Бессознательное

      Нигай потихоньку приходила в сознание, медленно открывая глаза, она всматривалась в смазанное окружение. - Г-где это я? - задавалась она вопросом, внимательно осматриваясь вокруг. Она лежала на мраморном столе, с одной сплошной ножкой растянувшаяся во всю длину. Нигай чувствовала его гладкую и жесткую поверхность своей спиной. Да, кажется кто-то поместил её на этот стол. Дева находилась в небольшой беседке из белого камня, колонны которой возвышались высоко вверх, к круглой узорчатой крышей. Они были оплетены черными шипами, а в самом верху собрался большой пучок роз. Всего было пять колон, и рядом с каждой стояла черная статуя мальчика. Нигай села и продолжила осматриваться. На себе она не обнаружила привычной одежды. Кто-то переодел в облегающий черный костюм, без молний или пуговиц. На нем был лишь бирюзовый закруглённый узор, изрисованный по всему телу. Подойдя к статуи, Нигай внимательно осмотрела её, лица не было видно, но учитывая низкую высоту, было понятно, что она изображает мальчика лет двенадцати. - Похож, может быть это тот пацан? Только что он тут делает? – задумалась Нигай, проводя кончиком пальца по его щеке. Дева перевела взгляд на мост, ей было любопытно куда он ведет, подойдя ближе она обомлела. Беседка парила в воздухе, в сфере, стены которой были сделаны из мышц, вперемешку с кровью и ошметками внутренней стороны кожи. Толстые вены пульсировали и качали кровь по всей конструкции. Из каждой щели сачилась кровь, а стены перевалились на свету. Зрелище было не из приятных, у Нигай возникло такое чувство будто её посадили в черепную коробку, в которую пихнули все органы и ткани. Тусклый кровавый туман охватывал всё пространство, тем не менее через него виднелся хлипкий мост, которой переходил из начала беседки от мрамора, к сырым доскам в середине. - Здесь ловить нечего, нужно идти по мосту. Туман густой, но я всё равно вижу, что на той стороне что-то есть, - прищурившись, Нигай рассматривала очертание здания впереди. Набравшись смелости она потопала по мосту. По мрамору с художественными перилами, было идти спокойней, а вот хлипкие дощечки вызывали дикое волнение. Шаг за шагом дева медленно пробиралась вперед. Наконец доски закончились и начался нормальный мост. Перед Нигай открылся вид на беседку. В отличии от предыдущей она была кубической формы, с четырьмя колонами, возле которых росла пара засохших кустов с шипами. Они росли из лужи крови, медленно растекавшаяся по трем ступенькам вниз. В беседке стоял длинный, но узкий стол, как из средневековья. Рядом три стула, из черного дерева в минималистичном стиле, с высокими спинками. Причем один из них стоял во главе стола справа, будто там должен сидеть король. Однако в первую очередь Нигай бросились в глаза ни стол и стулья, а Тюльпан, вальяжно не полностью присевшая на стол. - Проходи-проходи, не стой на пороге, - лукаво произнесла она, жестом руки подзывая к себе. «Эта паучиха выглядит чертовски подозрительно, тем не менее она не такая агрессивная, какой была некоторое время назад», - нахмурилась Нигай. Она подошла к Тюльпан и пристально посмотрела на неё. - Какой не доверительный взгляд, мне даже обидно, - хитро улыбаясь, произнесла дева. Она высокомерно откинула волосы рукой и легкой походкой подошла к началу стола, к тому самому королевскому стулу. Приземлившись, блондинка подперла рукой лицо, а вторую выпрямила и прислонила ладонью к столу. – Дорогуша, ты что оглохла? Я предложила присесть. - Кто ты такая? Откуда взялась? – отрезала Нигай, неподвижно стоя возле стула. - Пф…можешь со мной быть невежливой, но хотя бы с Фанаэлем поздоровайся. Он ведь помог выбраться тебе из клетки, - усмехнулась Тюльпан, кивая в сторону. Дева обратила внимание на то место куда показала жестом блондинка. - Каору? Напротив, девы, широкой стороне стола, чуть поодаль, сидел Каору. Все его лицо было в трещинах и царапинах, по его виду было понятно, что чувствует он себя просто ужасно. - Покажи ей свое настоящие лицо, уже нет смысла притворятся. - Ла-адно, - выдавливая улыбку произнес парень. Он щелкнул пальцами, и несколькими помехами приобрел совершенно иной вид. Перед Нигай появился абсолютно другой человек, непохожий на Каору. У него были короткие приглаженные волосы, с прямой чёлкой, с отвисшими прядями по бокам, пурпурного цвета. Зеленые большие глаза, формой напоминающие глаза Нигай. И смешно оттопыренные эльфийские уши. Несмотря на кардинальную смену внешности, трещины всё также оставались на его лице. - Кто же вы такие…- слегла удивившись, тихо произнесла Нигай. - Наконец-то я могу предстать перед тобой в своем обычном виде, притворятся твоим парнем было не слишком приятно. Я бы предпочёл быть собой при разговоре, - оперевшись на руку, улыбаясь произнес парень. – Я – Фанаэль. - Это я поняла. Фанаэль и Тюльпан значит…- дева строго перевела взгляд на неё. – Хотя ты мне больше напоминаешь паучиху. Нигай внимательно осматривала четыре руки Тюльпан. - Ладно, не желаешь сидеть – стой, а я уже скорее хочу перейти к делу. - Так откуда вы двое взялись? - Не знаю. - А? В смысле? - И я не об этом! Давай договариваться. - Это о чем же? Вот так ничего не объяснив, ты хочешь договорится о чем-от? Вы произвели не самое лучшее впечатление на меня, и теперь я должна на что-то там соглашаться?! Какие вы наивные! - Не злись, Нигай, - продолжил Фанаэль. – Ты права, конечно, но выслушай Тюльпан, хорошо? - Ну, раз уж ты просишь, то ладно, - фыркнула дева. – Ну так и что ты хочешь? - Поняла ты или нет, но факт остается фактом - мы с тобой делим одно тело. Я и ты – две личности, которые хотят жить в свое удовольствие, я предлагаю делить тело и свободу поровну. - Раздвоение личности…- прошептала Нигай. - Я все слышу, дорогуша. Не называй это раздвоением личности, я родилась развивалась сама по себе, без твоей помощи. Нас вообще ничего не связывает, понятно? – лукавая улыбка мгновенно сошла с лица Тюльпан. - Видимо, тебя неимоверно бесит иметь со мной дело, - высокомерно произнесла девочка. - Кхм…так вот, – продолжила девушка, не обращая внимания на эти слова. – Ты можешь жить как захочешь утром, днем, и вечером, и я не вмешиваюсь в твои дела и вообще не появляюсь при твоем бодрствовании. Я же могу пользоваться телом ночью, в свою очередь ты тоже мне не мешаешь. Договорились? - И что же ты собираешься делать ночью? Убивать людей и строить свои странные статуи? - А вот это уже тебя не касается. Я же сказала, что никто из нас не лезет в жизнь друг друга… - Тюльпан, не забывай о том, что мозг постоянно будет работать. Без сна, ты сама сойдешь с ума, - подметил Фанаэль. - Не все части мозга работают одновременно. Пока эта дорогуша будет бегать, как несчастная собака за своим петухом, моя часть мозга будет в отключке. Так же и в обратную сторону. - Что ты сказала?! – разозлилась Нигай. - Но твои слова не лишены истины…- задумалась Тюльпан. – Тогда новый пункт соглашения. Я не буду выходить каждую ночь, а позволю тебе как обычно спать, но и ты должна спать днем. - Ты сейчас серьезно всё это обсуждаешь? – усмехнулась Нигай. - А что, похоже на то, что я прикалываюсь? - Нигай, я понимаю тебя, это место и произошедшее с тобой выглядит довольно странно, но оно всё к этому и шло. Вы должны договорится, - встрял Фанаэль. - Именно! Именно! Всё это до одури странно! – неестественно улыбалась Нигай, смотря ошарашенными глазами то на парня, то на девушку. – Оказывается у меня в голове живет вторая личность, которая пыталась меня убить! Непонятный зацикленный мир! Это до чертиков страшное место! А сейчас я должна принять предложение от второй личности, позволив ей вытворять всякие зверства с другими людьми! Вы издеваетесь?! - Закрой свой рот и соглашайся уже. Другого выхода у тебя нет, - еле сдерживаясь, произнесла Тюльпан. - Нет выхода? Еще как есть. Иди нахуй, поняла! – выкрикнула Нигай. – Ни за что я не позволю убийце делать с моим телом всё что вздумается! Засунь своё договор в свой поганый рот и сиди смирно на этой помойке, паучиха! - Ты посмотри какая борзая стала, а раньше язык в жопу засунет и слова вымолвить не сможет, - тяжело поднялась Тюльпан, намереваясь идти к Нигай. – А ведь только благодаря мне в тебе родилась эта смелость, даже вон матом ругаться стала. - Тюльпан, погоди…кха! – сильно закашлял Фанаэль схватившись за сердце. - Э..эй? Ты в порядке? – обеспокоенно обратила внимание на него Нигай. - Это ты с ним сделала, а теперь беспокоишься? Не поздно ли ты спохватилась, ничтожество? – ярость всё нарастала, в спокойном голосе Тюльпан. - Я ничего не делала с ним, Фанаэль, что с тобой? Чем тебе помочь? - Тюльпан, не надо…просто договоритесь…- кряхтел парень, тяжело облокачиваясь на стол. - Это ты, блять, с ним сделала! Ты! – повышала тон Тюльпан, она подошла вплотную к девочке, и начала резко отталкивать ладонью. - Я же сказала, что не трогала его! – прислонив руку к груди возражала Нигай, потихоньку отходя назад. - Фанаэль…мой Фанаэль…мы родились с ним в один день. Первым кого я увидела был он, он мне словно брат. А из-за тебя он умирает! – продолжала наступательными движениями толкать деву. - Да как я могла?! Я даже пальцем его не касалась! - Фанаэль призван защищать нас обеих! Только я не доставляю ему столько проблем, а ты истязаешь его своей болью! Чем больше ты ноешь, тем больше он берет удар на себя! Посмотри на него, всё тело трескается, если ты не сгинешь и продолжишь терзать его, то он совсем расколется! - Это невозможно! Никто не может страдать от чужой боли, это… - Да заткнись ты, ничтожество! Почему тебе всё надо объяснять, почему ты не можешь ничего понять! - Кха! Кха! Тюльпан…успокойся, еще можно остановится…- продолжал еще сильнее кашлять парень. Как на фарфоровой вазе, с его щеки начали откалываться небольшие куски плоти. Внутри он был пуст, словно кукла, наполненная лишь тьмой. - Я злюсь, и моя ярость тоже переходит к нему! А всё из-за тебя! - Просто скажи мне всё, и я исправлю! - Да что ты можешь, ничтожество?! Ты не в состоянии сказать свои мысли без лжи, только сгинув ты оставишь нас в покое! - Да о чем ты говоришь?! Откуда ты так много знаешь о мой жизни! - Да потому что у нас одно тело! Я вижу одними глазами, слышу теме же ушами, испытываю те же эмоции что и ты, - орала на неё Тюльпан. – Ладно, блять, ладно, я разжую тебе, тупице, что и как здесь! Она схватила её обеими верхними руками за горло и приподняла. - Это место – наша психика. Это место – то как выглядит нашего эго. Внизу, посмотри своими глупы́ми глазами вниз, - силой Тюльпан повернула голову Нигай в сторону. – Там бессознательное – Ид. Глубокая и всепоглощающая бездна, без сторонней помощи оттуда не выбраться. Ты находилась в мире грез, это не рай, тупица. Мозг создал это блаженное место для тебя, что бы ты, ничтожество, была счастлива и не травмировала больше себя и Фанаэля в том числе. Всё это время ты спала в бессознательном, все твои переживания и прочее говно удерживали тебя там! А здесь, наверху эго – настоящее, реальная жизнь. Фанаэль – механизмы защиты. Он управлял миром грез, он делал тебя счастливой, он защищал твою личность от стресса, чтобы ты не сошла с ума от своего же нытья. - А ты…тогда кто? – силой повернув голову Нигай, смотря в безумные желтые глаза Тюльпан. - А я…я суперэго, - томно произнесла она. – Я идеальный человек. Я высшее существо. Я живу искусством и делаю этот мир красивее. Я великий скульптор, запечатлевающий момент, я увековечиваю прекрасные тела людей в еще более прекрасные статуи, которые веками будут украшать этот мир. - Вот как…ну хоть не посланник божий, а то было бы как-то сильно вымученно, - усмехнулась Нигай, надменно смотря на деву сверху. - Смеешь подкалывать меня в таком положении, ничтожество? Что ж, я тоже умею шутить, - высокомерно произнесла Тюльпан. Сжав крепко кулак третьей руки, она со всей дури врезала Нигай в живот, та раскрыла рот от сильного удара. Тюльпан отпустила её, дева глухо упала на каменный пол. - Всё то время, что ты спала я наблюдала за твоей жизнь, и знаешь, что я поняла, ничтожество? – блондинка сильно пнула её ногой в живот. - Кхаа… – Ты бесхребетное и жалкое создание! - снова пнула кончиком обуви, сильно врезавшись в мягкие ткани брюха. Этот удар был сильнее чем предыдущий. Ужасающая тупая боль прошлась по всему животу. - Ты молчишь и терпишь, молчишь и терпишь! – удар. – Ты никогда не говоришь правду, никогда не защищаешься, только соглашаешься и улыбаешься как убогая терпила. На каждую фразу Тюльпан продолжала избивать Нигай ногами, стараясь как можно сильнее изуродовать лицо. Сквозь костюм не ничто не текло, а вот лицо покрывалось рваными ранами, из которых не прекращая лилась кровь. - Твой рыжий петух назвал тебя мусором? Похеру! Твоя новоиспечённая сестрица кинула тебя? Похеру! Твоя обожаемая Гретель отказалась быть твоим другом? Вообще насрать, буду терпеть дальше! - П-просто я…выше этого, - глухим голосом произнесла Нигай, смотря сквозь стекающую по её лицу кровь. - Ты это сейчас о гордости говоришь? Нет, дорогуша, просто ты тупое ничтожество, ты родилась терпилой, жила терпилой и сдохнешь, как бесполезная собака, - наконец она остановилась. Немного отойдя, Тюльпан продолжила смотреть на деву сверху. - По кр-крайней мере не опущусь до у-убийства… - Пха…а ты всё о своем. – усмехнулась она. – Ладно, я выместила на тебе свою злость, но я позволила попасть в это место не для того чтобы просто избить. - Ты позволила? - Фанаэль, мой дорогой брат рассыпается на глазах, и всё из-за тебя, - спокойно говорила Тюльпан, томно смотря краем глаза на парня, которой неподвижно облокотился всем телом на спинку стула. - Я не хотела делать ему б-больно, - пыталась подняться Нигай. Она еле-еле встала на четвереньки, её руки дрожали, они не могли держать её. С огромным усилием Нигай присела на корточки, от нагрузки её руки сильно подкосились, так что она чуть не упала. Набрав силы в тело она всё же, через боль поднялась. – Но вы не должны быть в моей голове, я прошу вас уйти и прекратить лезть в мою жизнь…. - Прежде чем я снова засуну тебя в бессознательное, ответить мне на один вопрос. - Ч-то… - Мир грез был идеальным местом для тебя. Там исполняться все мечты, твой парень будет до беспамятства любить тебя, есть сестра и друзья, восхищающиеся тобой. В мире грез ты не бесполезное ничтожество, столько умеешь и многого можешь достичь, делай что угодно… - Но это всё ненастоящее, - прервала её Нигай. - Э-э? - Да, ты права, паучиха. Там мне подвластно всё, там я была по-настоящему счастлива, но в чём смысл жизни и мечты, если нет преград, которые нужно преодолеть? Только проходя сквозь тернистый пусть, мои усилия и успех будут по-настоящему важны. - В реальной жизни ты и близко не сможешь достичь того величия, что предлагает тебе мир грез. Он ограничивается лишь твоим воображением, ты можешь быть абсолютно кем угодно и жить где угодно. Хоть в исекае, хоть в пост апокалипсисе. Ты хочешь променять безграничные возможности на реальность, где ты и близко не приблизишься к своему идеалу? Что если, как бы ты не старалась твоя мечта, так и не исполнится? Ты никогда не добьешься взаимной любви, не станешь известным человеком, не испытаешь радость путешествий и экстрима? Что если тебя ждет только нищета и одиночество? - Пусть. - Пусть? И ты согласна на это? - Чтобы со мной не произошло - это будет реальностью. Если у меня будет скучная работа – пусть, нелюбимый человек – пусть, даже если я буду нищей и несчастной – пусть. Значит таков мой путь! – оживилась Нигай, смотря усталым взглядом в полусогнутом состоянии. - Пусть это будет только моя вина! Но это настоящая жизнь, с настоящими чувствами! Только так я буду чувствовать себя живой, поэтому я не позволю упрятать меня в мир грез! - Вот же ничтожество…Как же ты заебала меня своей непробиваемостью! – заорала Тюльпан и кинулась на Нигай. Она схватила её за плечи и начала сильно давить, отталкивая её к краю беседки. – Сдохни уже! Сдохни! - Не позволю! – крикнула в ответ девчонка. Крепко вцепившись в ключицы Тюльпан, она что есть мочи уперлась ногами в пол. - Усни в бездне бессознательного, и дай нам с Фанаэлем нормально жить! – давала отпор девушка, она навалилась на деву всеми четырьмя руками и сильнее давила. Нигай не могла выдерживать такую сильную тяжесть четырех рук, потихоньку её ноги скрипели о пол, и она скользила назад. - Н-нет…нет! Остановись! – отчаянно кричала она. Она вытянула шею в пред и резко стукнула Тюльпан лбом, чтобы хоть как-то перевести дальше вес от пропасти. - Сопротивляешься, да, сука?!Это занятно! – широко улыбнулась дева. – Признаю, ты стала смелее, не без моей помощи, конечно, но этого не достаточно! Девчонка ударила Нигай в живот двумя нижними руками. Слабые ноги подкосились, и она начала опускать. В то же мгновение Тюльпан снова сковала её свободными руками и быстрым шагом потащила к пропасти. - Ах! Стой! Стой! - Прощай, дорогуша! – во все зубы тянула лыбу Тюльпан, быстро выкинув тело подальше от себя. Нигай вылетела с беседки и прямиком полете вниз, в пустоту. Ошарашенным взглядом она смотрела на беседки сверху. Чем дольше летела Нигай, тем тяжелее было её тело, она словно камень, брошенный в воду, стремилась на дно. Наконец тьма закончилась: Нигай вылетела из огромный воронки в сером небе и бултыхнулась в море. - Нет! Нет! – в мгновение вынырнув, кричала она, махая руками, будто пытаясь удержаться за что-то. Но в то же мгновение её схватили десятки черных трупных рук. Они резко впивались в её тело, рвя кожу, и утягивали Нигай на дно. Снова в глазах появилась помехи, а перед ней предстала Тюльпан. - Не бултыхайся, тебе ничто не поможет, ты уже в лапах бессознательного, - с ухмылкой говорила она. Девушка прислонила ноги к лицу Нигай и наступила на неё, настолько сильно, что та окончательно ушла под воду. Черное море поглотило её. Девочка чувствовала успокоение, больше не было сил сопротивляться, глаза медленно закрывались, её охватывал крепкий сон. Трупные руки цепкой хваткой тащили тело вниз, в этот раз даже глубже чем было в первый. - Вот и всё. Мир грез сделает тебя счастливой, ничтожество, – снова возникли помехи и с этими словами Тюльпан исчезла. Она вновь очутилась в своей беседке, подойдя к Фанаэлю, девушка взяла его на руки, нежно положив его голову к себе на ключицы. Спокойным шагом она направилась в беседку, напротив. Идя по мосту, от каждого соприкосновения с ногами он начал покрываться трещинами, похоже он разрушается. Пройдя середину, хлипкие доски сломались чуть ли не в мелкую крошку и упали вниз. С каждом шагом мост разрушался, даже твердый мрамор не выдерживал веса двоих людей. Благо Тюльпан вошла в беседку, до того, как мост окончательно раскрошился. Краем глаза посмотрев на него, она вплотную подошла к мраморному столу и положила Фанаэля на него. - В таком положении этот стол похож на смертное одра, хах. - Не говори. Этой девки больше нет, бессознательное засосало её так глубоко, что даже твой контроль не нужен, бездна сама всё устроит. Больше ты не будешь испытывать боль, но придется постоянно находится в её скрепе, так ты не будешь рассыпаться, - спокойно говорила Тюльпан. - Спокойствие не будет длится вечно, я говорил тебе, даже если ты утопишь Нигай на дне бессознательного, полностью овладеть её эго и телом ты не сможешь. Тюльпан, твои действия аукнутся печальными последствиями для нас всех, - безжизненно улыбаясь, говорил Фанаэль, продолжая осыпаться. - Перестань, это только предположения. Всё будет хорошо, не переживай, мы будем счастливы здесь, вдвоем. - Агрх! - вскрикнула Тюльпан. Она опустила взгляд на свой живот и заметила торчащее лезвия, из раны хлынула кровь. Она резко кашлянула, из рта тоже начали литься красные струи. Рывками осматриваясь, она обратила внимание на пятерых рыжих мальчиков, да, тех самых, что помогали Нигай в мире грез. - Что…за? Кха! Р-разве они не т-твои вариации...Как они ожили…то ни-ничтожество на д-дне-е… - Сейчас они мне не подчиняются…я говорил тебе, что твой план не сработает, - мертвым голосом произнес Фанаэль. В этот момент осколок глаза упал в его голову. - Н-нет, не должно всё-ё закончится т-так… Мальчики резко вырвали ножи из тела и Тюльпан грохнулась на живот. Через силу поднимая голову, она снизу смотрела на них. Словно куклы, мальчишки отошли назад к колоннам и снова стали статуями. - Хах и это всё? И эта вся твоя охрана, ничтожество? – скрепя зубами улыбнулась Тюльпан. В этот момент верхняя часть её головы растрескалась и осколки упали в пустое пространство. – Что?! - Ты не хочешь это принять, но вы с Нигай две стороны одной медали, ты часть её личности, как и она твоей… - Не неси чушь, Фанаэль! Только не сейчас! – ноги и руки Тюльпан мгновенно раскололись, она продолжала неподвижно лежать в осколках, не в состоянии двинуться. - Ты не можешь уничтожить её, при этом не повредив себя. Отправив её в бессознательное, ты наполовину убила и себя тоже. Только я мог бы поддерживать тебя в сознании, но я умираю… - Ф-фанаэль? Почему ты так резко замолчал…Фанаэль! – закричал Тюльпан, теряя осколки со своего лица. Еще один кусок в области глаза на лице Фанаэля разрушился, ведя за собой еще больше разрушающихся трещин. - Н-нет…не правда…я не могу умереть вот так…я не…- блеск в глазах Тюльпан пропал, от неё осталась только полуразрушенная голова и часть туловища в области живота.