Мне было 14...

Близился вечер, а Жан так и не сомкнул глаз. Компания, которую основал еще его дед, не приносила большого дохода, но позволяла Макмайерам не бедствовать и зарабатывать легально. В погоне за большими деньгами, Жан стал занимать перевозкой наркотиков. Он понимал, это опасно, но платят... Макмайер откинулся на спинку кресла и тяжело вздохнул. Теперь с него стребуют по полной. Пятьсот грамм... Это немалые деньги... — Колас, Колас... — пробормотал Жан, — Что же случилось? Он знает, что Колас - самый преданный его семье человек. Его заслуги перед их семьей неоспоримы, но... Как же это могло произойти? Жан закрыл глаза. Он очень устал. Опять придется распинаться перед этими напыщенными индюками, объясняться за потерянный наркотик, платить кучу валюты... — Месье Макмайер, гости прибыли. Макмайер открыл глаза и посмотрел на Ноэля. — Аллан прибыл? — спросил он, поднимаясь. — Да, примерно пятнадцать минут назад. — Один? — Нет, с тем мальчишкой... — Ноэль сдвинул брови, — Как же его... Марсель? — Мишель. — Тихо проговорил Жан.

* * *

— Мишель! — Люсьен был взволнован, — Миша, mon garçon*, не уходи далеко, тут много незнакомцев... — Папа, не волнуйся, я не потеряюсь в четырех стенах. — Засмеялся мальчик. — Можешь не волноваться за меня, и идти знакомится с коллегами. Люсьен грустно улыбнулся и кивнул. Он ушел на летнюю террасу к остальным гостям, а Миша остался в гостиной. Посидев пару минут, и убедившись что отец не придет в ближайшее время, Мишель тихо ушел гулять по этому большому поместью. Выйдя в большой и просторный коридор, он был крайне изумлен. Вся стена по левую руку от него, была увешана картинами известных французских художников восемнадцатого века. Мишель замер, он никогда не видел в живую эти полотна, и вряд ли надеялся увидеть. " Лот с дочерьми ", " Сцена в парке ", " Аполлон и Дафна "... — Это прекрасно... — прошептал Миша, касаясь рукой шершавого полотна. — Ты так считаешь? Голос заставил мальчика вздрогнуть. Повернув голову, он встретился взглядом с парой ясных серых глаз, пристально смотрящих на него. — Я... Я увлекаюсь искусством, — проговорил Мишель, снова посмотрев на картину, — это мое хообби. Я всегда хотел посмотреть на них вживую. — Вот как? Значит, увлекаешься искусством... А сам рисуешь? — Жан подошел ближе к Мише, неотводя от него своих глаз. Мальчик смущенно улыбнулся и сказал: — Немного, я все еще учусь... — Он завел волосы за ухо, — Мне нравится рисовать людей с необычной внешностью... И... Таких как вы. Жан удивленно приподнял бровь. — Таких как я? Что ты имеешь ввиду? — Макмайеру нравилось наблюдать за тем, как этот мальчишка смущается от каждого его слова. — Вы очень красивый, у вас черты лица правильные... Рассмеявшись, Жан запустил руку в свои волосы. Какой же он простак. Заметив, что смутил Мишу окончательно, он похлопал его по плечу и проговорил: — Раз так, нарисуй меня как-нибудь. — Он чуть склонился к нему. — Я был бы не против, быть твоим... Мужчину прервал телефонный звонок. Крепко сцепив зубы от злости, что его прервали, он грубо ответил: — Да?! — Здравствуй Жан, — спокойный и размеренный голос, который Макмайер сразу узнал, — мне донесли, что ты потерял то, что принадлежит мне. Мужчина перевел взгляд на обеспокоенного Мишеля и отчеканил: — Я сейчас не могу говорить, сам понимаешь, дело необычное. — Да, я понимаю, не ответишь в течении этого дня, я возьму с тебя долг с процентами, хорошего вечера. — Последовали короткие гудки. " Ублюдок... " — пронеслось в мыслях Жана. Улыбнувшись, он убрал телефон в карман. — ...натурщиком. — зкончил он, видя, как краснеют уши Миши. — Как ты смотришь на это? — Я... Я... Макмайер склонился еще ниже к нему и, остановившись в паре сантиметров от его лица. — Безобидный рисунок, ничего более, mon garçon... — Миша? Директор? Что вы тут делаете? Резко отстранившись друг от друга, они посмотрели в конец коридора. Это был взволнованный и крайне удивленный Люсьен. Откашлявшись, Жан выпрямился и произнес: — Рассматривая картины, мы совсем потеряли счет времени. Аллан, все руководители в сборе? — Д-да, но... — Люсьен был растерян и возмущен одновременно. — Отлично, идем Аллан, нас заждались. — Посмотрев на Мишеля, он тихо произнес, — Еще увидемся, Миша.