И в горе, и в радости

Джил сидела за барной стойкой и медленно перемешивала овсянку с ягодами и клиновым сиропом. На айпаде был включен Netflix, в чашке ароматно пахло кофе с молоком, рядом лежал перевернутый телефон, оставленный на беззвучном, а на часах на стене светилось девять утра. По лестнице громко спустился Майкл. Он был в одних пижамных штанах, волосы все так же взъерошены, как и ночью, но его голубые глаза наконец казались выспавшимися. - Почему ты так рано не спишь? – голос его был слегка осипшим спросонья, а сам он передвигался до ужаса медленно. Джил положила ложку каши в рот и даже не посмотрев на мужа ответила: - Я всегда просыпаюсь в полдевятого. Не моя вина, что ты либо ночуешь в офисе, либо встаешь в семь и уже к восьми тебя нет дома. Майкл поднял бровь и саркастично извинился. - Меня это никогда не волновало. – девушка спустила ноги на пол и все-таки посмотрела в сторону мужа – люблю завтракать в одиночестве, и уж тем более не в компании равнодушного и циничного айсберга. Джил поправила свой теплый кардиган, взяла айпад, сделала последний глоток кофе и направилась в комнату. - Раз уж ты у нас в семье больше не добытчик, помой посуду, - и как обычно иронично добавила – дорогой. Майкл посмотрел на грязные чашку и тарелку и злостно скинул их со стола. Посуда разлетелась на осколки, один из которых впился ему в ногу. - Твою мать. Осколок был небольшой, но залез достаточно глубоко. Дверь резко открылась и в проходе появилась раздраженная Джил. - Неужели тебя и на минуту нельзя оставить одного? В офисе с тебя все явно пылинки сдували. – девушка открыла ящик на кухне и достала перекись водорода с бинтом. – Надо промыть. - Я в порядке. Иди обратно. Злость в его груди разрасталась. Он чувствовал себя ничтожным, нищими и жалким, и уж точно не хотел, чтобы кто-то видел его таким. - Рана глубокая, ее нужно обработать и забинтовать, иначе пойдет заражение. Джил налила перекись на ватный диск и присела на корточки, чтобы достать осколок из ступни. - Я сам. Я все сделаю сам. Уйди ты наконец. - Господи, ты можешь прекратить вести себя как упертый ребенок? - девушка подняла на мужа свои карие глаза и осуждающе посмотрела. – Тебе нужно собраться и позвонить отцу и Террансу. Я уверена, что все не так плохо, как тебе кажется. – Майкл скривился от боли, когда девушка достала осколок и приложила ватку. - Из моего офиса забрали абсолютно все, компанию распустили, счета заморозили, а за всем этим стоит Терранс. Поверь, все так плохо, как мне кажется. Нам есть, где жить только потому, что этот пентхаус нам подарил твой отец на свадьбу и записал его на тебя. Ногу щипало, а кровь пропитала бинт, но больно было не от этого. Все, к чему он так долго стремился, все, ради чего жил на работе, все, ради чего он забыл об обычной жизни было утеряно. Потерять миллионы было убийственно обидно, но как бы странно это ни было, боль, что горела внутри была от потери его детища. - Видишь, нам есть, где жить, а ты говоришь ничего нет. Осколки все еще были разбросаны по полу, Майкл откинулся на спинку стула и закинула ноги на стойку, Джил отряхнула штаны и поправила волосы. - Я так понимаю уборщица к нам сегодня не придет? Она улыбнулась и аккуратно обошла место с разбитой посудой. Девушка посмотрела на закрывшего глаза мужа и тихо вздохнула. Они были знакомы три года, три года жили под одной крышей, три года они были мужем и женой, но она совсем его не знала, для нее это был самовлюбленный, заносчивый, эгоистичный, грубый и циничный парень в костюме, который не знал ничего, кроме работы, дорогих машин и баров, наполненных качественным алкоголем. Майкл Скотт, ее «прекрасный» муж, с которым она появлялась на светских мероприятиях и семейных праздниках, владелец одной из самых успешных компаний в Нью-Йорке, сын богатейшего брокера и известной модели, безумный красавчик, за которым гонялись все девицы города, но чье обручальное кольцо носила она, хоть оно и не имело для него никакого значения. Майкл Скотт, всегда опрятный, серьезный и знающий себе цену, сейчас казался таким беззащитным и слабым, что ей хотелось просто обнять его и сказать, что все будет в порядке. Девушка наконец отвернулась и направилась за веником. - Джил? Она обернулась и шепнула: - Да? - Спасибо.