Невероятные приключения ДжоДжо в России [Golden Wind]

Глава 3. Разборки по-карельски Часть 8. Пора домой       Спустя 5 минут Йорик и Комиссар прибыли на место. Рядом со школой стоит милицейская легковушка. Аббаккио и Буччелатти встретили лидера у машины. После короткого разговора Комиссар передал капо ключи от квартиры, а сам пошёл в сторону здания. Итальянец вместе с ранеными уехал домой. Леоне остался с русским.       В школе практически не было учеников – всех отправили домой. Единственными присутствовавшими были особо любопытные старшеклассники, которые стояли в вестибюле. Увидев Комиссара, подростки тут же подбежали к нему и начали расспрашивать обо всём на свете, начиная происхождением свежих гематом на его теле и заканчивая способами попасть в КСП. Некоторые особо смелые и вовсе попытались взять у него автограф. Парень ответил, что сейчас очень занят и что все их просьбы он выполнит позже, после чего попросил всех разойтись по домам. Навстречу Комиссару вышел Виктор Степанович Крючков – директор школы и, по совместительству, его родной брат, с которым он не общался четыре года.       — Комиссар, лидер КСП СССР. Был прислан «Союзом» по поводу сегодняшнего инцидента. – несмотря на то, что брат мог догадаться о его настоящей личности, парень всё равно решил представиться псевдонимом.       — Невероятно! Сам Комиссар сюда пожаловал! – обрадовался встрече директор – Не думал, что я встречу вас в реальности. Для меня это большая честь, товарищ Комиссар. Виктор Степанович Крючков, директор МБОУ СОШ №2 города Морино. – после чего протянул молодому человеку руку.       «Ты дебил или притворяешься?» - возмутился в мыслях глава – «Я от вас с мамашей много горя нахлебался, ещё и руку должен жать? Не пойти бы тебе нахуй, Вить?»       — Я слишком занят, чтобы выслушивать вашу слащавую лесть. – Комиссар не стал жать руку брату, чему последний сильно удивился – Не нужно мне рассказывать, что произошло. КСП доложила мне обо всех деталях дела. – и прервал его на полуслове.       — Чего же «СССР» тогда хочет, раз вы уже обо всём знаете? – сильное удивление Крючкова-старшего переросло в откровенное замешательство словами и действиями Комиссара.       Лидер КСП вместо ответа на вопрос бросил на директора презрительный взгляд. Последний стал паниковать: он начал думать о том, какие из его недавних действий или слов могли спровоцировать такую реакцию бандита. Он прекрасно понимал, что любое неосторожно брошенное слово или неправильное действие в отношении какого-либо члена ОПГ, особенно лидера, может обернуться для него катастрофическими последствиями и, в лучшем случае, его изобьют, а в худшем – выкинут труп в канаву или закатают в бетон на стройке. Комиссару, при виде леденящего душу ужаса от его поведения в глазах ненавистного братца, было невыносимо трудно сдерживать улыбку и единственным, что помогало в этом, была невыносимая боль по всему телу, эпицентром которой была грудная клетка. Наконец, Комиссар смог вдоволь насладиться чужими эмоциями и, дабы не терять времени, продолжил диалог.       — Нам нужно, чтобы вы дали гарантию того, что никто больше, кроме нас с вами, об этом не узнает. Ни в городе, ни, тем более, по стране. От имени главы «союза», я обязан заключить с вами соглашение о неразглашении. Следующим шагом станет ваша помощь в ликвидации последствий. Всё должно пройти тихо и незаметно.       Виктор Степанович мысленно вздохнул с облегчением. «Загадочный» бандит, по стилю общения, показался если не благосклонным, то просто вежливым по отношению к нему, поэтому он за такое короткое время успел осмелеть и решился задать неудобный вопрос.       — Насколько я понимаю, сегодняшний инцидент – ваших рук дело?       «Ебать ты конченый!» - подумал глава – «За такое тебя бы уже давно утопили в Море с привязанным к шее камнем.»       Злобный взгляд Комиссара в сторону мужчины заставил того запаниковать пуще прежнего. Он извинился за неудачный вопрос и предложил заключить сделку в его кабинете. Стоило мужчинам начать выдвигаться, так тут же из ниоткуда на их пути появилась учительница математики Марья Ивановна. Она тут же кинулась обнимать своего старшего сына.       — Витя! Витенька! Вот ты где! Как же я за тебя волновалась, ненаглядный ты мой! – после причитаний женщина злобно взглянула на младшего – Чего от Витеньки моего хочешь, харя бандитская?       — Мамуль, не мешай, я сейчас сильно занят… - Крючков попытался выбраться из удушающих материнских объятий.       Несмотря на то, что взгляд Комиссара был спокойным и невозмутимым, внутри него бушевали злость, отвращение и детская обида на слова матери. Лишь тяжёлое из-за повреждённого лёгкого дыхание выдавало его истинные эмоции.       — Если ваш сын не подпишет соглашение добровольно, то другие члены «союза» заставят его это сделать. В противном случае мы вынуждены будем ликвидировать его как нежелательного свидетеля.       — ПОЧЕМУ МОЙ ВИТЯ ДОЛЖЕН СТРАДАТЬ ИЗ-ЗА ВАШИХ РАЗБОРОК? Я НЕ ПОЗВОЛЮ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЕГО В ВАШИХ ГРЯЗНЫХ ДЕЛАХ!       — Да не собирался я его где-либо использовать. Пусть он подпишет бумажку, выполнит одно единственное условие и делает что хочет, хоть с окна выбросится.       Марью Ивановну не устроил ответ Комиссара. Она накинулась на него с криками о том, что придушит его собственными руками за то, что посмел ей нахамить. Комиссар дал ей сильную оплеуху, от которой на пухлой щеке остался бордовый след. Женщина села на пол и принялась плакать и вопить о том, что «треклятый бандит» чуть не убил «хрупкую беззащитную женщину» и что «вся полиция давно подкуплена бандами». Виктор Степанович бросился на парня с кулаками, но невидимый для него Dead or Alive схватил его за шею, что для стороннего наблюдателя было похоже на приступ панической атаки.       — Я… согласен… тов…арищ Ко...ми..ссар… - прохрипел директор, после чего стенд отпустил его, и он упал на пол.       Комиссар сел на пол, достал заранее распечатанное соглашение, в которое Виктор Степанович затем вписал своё имя и поставил подпись, после чего с трудом поднялся сам и поднял за шиворот директора.       — Надеюсь, ты будешь соблюдать наш договор строже библейских заповедей. А эту свиноматку я бы закатал в бетон, не будь она и моей матерью тоже.       Марья Ивановна перестала истерить и с неподдельным ужасом посмотрела на Комиссара. Виктор Степанович в очередной раз пришёл в замешательство: он пытался найти в бандите знакомые ему черты лица и со временем он начал узнавать в нём главного неудачника Морино Борю Крючкова. При виде следа на щеке женщины, взгляд парня приобрёл хищные черты, а губы скривились в злобной гримасе, в результате чего из-за выражения лица он стал похож на серийного убийцу. Напоследок, Комиссар встретился глазами с матерью и братом, убедился, что они действительно боятся, а не, как обычно, презирают его, после чего равнодушно развернулся и ушёл со школы под аплодисменты восхищённых школьников.       — Сколько б я его не воспитывала, он всё равно весь пошёл в отца. Господи, спасибо тебе за Витеньку. – необычным для такого как она человека дрожащим голосом прошептала Марья Ивановна, небрежно потирая след на щеке.       Комиссар вышел из школы и упёрся спиной о стену, по которой он постепенно сполз вниз. Он уже совсем не мог передвигаться: многочисленные переломы в области грудной клетки и серьёзные травмы внутренних органов давали о себе знать. Аббаккио подошёл к лидеру узнать в чём дело, но тот потребовал отвезти его домой и забрать Джорно с Ашотом со школы. Милиционеру ничего не оставалось кроме как выполнить приказ.       Леоне подъехал к дому, где его уже ждали Фуго и Бучелатти. Парень забрал успевшего за время поездки потерять от болевого шока сознание Комиссара и пошёл с ним внутрь, капо остался разговаривать с милиционером.       — Мне удалось решить дела с начальством. Так как во всей этой ситуации замешана одна из групп «Союза», то они моментально «закрыли» дело и передали его расследование в руки «СССР».       — Как Комиссар разрулил ситуацию с директором?       — Сначала они вежливо говорили. Директор уже был готов сам всё подписать, если б не его мать. Комиссар всё же заставил подписать бумагу о неразглашении с помощью «Dead or Alive».       — Куда ты сейчас поедешь?       — Сначала привезу сюда Джорно с Ашотом, а затем поеду на место аварии расследовать дело. Заодно узнаю, что случилось с гопниками.       — Бывай. – ответил Бучеллатти и сел на лавку у подъезда ждать ещё пострадавших.       Спустя 15 минут Аббаккио приехал с Джорно и Ашотом, которых, в отличие от главы КСП, заносить не пришлось. Итальянец уехал по делам, Ашот пошёл в дом Комиссара, Джорно остался разговаривать с Бучеллатти.       — Как ты так быстро попал под действие стенда Большехерова?       — Бучеллатти, его стенд обладает гипнотическими свойствами, из-за чего любой, даже Комиссар, попал бы под его действие. Нас спас сын Ларисы Анатольевны – к счастливому стечению обстоятельств, DDF не действует на маленьких детей. К тому же он оказался стендюзером.       — Вот это удача. Хорошо, что всё хорошо закончилось! Что насчёт олимпиады?       — Лариса Анатольевна доложила начальству о том, что на школу напала ОПГ, из-за чего олимпиаду перенесли на понедельник. Катерина Сергеевна, одна из членов комиссии, увидев Ларису Анатольевну в плохом состоянии и мёртвого Большехерова, вызвала скорую. Чем закончилось дело – не знаю, потому что за нами приехал Аббаккио. Скорее всего, с ней будет разговаривать кто-то из членов «Союза», вполне возможно, что сам Комиссар, или кто-то из других близких боссу людей. Очень надеюсь, что у Хельмута не останется психологических травм. Что произошло у вас?       — Один из «мастеров» дал Профессору билеты в музей, по которым мы туда пошли. Тот самый «мастер» начал проводить нам экскурсию по музею, после чего напал на меня, Фуго, Комиссара, Профессора и Наранчу. Мы смогли его победить, после чего разошлись на помощь остальным. Профессор и Наранча пошли спасать Аббаккио и Ковалёва, я и Фуго – Мисту и Триш, а Комиссар ушёл к тебе. Через Сяву и Серого мы связались с Аракеляном и попросили его прийти тебе на выручку.       — Я в курсе. Аракелян, как и я, попал под действие стенда.       — Фуго выплеснул на лицо «мастера» концентрат азотной кислоты, которая была подписана как «серная 37%», из-за чего в школе появилась угроза биологической опасности, и нам пришлось разбираться с милицией и руководством школы. Затем появился искалеченный Комиссар, который быстро всё порешал. Гопники сейчас находятся на разборках с четвёртым «мастером» и до них нереально дозвониться – они недоступны. Профессор и Наранча погнались за сбежавшими из СИЗО Аргоном и Ксеноном, которые выбрались с помощью Неона. Последнее, что за них известно – то, что они попали в аварию прямо на въезде в Ромашкино.       — Как я понимаю, дела совсем плохи? Ведь в Морино за один день произошло огромное количество странных событий. Власти обязательно заинтересуются всем этим…       — Не стоит об этом переживать, Джорно. Думаю, у Комиссара всё схвачено. «Союз» - влиятельная ОПГ. Их люди находятся буквально везде, начиная от обыкновенных ларьков с шаурмой и дворников, и заканчивая чиновниками городской администрации. Вижу, тебе совсем плохо. Пойдём домой.       — Пойдём. – Джорно и Бучелатти зашли в подъезд, чтобы попасть в квартиру Комиссара. To be continued…