Совсем Банальный Фанфик

Алкоголь разводил внутри обжигающее пламя, но ещё недавно горящие глаза наоборот были готовы потухнуть. Весёлая компания, хорошие люди, интересные беседы, вкусные шоты и совершенно новый формат интервью. Казалось бы, что может пойти не так? Ведь это не «Умники и Умницы», напрягать мозги было не нужно, достаточно просто оставаться собой. Но не в случае Горошко. «Оставаться собой» в целом для мужчины невиданный термин. Он и понятия не имел какой он, тот самый «настоящий» Сергей. Тот, кто когда-то спрятался за всеми этими масками. На Горошко из зеркала каждый день будто смотрит незнакомец своими пустыми глазами и произносит: «я теперь — ты». Но сегодня поле боя находилось не внутри запутавшегося Серёжи. Сам Серёжа истошно боролся за внимание коллеги по цеху. Да. Они провели несколько часов вместе. Сидели плечом к плечу. Опустошили на пару несколько десятков рюмок под пристальным взглядом камеры. Куда ж ещё больше внимания? Но Горошко было мало. Ему всегда мало. А особенно всегда мало Тихона. Была бы его воля, Сергей бы сутками напролёт рассматривал эти родные черты, вглядывался в серые глаза и трогал наконец отросшие светлые кудри. Но всё вышеперечисленное являлось непозволительной роскошью в предлагаемых обстоятельствах. Тихон Игоревич Жизневский лишь коллега, с которым они работали над общим проектом. Их и друзьями то назвать было трудно. Так, не то не сё. — Так, что насчёт «Боярского»? - Серёжа накинул на плечи рукава красного худи, и завязал на шее поверх футболки. Рука автоматически потянулся к очкам на голове, пока не пришло осознание, что их у него больше нет. Мужчина попытался всмотреться в лицо Жизневского, но тот, как и все предыдущие разы, не обращал на Серёжу никакого внимания. Или делал вид, что не обращал… Парни мялись на выходе из бара «El Copitas». Пока со всеми попрощаешься, всем пожмёшь руку, поулыбаешься напоследок… — Митрич, - наконец Тихон решил ответить на поставленый вопрос. — Нам обоим на награждение завтра, мы ж как-то ещё на человека похожи должны быть, правильно? - Жизневский произнес это в присущей себе манере, съедая пробелы, и проглатывая в словах некоторые буквы. Ещё и это «Митрич». Горошко уже десять раз успел пожалеть, что сказал Тихону своё отчество. Потому что тот теперь без всяких исключений зовёт его только так. Даже обычное «Серёж» теперь казалось недосягаемой мечтой. — Ну и что? Ты пообещал между прочим! - Серёжа переступал, как лошадка, с ноги на ногу, пропуская на выход Тихона. Затем махнул рукой всем присутствующим в помещении и вышел на свежий воздух. — Серег, ну по одному только, и по домам. Договор? - Жизневский сразу вдавил в пол воображаемую педаль газа, и уверенно пошагал по тротуару так быстро, что Горошко выглядит рядом как Дима Дубин, который пытается угнаться за Громом бесконечно что-то тараторя про холодильники и чумного доктора. Со стороны выглядит будто Серёжа навязывается. Хотя это ведь и на самом деле так. Но мужчина уже ничего не мог с собой поделать. Невменяемые и неконтролируемые бабочки появились внутри у Горошко не сразу. В начале работы над Майором Громом жизнь у обоих шла своим чередом. Но постепенно Серёжу начало охватывать невиданное до сели чувство. Мужчине хотелось постоянно находится рядом с Тихоном. Вдыхать запах его одеколона, что всегда шёл в комплекте со шлейфом из табачного дыма, слышать его смех, его дурацкие шуточки, выходить на перекур, и в очередной раз давится дымом, увидев лучезарную улыбку «серьезного и рассудительного Грома», а потом просто отмахнуться: «всё норм, завтыкал просто». И на душе становилось так паршиво и горько, что всё это в прошлом. Сейчас у каждого из них своя жизни. И в жизни Тихона нет места Горошко, даже на пресловутом коврике в прихожей. Сейчас Сережа плёлся за Тихоном, как послушная собачка, а сам собирался с мыслями. «Я должен ему всё сказать. Сегодня». Было ли это хорошей идеей? Покажет время. Мужчины вошли в крохотный барчик. Внутри горел тусклый свет, хмельные люди вели громкие беседы, официанты бегали туда сюда, будто стараясь выиграть эстафету, и в целом царила такая родная и уютная атмосфера дёшевой наливайки. — Добрый вечер! - Тихон ударил ладонями по барной стойке, и из-за его приветствия бармен чуть не уронил стакан, что исправно натирал полотенцем. — Здравствуйте. Сразу что нибудь желаете? - спросил приветливый парень в чёрном фартуке и положил перед гостями коктейльную карту. — Да. Два «Боярских». - произнес Жизневский и тепло улыбнулся человеку, стоящему справа от него. От этой улыбки у Горошко едва не подкосились ноги. — Падай. Тихон сам уселся на высокий барный стул, наблюдая как на другой такой же пытается взобраться Горох. И у него это получается плохо, не потому что он слишком низкий, а потому что все конечности так трясутся, что с трудом могут удержать на себе вес не маленького Серёжи. Наконец бармен поставил перед гостями две стопки. И действительно, коктейль выглядел один в один так как и описывал Жизневский: «там такая красная жижмала, сверху белая какая-то и там табаско в серединке». Да. В самом деле так. И не поспоришь. Серёжа озадачено смотрел на шот, а мысли были забиты отнюдь не «Боярским». И вдруг Горошко понял. Либо сейчас либо никогда. — А можно мы сядем за столик? - спросил Серый у бармена, кивая головой в сторону самого отдалённого столика в темном углу под красной светодиодной лентой. — Конечно. Присаживайтесь. Официант сейчас всё принесёт. — Так зачем? Я думал мы тут не будем сильно засиживаться? - поинтересовался Тихон, пока Серёжа молча шёл к столику. Наконец улыбчивая официантка принесла шоты, и Тихон торжественно произнес: — Ну давай! - мужчине было интересно какой будет реакция его коллеги на этот коктейль, по этому Жизневский стал пристально смотреть на Горошко в ожидании дегустации. Серёжа ещё раз взглянул на красно-белый шот, не раздумывая резко схватил рюмку со стола и одним глотком выпил содержимое. — Ты мне нравишься. - впечатал Горошко хриплым голосом громко поставив пустой сосуд на деревянный стол. Серёжа будто в отчаянии запустил руки в собственные волосы, зачесав из назад, затем потёр ладонями лицо, и всё это лишь для того чтобы не видеть глаз Жизневского. Когда же наконец Горошко посмотрел на Тихона, то так ничего и не понял. Этот взгляд был совершенно ему не знаком. Он какой то чужой. Совсем не Тихона. В нем не было не отвращения, не отчаяния, не принятия. Этот взгляд он был будто в тумане. Жизневский смотрел на мужчину напротив сквозь пелену, почти не моргая, не в состоянии выдавить из себя не одного слова. Горох поставил локти на стол, и оперся подбородком о перекрещенные пальцы. — Хоть что нибудь скажи. Пожалуйста. - почти умалял Серёжа, снова опустив глаза куда-то в пол. Жизневский будто вышел из транса и истерически засмеялся, запуская руки в свои светлые кудри. — Нееет - протянул мужчина. — Нет, нет, нет, так не бывает. Ну это ж… это ж… Как будто фанфик какой-то. Ну не бывает такого. Не может такого быть… Тихон мельтешил, постоянно за что-то хватался руками, трогал лицо, одежду, волосы, бегал взглядом по помещению. Тем временем Сергей лишь задавался вопросом «не бывает такого — это какого?!» Что Тихон имеет ввиду? Не бывает такого, что б мужчина влюбился в мужчину? Или не бывает таких внезапный признаний в баре среди ночи? Или чего?! Чего из этого, по его мнению, не бывает?! — Тиш, всё, давай закроем тему. Извини. Я не хотел тебя смущать или шокировать…. - вот на этом можно было и закончить, но десяток шотов, выпитых ранее в “El Copitas” приказали продолжить. — Просто ты такой охуенный, Тишааа - Серёжа упал головой на сложенные на столе руки, и стал практически хныкать. — Я смотрю на тебя и думаю, ты вообще живой? - Горох опять поднял голову. — Ты настоящий? Ну не существует людей таких. Ты точно кем то написанный вымышленный персонаж. И если мы с тобой оба персонажи, то наш автор, явно меня ненавидит… - и снова Сережина голова оказалась на сложённых руках. — Я люблю тебяяяя… Пиздец как. Ты себе представить не можешь как. - Горошко поднял глаза на возлюбленного. — Тиш, блять, ну что нибудь мне уже скажи? Я с ума сейчас сойду. Но Тихон так ничего и не сказал. Мужчина отрешённым взглядом посмотрел на жалобного Сережу, достал и кармана джинс пару купюр, в качестве оплаты за два коктейля, и положив их на стол молча встал, направляясь к выходу. — Блять. Нет нет нет нет… - Горошко не мог его так отпустить, и кинулся за Жизневским на улицу. Выйдя на тротуар он увидел лишь стремительно удаляющуюся фигуру. Серёжа побежал за коллегой настолько быстро, насколько это позволяло количество промилле в крови. Тихон внезапно остановился слева от какой-то подворотни. На его плечо упала тяжелая рука, увешанная браслетами. — Тиш… - Горошко так запыхался, что почти не было слышно, что он произнес. Не успел Серёжа начать оправдываться, как Тихон развернулся и резким движением впечатал Горошко в стену одного из домой, которые и создавали этот узкий мрачный переулок. Ни секунды не мешкая Жизневский обхватил ладонями лицо Горошко и вовлёк того в поцелуй. Серёжа от неожиданности даже не сразу на него ответил. Но когда ответил — перехватил инициативу на себя. Горошко целовался страстно, жадно, как в последний раз, переодически издавая какие-то звуки, похожее на мурчание. Спустя секунд тридцать Жизневский разрывает поцелуй и Горошко моментально расплывается в своей нахальной улыбке. — Ты не представляешь как сильно я хотел услышать от тебя эти слова. - Тихон сказал это холодно и вкрадчиво, но этого было достаточно. Достаточно для них обоих. — А как же «Серёжа, я так тебя люблю, давай жить долго и счастливо, и умрем в один день»? - спросил Горошко сквозь смех и нарочитые жесты. — Неет.. - Тихон, улыбаясь, медленно запустил руки под футболку Серёжи. — Это был бы уже совсем банальный фанфик!