представляю этих ангелочков! — Да как-то... — Дженсен натянуто улыбнулся, лихорадочно подбирая варианты ответа. — Эй, а вон та мартышка моя, — Джаред, толкнув его в плечо, указал на девчушку в жёлтом платье с огромным бантом на спине. И Дженсен впервые за вечер увидел ту самую теплую, солнечную улыбку. Он был благодарен Джареду, что тот, как всегда, выручил и оттянул внимание на себя, избавив от нужды отвечать. Дженсен перевёл взгляд на детей. Даже если бы Джаред не указал на неё, Дженсен всё равно понял бы, чья это дочка. Яркая улыбка, сияющие глаза, носик кнопкой — маленькая солнечная копия Джареда. — Красивая, — улыбнулся Дженсен. — Похожа на тебя. — Ма-а-ама-а-а!!! — Та-а-ак, простите, мальчики, пойду ещё раз объясню этой неугомонной малышне, что сегодня у мамы праздник и не стоит её дёргать каждые пять минут! — окончание фразы Барбара выкрикнула уже в сторону батута и, смеясь, погрозила кулаком. — И как зовут красотку? — спросил Дженсен. Джаред широко улыбнулся, но ответить не успел — маленький жёлтый вихрь налетел на них и врезался в Дженсена. — Дженсен! Дженсен! — кричала девочка, крепко обнимая его за ноги. Дженсен растерянно стоял, не зная, что делать. Он посмотрел на Джареда, ища подсказки. Тот, смутившись, тёр покрасневшую шею. — Она... любит рассматривать мой выпускной альбом, — словно извиняясь, начал объяснять Джаред. — Почти каждый день его листает и... — Дженсен, я знала, что ты ко мне приедешь! — мило и чуть картаво выговорила девчушка, смотря на Дженсена сияющим взглядом. — Ну... конечно, — неуверенно улыбнулся Дженсен и осторожно погладил каштановые волосы. — Как я мог не приехать? — Я знала! Я ждала! А мама не верила! А я знала! Восторг просто переполнял её, и Дженсен не мог не откликнуться на него. Он наклонился, взял девочку на руки, и она тут же крепко обняла его за шею. — Ух ты, какая ты сильная! — засмеялся Дженсен, бережно обнимая её в ответ. — Папа меня тренирует! — Да, папа может! Он отличный тренер! По себе знаю, — Дженсен повернулся к Джареду и едва успел заметить, как тот вздрогнул, словно от удара. Что это было? Дженсен что-то не то сказал? — А хочешь, я тебе свой рисунок покажу? Ой, нет! Я тебе новый нарисую! — Давай, — Дженсен опустил её, и девочка тут же куда-то убежала. — Быстрая она у тебя. — Да, шустрая девчонка получилась, — Джаред тепло улыбнулся вслед дочке. — Ты надолго приехал? — Пока не знаю, — Дженсен пожал плечами. — Как дела пойдут. — Может... встретимся как-нибудь? — нерешительно спросил Джаред, глядя на свои кроссовки. — Поболтаем. — Конечно, — тут же ответил Дженсен, действительно желая встретиться ещё раз и снова почувствовать что-то такое... родственное и близкое. Они не виделись много лет, и сейчас так странно ощущать потребность в былом общении. Ведь все эти годы Дженсен отлично обходился минимальным кругом. Он, Зои и пара приятелей на работе. Он совсем забыл, каково это — иметь настоящего, искреннего друга. Которому плевать на твой статус, плевать, сколько ты зарабатываешь, который просто смотрит... вот так. — Обязательно встретимся, — Дженсен, широко улыбаясь, достал телефон. — Давай номер, я наберу тебе, чтобы уж точно больше не потерялись. — Отлично, — Джаред улыбнулся с заметным облегчением и продиктовал свой телефон. — А то тут и не поговорить толком. Из детского угла раздались дикие визги и смех. — Есть такое, — Дженсен обернулся на шум. — Эй, Дженсен, перемещайся ближе к мясу! — крикнул Финник Двайер, колдующий у гриля. — Я постарался как никогда для дорогого гостя! Ты таких стейков ещё не пробовал! Джаред, подтверди! И тащи его сюда! — Подтверждаю, — деловито кивнул Джаред, — нам вот далеко не всегда так везёт. Фин обычно надирается прежде, чем мы успеваем развести огонь... — Эй! Это всего один раз было-то! Всё! Падалеки лишён мяса! — Финник возмущённо махал лопаткой. — Ты не посмеешь! — возмутился Джаред, схватившись за грудь. — А вот и посмотрим! — Ты разбиваешь мне сердце! — Сердце слева, дятел! Дженсен наблюдал за ними и улыбался. Он будто провалился прямиком в колледж. Только ребята внешне изменились. Дьюк, например, лысеет. Фин отрастил себе пивное брюшко. Скотт, наоборот, исхудал и сморщился. Дженсен никогда не замечал особых изменений в себе. Ну морщинки у глаз стали чуть отчётливее, губы — чуть жёстче, энергии поубавилось, но в целом вроде такой же, как и в студенческие годы. Но сегодня, оказавшись среди этих людей, Дженсен остро осознал, что ему уже не двадцать два. Ему стукнуло сорок! Полжизни, считай, прожито! А что у него есть, кроме карьеры и брака? Даже детей нет. Теперь и не будет уже, наверное. Он в Остине, Зои в Нью-Йорке. Если уж за десять лет брака и жизни в одной квартире на детей не нашлось времени, то теперь и подавно. Лет пять назад они говорили с Зои о детях. Точнее, Дженсен заикнулся, что был бы не против, но Зои рассмеялась ему в лицо, решив, что он шутит. А когда поняла, что это вовсе не шутка, ужаснулась. Дети, даже разговоры о них, пришлись совсем не кстати. Не вовремя. Ведь у Зои карьера только-только в гору пошла, и фигуру портить она не собиралась, да и в целом выпасть из жизни на несколько месяцев она не была готова. И Дженсен отступил. Что он мог ей предъявить, если и сам тогда думал в основном о карьере. Мог ли он надавить и заставить её? Наверное, да. Но зачем? Чтобы ребёнок оставался дома один, пока они сидят на работе? Вечные няни и «отойди, видишь, я работаю»? Нет. Он сам через это прошёл, и детям своим точно такого не пожелал бы. Хотя сейчас, глядя на неугомонную, громкоголосую толпу ребятишек, он немного жалел, что не настоял тогда. Но что уж теперь об этом. — Ну так что, Джей Мэй, ты к нам на совсем? — Фин пихнул его локтем, вырывая из раздумий. — Пока не знаю, — улыбнулся Дженсен. — Как пойдёт. — А где твоя лучшая половина? Дженсен невольно посмотрел на Джареда. — Она в Нью-Йорке. Работает. — Покажи хоть фотку. — Барб. — Мне интересно, кто нашего красавчика охомутал! Дженсен с улыбкой достал телефон, чтобы найти фотографию. Это оказалось не так легко сделать. — Эй, милый, у тебя что, нет фотографии жены в бумажнике? — Барбара подошла ближе и обняла его за плечи. — Если я когда-нибудь узнаю, что Дьюки вынул мою фотку или детей, я так его отделаю, что он и стоять не сможет. — А потом она ему ещё и кое-что узлом завяжет, чтобы куда попало не стояло! — засмеялся Скотт. — Кстати, это не шутка, — вздохнул Дьюк. — Да у меня и бумажника-то нет, — смутился Дженсен. — Вся жизнь в телефоне. Вот, нашёл. Это с Рождественского корпоратива. — Боже мой, какая красивая! — Барбара перехватила у него телефон. — А стройненькая какая! — Дай посмотреть! — Сначала я! — Уау! Да кто бы сомневался! Счастливчик. — Дьюки Алан Хаммонд, какого чёрта это значит?! — Милая! Я тоже счастливчик! Ты же у меня самая красивая! Самая добрая! Самая... — Но она конфетка, согласна, — засмеялась Барбара и звучно чмокнула мужа в губы. Телефон сунули в руки Джареду, и он долго рассматривал фото, прежде чем, прочистив горло, сказал: — Красивая... красивая пара. — Спасибо, — сказал Дженсен, когда ему отдали телефон, и он почувствовал, как сильно тот нагрелся в чужой ладони. — Жаль, Келли не смогла приехать, — Барбара погладила Джареда по плечу, будто утешая. — Кстати, как там Мэйсон? Вы уже выбрали колледж? — Всё в процессе, — Джаред закрыл лицо руками и тихо засмеялся. — Не помню, что это было так сложно в моё время. И Келли просила её простить, Барб, и поцеловать тебя, — он чмокнул именинницу в щёку, — но ей нездоровится уже пару дней, так что... — Колледж?! — Дженсен удивлённо посмотрел на Джареда. — Когда... когда ты успел? — Ну, — Джаред посмотрел на него как-то виновато. — Келли ведь... в колледже ещё... Теперь наш сын уже школу заканчивает. Выпускной класс. Дженсен ошарашенно молчал. Да, он знал, что Джаред частенько встречался с Келли. Та была в него по уши влюблена, но... Дженсен не думал, что Джаред к этому так серьёзно относился. Тем более что... Ладно. Давно это было. Да и Дженсен так долго хотел забыть всё, что произошло тогда, что, кажется, ему действительно это удалось. — У тебя взрослый сын, — прошептал он, наконец. — Да, — Джаред кивнул и сунул руки в карманы. — И он заканчивает школу, — Дженсен взъерошил свои волосы и нервно рассмеялся. — С ума сойти! Ну и как он? Такой же долговязый, как его папаша? — Почти, — Джаред тоже тихо засмеялся. — Он умный — это точно не в меня! — Он восходящая звезда лакросса! — гордо сказал Дьюк. — Играет, словно сам Иисус его по плечу похлопал! — Ну это точно в отца! — Дженсен хлопнул Джареда по плечу. — Ну да, — Джаред, криво улыбнувшись, опустил взгляд. — Ты был круче всех в нашей команде. Да, ребята? Все согласно закивали. — Я всегда думал, что ты будешь играть за сборную, — Дженсен улыбнулся своим воспоминаниям. Они так часто говорили о будущем, так боялись его, так ждали... Сейчас даже смешно вспомнить свои страхи и тревоги. — Чего уж теперь, — отмахнулся Джаред, не поднимая глаз. — Зато ты отличный тренер. Томми с девочками тоже теперь грезят лакроссом. Ты разоришь меня, — Дьюк горестно вздохнул. — Тренируешь детей? — Дженсен снова посмотрел на Джареда. — Уже завершил профессиональную карьеру? — Моя карьера длилась... ну... что-то около недели, — пожал плечами Джаред. — Почему? — вырвалось у Дженсена прежде, чем он успел остановить себя. Джаред грезил спортивной карьерой, он дышал лакроссом и больше своей клюшки любил только родителей с братом и сестрой. Как он мог бросить спорт? Что случилось? — Ну, — Джаред снова принялся изучать свои кроссовки с усиленным вниманием. — Я должен был принять ответственность, нужно было содержать семью. Маленький ребёнок требует много внимания. И денег тоже немало. Так что... вот. Дженсен почувствовал себя мудаком, заставляя Джареда оправдываться за свой выбор. Кто он такой, чтобы допытываться? — Прости, — он тяжело сглотнул, тоже опуская взгляд. — Я люблю своего сына, — воинственно вскинулся Джаред. — И я счастлив, что он у меня есть. — Он отличный парень, — Фин хлопнул Джареда по плечу. — Девочки мечтают выйти за него замуж, — засмеялась Барбара. — Понятия не имею, как они собираются его делить! — Надеюсь, они это перерастут, — засмеялся Джаред. — Не хотелось бы, чтобы до Баек из склепа дошло! — Какого ещё склепа? — нахмурилась Барбара. — Ты про ту серию, где близняшки мужика повдоль распилили и поделили половины? — засмеялся Дженсен. — Да! — Джаред тоже засмеялся. — Я сына люблю, но мне одного выше крыши хватает! — Зато в старости в два раза больше стаканов воды! — ещё громче засмеялся Дженсен. — О! А вот и наша парочка джейтушничает, — хмыкнул Дьюк. — Парочка… чего? — удивилась Барбара. — Они в колледже постоянно так делали, — закатил глаза Фин. — Один сморозит фигню, второй подхватит, и стоят смеются, как два идиота, — улыбнулся Скотт. — Да что вы понимаете в жизни! — Джаред отмахнулся от них и шагнул ближе к Дженсену. — Вот-вот! — закивал Дженсен, тоже делая к нему шаг. — Всё, — Дьюк махнул рукой и вздохнул. — Теперь опять склеятся. — Предлагаю вручить им мясо и отпустить — пусть детишки пообщаются, — Скотт протянул Фину тарелки, и тот положил на них готовые стейки. — Идите поболтайте на веранде, — Дьюк сунул им в руки по бутылке пива, передал мясо и махнул в сторону дома. — Я присмотрю за Мими, Джей. — Ты? Присмотришь? — засмеялась Барбара. — Эй, женщина, у меня четверо детей! — И основное участие в воспитании ты принимал во время их зачатия, — Барбара закатила глаза. Все засмеялись, хлопая возмущённого Дьюка по спине и плечам. — Но в эти моменты я хорош! — Ты лучший, любовь моя! — Барбара поцеловала Дьюка и подтолкнула Джареда в спину. Тот, смеясь, пошёл в сторону веранды, и Дженсен двинул за ним. Здесь и правда было немного тише. Дженсен наконец-то выдохнул, откинувшись в соломенном кресле. — Ещё не пожалел, что пришёл? — спросил Джаред, разглядывая его. Дженсен задумался. Дома было бы лучше? На диване перед теликом со стаканом виски или текилы. Нет. Он рад, что пришёл. Рад, что увидел всех этих людей. Рад, что снова встретил Джареда, и после стольких лет ещё осталось чувство узнавания и близости. Конечно, всё изменилось, но Дженсену не хочется больше игнорировать своё прошлое. Ему впервые за долгое время интересно, что будет завтра. — Нет, не пожалел, — улыбнулся он. — И хорошо, что ты тоже здесь. — И я рад снова встретиться с тобой, — тихо сказал Джаред. Дженсен задумчиво постукивал бутылкой по своему бедру, стараясь подобрать нужные слова. — Я... не скучал по тебе, — произнёс он, наконец. — О, — тихо выдохнул Джаред и приложился к бутылке. — Иногда, — добавил Дженсен. — Я запрещал себе. Запрещал себе думать о тебе. Вспоминать. У меня плохо получалось. Особенно первые... годы. Джаред молча ждал продолжения, резкими движениями отдирая по кусочкам этикетку с бутылки. — Но я решил, что буду смотреть только вперёд и карабкаться как можно выше. Ведь я думал... Я думал, что ты делаешь то же самое... — Все эти годы я был здесь, в долбанном магазине спорттоваров. Который принадлежит долбанному отцу моей жены, — с горечью в голосе выговорил Джаред. — Ты же сказал, что тебя взяли в команду, что всё уже решено, и я... — Так и было, — кивнул Джаред и вздохнул. — Мы тогда всё решили с Кел. Она была категорична, и я со всем согласился. А что мне оставалось ещё? Я уехал, тренировался с настоящей крутой командой, меня обещали выпустить на поле. А через неделю Келли позвонила. Попрощаться. Призналась, что аборт она не сделала и не сможет, скорее убьёт себя, сказала, что любит меня, пожелала удачи и счастья, разревелась и бросила трубку. Конечно, я сорвался и помчался в Остин. И, конечно, ни тренеру, ни хозяину команды это не понравилось. Дальше и так понятно. Я не смог бросить ни её, ни ребёнка. Я изначально был против аборта, но она настаивала и просила денег. Я дал, а потом она передумала. Зато теперь у меня есть лучший сын, какого только можно пожелать. Дженсен знал, как для Джареда важна семья, и в его мечтах сразу рядом с карьерой шёл большой дом с забором, красоткой-женой и ворохом детей. И вроде всё логично, но почему же Джаред не выглядит счастливым? И хоть какая-то жизнь в глазах появляется, только когда он говорит о детях. — Ты работаешь в магазине спорттоваров? — глупый вопрос, но Дженсен смог придумать только его. Джаред поморщился как от зубной боли и, прежде чем ответить, сделал большой глоток пива. — Было дело. Оказалось, несостоявшееся Будущее лакросса никому не нужно вне поля, — горько усмехнулся он. — Учился я, ты сам знаешь, как. Я же всё время на поле был, оценки мне ставили за победы. Перебивался мелкой работой, а потом отец Келли устроил меня в свой магазин. — Ну... не так уж плохо вроде, — Дженсен неуверенно пожал плечами. — Да? — Её папаша изощрённо выматывал мне кишки, виртуозно и методично. Очень любил тыкнуть меня носом в то, что глупыми мечтами сыт не будешь, и нужно быть благодарным за его доброту и щедрость. Я продержался там несколько лет, пока Мэй не подрос, а потом смылся, не оглядываясь. Но даже после того, как я ушёл, её папаша всё равно всюду суёт свой нос и лезет с нравоучениями и упрёками. Джаред поднял на него полный боли взгляд, и Дженсен с трудом удержался, чтобы не отшатнуться от него. Он не знал, что сказать. Раньше всегда знал, а теперь вот... губы будто слиплись. Похоже, право говорить всё подряд, что думаешь, теряется после восемнадцатилетнего молчания. Так что Дженсен просто молча протянул руку и сжал его плечо в знак поддержки. Джаред вздрогнул под его прикосновением и отстранился. — У меня всё отлично, — теперь в его взгляде горела злость. — Извини, — Дженсен убрал руку и приложился к бутылке, чувствуя себя идиотом. Они сидели в напряжённом молчании, и Дженсен уже тысячу раз пожалел, что полез к нему, — Джаред на дух не переносил жалость. Никогда. Дженсен вроде усвоил это в колледже, а сейчас ступил по полной. Он лихорадочно искал тему для разговора и с ужасом понимал, что не знает, что сказать. — О, боже мой! Дженсен даже вздрогнул от пронзительного визга Барбары. — Красавчик мой любимый! Приехал всё-таки! К компании подошёл молодой парень, расцеловал Барбару, вручил ей букет и поздоровался за руку со всеми парнями. — Как я рада, что ты нашёл время на старушку Барб! — Барбара снова обняла парня. — Я всё ещё мечтаю, что ты бросишь своего муженька и сбежишь со мной в Мексику! — засмеялся тот и ловко увернулся от подзатыльника Дьюка. — Нахальный щенок! — беззлобно обругал его Дьюк. — Эта женщина слишком красива для тебя! — Вот поганец мелкий! — Дьюк расхохотался. Дженсен с интересом наблюдал эту сцену. — Это он? Твой сын? — Да, — Джаред расплылся в улыбке, и взгляд снова засиял. Дженсен невольно рассматривал парня, выискивая в нём черты Джареда. Ростом точно в отца пошёл, только фигура покрепче. Волосы светлые, как у матери, нос тоже вроде её. Кажется. Дженсен плохо помнил Келли, но раз на Джареда был не похож, значит, в мать. Больше ничего рассмотреть с такого расстояния ему не удалось, но, судя по тому, как все вокруг млели, парень взял главное — обаяние Джареда. В колледже от Джареда все были без ума. Забавный, добрый, дружелюбный, с вечной солнечной улыбкой до ушей и дохреналлиардом весёлых историй в запасе — он всегда был душой компании. — Мэй! — окликнул его Джаред, махнув рукой и поднявшись. Дженсен дёрнулся, не понимая, зачем Джаред зовёт его, если вот он рядом, но потом понял, что это не ему. — Па! Привет! — Мэй подошёл к террасе. — Я мотор перебрал твой, вроде фурычит теперь. — Спасибо, — Джаред распахнул объятия. — Ну па-а-ап! — Что, уже слишком взрослый, чтобы обнять своего старика? — грустно вздохнул Джаред. — Или слишком крутой? — не удержался Дженсен. Парень с любопытством посмотрел на него, не стесняясь рассматривать. Дженсен встал и шагнул к нему ближе, протягивая руку. — Я Дженсен. — Да вижу, — улыбнулся Мэй, отвечая на рукопожатие. — Моя сестра в вас втюрилась, так что вы частый гость. — Ничего, скоро она поймёт, что я старикашка, и найдёт себе достойного парня, — засмеялся Дженсен. — Девчонки, — философски вздохнул Мэй, махнул рукой и рассмеялся. — У меня ощущение, что мы всю жизнь знакомы! Мне даже прозвище от вас досталось! — Да? — Дженсен удивлённо посмотрел на Джареда. — Его зовут Мэйсон, — Джаред, скрывая смущение за усмешкой, пожал плечами. — Ну да, твой папаша большой фанат Джаффи Мэйсона, — авторитетно кивнул Дженсен. — И в колледже он утверждал, что мой стиль игры похож на его. Ребята подхватили, так что в итоге ко мне и прилипло это Джей Мэй. — Ага, а меня эти ребята Джей Мэй-младший зовут, — засмеялся Мэй. — Моё первое имя Джонатан, — он пожал плечами с широкой дурашливой улыбкой, — так что тоже подходит. — Да, в оригинальности фантазии им не откажешь, — усмехнулся Дженсен, и они оба рассмеялись. Джаред хмурился, переводя взгляд с одного на другого. — Да вы даже похожи чем-то. Так что нечего на прозвища жаловаться! — Да кто жалуется? Мы не жалуемся! — заговорили они одновременно и замолчали, уставившись друг на друга. — За что мне два таких балбеса одновременно? — Джаред покачал головой, закатив глаза. Они снова засмеялись. — Я слышал, ты классный игрок, — Дженсен расслабленно откинулся на плетённое кресло. — У меня классный тренер, — Мэй посмотрел на отца с такой гордостью, что Дженсен как никогда пожалел, что у него нет сына. А ещё он тоже чувствовал гордость, что, несмотря на несбывшиеся спортивные мечты, из Джареда получился отличный отец. — Он вручил тебе клюшку вместо соски? — улыбнулся Дженсен. — Не помню никаких сосок, — Мэй сделал вид, что глубоко задумался. — Помню только клюшки. — А вместо пинеток кроссовки, — понимающе закивал Дженсен. — Конечно! — Я тебя карманных денег лишу, — пригрозил Джаред. — Злыдень, — упрекнул его Дженсен. — И правду всё равно не скрыть — уверен, что первая футболка, которую ты на него нацепил, была с номером три. Джаред фыркнул и пихнул Дженсена в плечо. — Он мне до сих пор каждый год эти футболки дарит, — засмеялся Мэй. — Вот такой гадёныш он точно не в меня, — пожаловался Джаред Дженсену. — Нам надо как-нибудь сыграть вместе, — улыбаясь, предложил Дженсен. — И я! Я с вами! Я тоже хочу! Дженсен не успел опомниться, как у него на коленях уже сидела довольная Мими. — Я надеюсь, ты мне поможешь справиться с этими двумя, — громко прошептал Дженсен. — Да легко! — Мими махнула ручкой и протянула ему лист бумаги. — Я нарисовала тебе картину. — Мне? — Дженсен взял рисунок и завис, рассматривая его. — Это я, — Мими ткнула пальчиком в рисунок. — А это ты. — А это? — спросил Дженсен немного сиплым голосом. — Это папа, конечно! — А я?! — вскинулся Мэй. — Ты тоже тут. Вот, смотри! — И у нас всех в руках... — Мэй наклонил голову к одному плечу, затем к другому, стараясь лучше рассмотреть, — ложки? — Клюшки! — горячо возразила Мими. — Малыш, отличный рисунок, — похвалил Джаред. Дженсен слушал их и молчал, чувствуя, как перехватывает горло и становится тяжело дышать. — Тебе нравится? — тихо спросила Мими. Дженсен кивнул, прочистил горло и снова кивнул. — А я думал, что только ты у меня такой сентиментальный старик, — тихо прошептал Джареду Мэй, толкнув его в плечо. — Тихо ты, — шикнул на него Джаред. — Нос ещё не дорос. Дженсен быстро глянул на них, снова прочистил горло и поцеловал Мими в макушку. — Спасибо. Спасибо, Мими, мне очень нравится. Девочка заглянула ему в глаза, погладила маленькой ладошкой по щеке, а потом крепко обняла за шею. Дженсен, зажмурившись, тоже её обнял. Она пахла чем-то сладким и домашним. — Ты как булочка, — прошептал он. — Мне нравятся булочки, — прошептала Мими в ответ. — Мне тоже. — Эй, теперь я хочу булочек! — пожаловался Мэй. — Ну так иди и возьми, — Джаред пихнул его в плечо. — Я их съела, — продолжая обнимать Дженсена, вздохнула Мими. — Что, все?! — возмутился Мэй. Дженсен как наяву представил кафе, залитое утренним светом, свежие горячие булочки, горячий кофе и какао, Мими смеётся, а её щёки перемазаны пудрой. — А давайте завтра с утра за булочками! — порывисто предложил он. — Круто! Вы угощаете! — Мэй, — строго одёрнул Джаред. — Порядок, Джей, я угощаю. Я же пригласил, — улыбнулся Дженсен. — Заодно проставлюсь за возвращение. — Отлично, я завтра свободен! — Мэй широко улыбнулся. Джаред выдал ему шутливый подзатыльник и, наконец, рассмеялся почти как раньше. — А потом пойдём в парк, да? — Мими посмотрела на Дженсена своими невозможными солнечными глазами. — Обязательно! Я в парке лет двадцать не был! — А на качели? И пони! — Ну всё! Хватит раскручивать Дженсена, Мими! — Ну па-а-а! — затянула Мими. — Ну па-а-а! — присоединился к ней Мэй. — И ты тоже хочешь качели и пони? — прищурился на него Джаред. — А как же! — засмеялся Мэй. — Я что, рыжий?! — Есть немного, вообще-то, — хмыкнул Дженсен. — Да это от солнца, — отмахнулся Мэй. — Придётся искать пони-гиганта, — Дженсен окинул его задумчивым взглядом. — Или обойтись без булочек, — Джаред тоже внимательно осмотрел сына. — Эй! Я не толстый! Я крепкий! — возмутился Мэй. — Но ты всё равно тяжёлый для пони, — Джаред, выражая сочувствие всем собой, похлопал его по плечу. — Мэй! — крикнул Дьюк. — Беги оттуда! Они вдвоём тебя сожрут! — Зубы обломают! — крикнул в ответ Мэй. Дженсен улыбался, наблюдая за ним. Парень совсем не похож на Джареда внешне, но от него веяло чем-то таким родным, что в груди становилось тепло и тесно. Мэй взял самое главное: характер, самую суть Джареда. — Значит, договорились, — Дженсен поудобнее усадил Мими на коленях. — Где встретимся? Я не знаю, пекарня на углу пятой и Риверсайд ещё работает? — Да! Я туда водил... кхм... своих друзей. Щёки Мэя слегка порозовели, и Дженсен невольно усмехнулся, вспомнив, каково это — первая влюблённость. — Да мы тоже с твоим отцом туда друзей водили, — подмигнул он парню. — Панкейк с глазурью и клубникой был беспроигрышным вариантом. Мэй состроил ему мордочку и закатил глаза, давая понять, что шутки Дженсена — отстой. Дженсен тихо засмеялся, поглаживая Мими по спине. Вечеринка закончилась, все разошлись, а они так и просидели вчетвером на веранде весь вечер, пока Мими не уснула на руках Дженсена. Он осторожно отнёс её к машине Мэя, в душе жалея, что этот день подошёл к концу и уже пора прощаться. — Тебя отвезти? — спросил Джаред у Дженсена, подходя к водительской двери. — А пива не многовато? — хмыкнул Мэй. — Я сам всех отвезу. А завтра я могу вашу тачку взять, и на ней заедем за вами. — Думаю, копы будут рады тебе, — усмехнулся Дженсен. — Лучше подвези меня до дома, а завтра я сам вернусь за машиной. — Пф! — пренебрежительно фыркнул Мэй. Дженсен вспомнил, как и сам не единожды водил чужие машины без документов, и улыбнулся, потом поймал понимающий взгляд Джареда, и они оба рассмеялись. — Да ну вас, — пряча улыбку, Мэй устроился за рулём. — Садитесь уже. Когда Джаред устроился на заднем сидении, Дженсен передал ему спящую Мими и сел вперёд. Он обернулся проверить, не проснулась ли девочка от их разговоров и хлопанья дверей, но, похоже, её было и пушкой не разбудить. — Не волнуйся, — улыбнулся Джаред. — Теперь до утра не добудишься. — Погоди, Мэй! Я сейчас вернусь, — Дженсен выскочил из машины, как ужаленный. — Что это с ним? — Мэй оглянулся на отца, но тот лишь пожал плечами. Дженсен вернулся быстро и продемонстрировал рисунок. — Чуть не забыл. — Серьезно? — усмехнулся Мэй. — Да она ещё тонну завтра нарисует! Дженсен пожал плечами и аккуратно положил рисунок себе на колени. — У вас, наверное, тоже дома чулан, полный коробок с детской ерундой? Па до сих пор хранит какую-то фигню из папье-маше, которую я в детском саду сделал. — Это мой первый экспонат, — усмехнулся Дженсен. — У вас чего, детей нет? — удивился Мэй. — Мэйсон, — тихо сказал Джаред, и парень тут же виновато глянул на Дженсена. Тот усмехнулся. Похоже, дети отлично знакомы с тоном Джареда «Голос совести». — Да ничего, — снова усмехнулся Дженсен. — Просто не всем повезло так, как твоему папе. — Но вы очень круто обработали мелкую, — Мэй кивнул на сестру. — Так и не скажешь, что опыта нет. — Просто я в свое время с твоим отцом нанянчился, вот и пригодилось, — вздохнул Дженсен. — Ха! Па, ты слышал! — громко засмеялся Мэй. — Он тебя с маленькой девочкой сравнил! Зачёт! — Это он просто взбучку давно не получал, — многозначительно кивнул Джаред. — Ой, боюсь! Ты и двадцать-то лет назад отхватывал у меня, а сейчас с твоим артритом и подавно! — С каким ещё артритом?! — возмутился Джаред. — Который вместе с лысиной начинается. Вот и плешь намечается, — Дженсен ткнул ему куда-то в голову. — Катаракту сначала вылечи свою, потом пальцами будешь тыкать. — Эй! Взгляни в эти ясные глаза! Я хоть сейчас с пятидесяти метров в ворота забью! — Глаза чудесные, — кивнул Джаред. — Только они тебя явно подводят, раз ты у меня лысину выискал. — Ты затылок-то свой видел? Там, дружище, уже твои мысли просвечиваются! — Галлюцинации — тревожный признак, Дженс. — У тебя уже и глюки?! — Дженсен изобразил ужас. — Ты бы пил свои таблеточки от маразма, Джей! Это я тебе как друг советую! — Вы как старики-супруги собачитесь, — засмеялся Мэй себе под нос. Им и в колледже постоянно такое говорили, а они только смеялись над этим. Дженсен глянул в зеркало и встретился взглядом с Джаредом. Сейчас он почти узнавал этот взгляд, казалось, в нём поблёскивают прежние озорные искорки. И от этих искр что-то сжималось в груди Дженсена, что-то тёплое, тревожное немного, совсем родное. — Так, я вроде в нужном районе, а дом-то какой? — голос Мэя разбил их взгляды, и Дженсен сосредоточился на дороге. — Вон там налево, потом на следующем повороте снова налево и приехали. — Солидный райончик, — присвистнул Мэй. — Да, вроде ничего такой, — кивнул Дженсен. — Приличный. — Да вы богач, дядя Дженсен! — с прищуром улыбнулся Мэй. — Вот давай без дядь, — морщится Дженсен. — Хочешь зови Дженсен, хочешь Джей, а можешь и Джей Мэй. — Замазали, Джей Мэй, — довольно оскалился Мэй и подставил кулак: — Отбей, Джей! Дженсен засмеялся, стукнувшись с ним кулаком. Ему будто снова восемнадцать и сердце часто, взбудораженно билось в груди. — Ну вот и мой дом. Приехали, — Дженсен снова поймал взгляд Джареда в зеркале заднего вида: — Я рад, что мы снова встретились. — Я тоже, Джей Мэй. Я тоже, — Джаред мягко улыбнулся ему, и Дженсен вышел из машины с лёгким сердцем. Ему казалось, что с сегодняшнего дня всё бесповоротно изменится.