Совпадений не бывает

Тихая ненавязчивая музыка в баре создаёт раслабляющую атмосферу, отгоняет мысли о рабочем дне, а вкус спиртного, обжигаюшего горло и оставлющий сладкое послевкусие на языке, дает возможность отдохнуть, прикрыть глаза и очистить голову от лишних и ненужных мыслей. Накахара в первых раз в этом баре, немного жалеет, что раньше не зашёл в это свиду неприметное заведение, но такое комфортное внутри. После душного офиса нет никакого настроения, только желание придушить своего начальника голыми руками в следующую встречу и совершенно похрен, что ему будет за это, однако весь его отдел точно решит сделать его работником месяца. Как благодарность за такой подарок. Усмешка украшает лицо от этих мыслей, язык облизывает сухие губы, и, вспомнив только ему что-то известное, парень смотрит на дорогие часы на своей руке. Половина одиннадцатого. Поздно. Пора уже вызывать такси и ехать домой, где его уже как около двух месяцев ждет милый домашний питомец. — Какая жалость, ты уже куда-то спешишь. Голос говорит без сожаления, легко, словно он совсем и не расстроен, в отличие от его хозяина, примостившегося на соседнем стуле и озорно смотряшего кариеми омутами из-под пушистых ресниц с наиграно-печальным выражением лица. От этого парня у Чуи холодок по коже. Или это от количества выпитого? — Чуя Накахара, — он подносит станок с недопитой выпивкой, опустошает его, но со следующих слов жидкость разбрызгивается как из пульверизатора, а сам рыжий юноша заливается смехом. Дазай Осаму выгибает бровь и смотрит с непониманием на хохочущего новенького в этом баре, с которым он был бы не прочь познакомиться, но вздыхает. В последнее время попадаются ему только кринжовые типы, хоть и на первый взгляд выглядевшие незаконно очаровательно. — Нет, ты не думай ничего, — Накахара, краем глаза видя решение опонента удалиться, останавливает его, — ты понимаешь, — он собирается с мыслями, — у меня домашнего краба так зовут. Повисает тишина между людьми, играет только тихая музыка на фоне. — Домашний питомец у меня такой, краб, Дазай Осаму, — оправдывается рыжий, проведя рукой по лицу, и подпирает ей голову, оборачиваясь на шатена. В ответ на его слова до слуха доносится мягкий приятный смех. — Вот как, значит. А мне нравится их есть, — голубые глаза наполнены смешинкой вперемешку с заинтересованностью, к которой Осаму уже привык, — Смотри, чтобы я его не съел. Накахара встает со своего места, забирая свои вещи и оставляя чаевые бармену, приближается к самому уху шатена и почти шепотом произносит: — Смотри, чтобы тебя не съели.