станцуешь со мной?

Новый учебный день. На этой неделе первый, предстоит трудная неделя с семью уроками в день, постоянными проблемами и убивающих обязанностей вне учебного заведения. Эти проблемы всегда окружают школьников, но не думали ли вы, что у учителей они те же самые? Можно взять в пример учителей хореографии школы Йокогамы - Фёдора Достоевского и Осаму Дазая. Фёдор - не местный русский двадцати шести лет, с чёрными волосами до плеч, аметистовыми глазами и худым телосложением. Он совершенно не похож на японцев и некоторые неприличные особи могут косо на него смотреть, особенно дети, которых он обучает технике танца уже несколько месяцев, с самого первого триместра. Дазай - японец двадцати двух лет, который родился и всю жизнь проживает в этом городе, с шатенистыми, немного кудрявыми волосами, ликёрными глазами и милыми чертами лица. Они разные, но их объединяет несколько вещей - любовь к обучению и любовь к танцам. Каждый из них хочет посвятить этому жизнь. В движениях можно выразить себя, показать всю свою энергию, а также наслаждаться и удивлять всех своим талантом. Сегодня же они не имели так много обязанностей: надо было лишь провести третий и седьмой урок, всё остальное время они были свободны, просто сидели в учительской, но, конечно, чаще репетировали. Третий урок прошёл беспокойно: приходили младшие классы, и, мало того, что не все хорошо себя вели, так ещё и движений особо не знали, хотя единственное, что от них просят - это выучить "восьмёрки" и ничего более. Когда урок, который, кажется, шёл бесконечно долго, закончился, и, оказывается, имел конец, все переоделись и разошлись. Достоевский разбито выдохнул и начал что-то искать. —..где, чёрт возьми, мой энергетик. — Я оставил его где-то на сцене, поищи там. Бутылка с энергетическим напитком и правда оказалась на углу сцены; русский взял её, открыл, сел на сцену и начал допивать содержимое там. Осаму же снова подал голос. — Теперь у нас много свободного времени...может, прогуляемся? Домой сходим? — У меня есть ещё пару дел с документами. У тебя, кстати, тоже.. Парни так же были членами состава Японской академии искусств, а туда не одни дураки попадают, а лишь те, кто правда добились чего-то стоящего в области изобразительного искусства, музыки, литературы или танца. Конечно, с этим появляется ещё больше проблем. — Ох...ладно, я займусь этим. После этого они провозились с делами ещё некоторое время. Ну, спасибо хотя бы на том, что уроков сегодня не много, иначе пришлось бы чуть ли не разрываться. *** Перемена перед седьмым уроком. Большая часть всех обучающихся уже ушла домой, да и все остальные, кто не ушёл, скоро уйдут. В зале, где проходили занятия, готовятся к уроку старшеклассники на втором году. Проводить занятия у старших классов намного интереснее: они не такие непослушные, с ними можно поговорить наравне, а ещё с ними можно, даже нужно проходить более сложные танцы. Дазай включил на колонках нужную музыку, а именно, классику прошлых годов, веков так восемнадцатых-девятнадцатых. — Повторяйте движения, которые нужно было выучить. Даю вам на это остаток перемены и десять минут от начала урока. Русский даже просиял. — Ах, ты выбрал мою любимую композицию! Осаму усмехнулся. Он любил эту реакцию. — Конечно, на это и был расчёт. Шатен подошёл к своему коллеге, который в этот момент сидел за компьютерным столом, слегка нагнулся и протянул ему руку. — Станцуешь со мной? Брюнет смутился, на его щеках немного появился румянец на щеках. Ему почти никогда такого не предлагали. Но он пытался это скрыть и усмехнулся. —..что ж, посмотрим, на что ты способен. Федя взял его за руку, встал из-за стола. Дальше, будто под каким-то гипнозом, танец просто околдовал их. Каждое движение, - элегантное и не резкое, совершенно размеренное, - было идеальным, выученным наизусть. Но им не приходилось вспоминать, части тела сами делали то, что нужно. Учащиеся внимательно наблюдали за ними и их прекрасно скользящим по паркету ногами, кто-то даже снимал на видео. Сразу было ясно: перед ними истинные мастера своего дела. Когда песня закончилась, танец был окончен. Примерно в эту же минуту прозвенел звонок, означающий начало урока. Оба немного прерывисто дышали. Дазай не отпускал холодные руки Достоевского, которые последние пару минут он держал в своих руках, более тёплых. Федя первым отстранился от парня напротив и вымолвив, всё ещё пытаясь восстановить дыхание после трудных движений: —..а теперь начинаем урок. Все движения помните? *** Скоро об этом узнала вся школа. Узнала она лишь о том, как чудесно танцуют педагоги, преподающие хореографию, а каждый делал для себя вывод уже сам. Сами учителя же не обращали на это внимания, им были не интересны сплетни. Они разные, но их объединяет несколько вещей - любовь к обучению, любовь к танцам и любовь к друг другу.