Вечер, телевизор, плед и ты

Видя Наруто в фартуке перед плитой у Саске появлялось неудержимое желание обнять его со спины. Это была почти как традиция для Учихи. Если Узумаки у плиты, то надо обязательно подойти, обнять и поцеловать в висок с вопросом: " Что сегодня на ужин? " А ведь блондин готовил только ужин.. Но размышления на эту тему пропадали, как только он садился за стряпню Наруто. Тот смотрел на него горящими от нетерпения глазами, а после, когда вся еда уходила в желудок Учихи, спрашивал: "Ну, как тебе-как тебе?" И ему было все равно, что ответ будет один, он все равно спрашивал. После, удовлетворенно хмыкал заслышав положительный ответ вновь, скрещивая свои руки на груди и откидываясь на спинку стула. А дальше, вечером, после помытия посуды, пены на носу, воды на футболке, которую Саске подарил на 8 марта в качестве извинения за испорченные джинсы, после мягкого поцелуя в щеку и совместного душа, они направились в гостиную. На свой любимый, старый бордовый диван. На котором они засиживались допоздна каждый вечер, смотря телевизор совершенно не вникая в суть незатейливых ночных телешоу и фильмов, которые попадались им, когда они переключали каналы. Хорошо сидеть, вот так. С любимым человеком под боком, который прижимается к тебе зимней ночью, в надежде согреться. И не важно, что есть старенький бабушкин плед, который не даст им просто так замерзнуть. Не важно, что им вообще не холодно этой ночью. Ведь родное тепло согревает не только тело, но и душу, которую вкладываешь в объятия. И это тепло окутывает, словно тот самый бабушкин плед. - Эй, Наруто, может уже в кровать? - Нет, давай еще посидим, может, что интересное начнется, а мы спим. Всегда умел придумывать глупые отговорки, чтобы посидеть перед телевизором, глядя сквозь него, сильнее прижимаясь ко мне, в то время, как я, медленно целовал твои щеки, закрытые глаза, лоб и шею, при это шепча, что-то совершенно глупое и несуразное, но ты лишь тихо смеялся на это, зажмурившись. - Ты такой милый, Са-аске. Говорил он, растягивая первую гласную моего имени, что у меня аж мурашки по коже бегали. А потом он так и засыпал на моем плече. Со вздохом я устраивался поудобнее, укладывая рядом свое белобрысое чудо. Засыпая я понимаю, что счастлив.