И снова здравствуйте

Посмеиваясь над историей с яйцами, я вошел в квартиру. В ней, за столь долгое время, ничего не изменилось. Может, появились несколько картин и кресел, но в основном все так же. 8:30. Благо, мне ко второму уроку. Можно не торопиться. Приготовлю себе вкусняшек и поваляюсь перед телевизором. Вкусняшки. Откуда это слово появилось в моей чудной речи? Тьфу, гадость. Чувствую себя японской школьницей в юбке под задницу. Ой, не дай бог.. Спустя полчаса, я приготовил себе яичницу. И да, мне глубоко параллельно то, сколько стоили и каковы желтки с белком в яйцах, из которых я сварганил эту яичницу. Она все равно получилась вкусной. Ну, любое, что попадает в мои руки, становится прекрасным и отменным. Следующие минут 20 я пролежал на диване: посмотрел новости, раскритиковал тупую рекламу и тому подобное. В общем, все, как обычно. Пора бы спускаться в ад. Кхм. Я хотел сказать, что пора выдвигаться в школу. 4 года мой стиль не поменяли. Джемпер в полоску, узкие джинсы и кеды. Диадема всегда на моей голове. Без нее я никуда. И чуда не произошло - челка все еще скрывает мои очи. Что я все о себе, да о себе. Если вам интересен Минк, то он спит в одеяле на кровати. Вроде, все. Беру сумку, ключи от машины, выхожу в подъезд, закрываю квартиру и подхожу к лифту. Да, он работает. С ним все в порядке. Нажимаю на кнопку. Лифт, послушно поскрипывая, доезжает до меня. Короче, то время, пока я находился в нем, описывать не буду, ведь ничего не произошло. Выхожу на стоянку. Нет, Бентли у меня не появился за это время. Все тот же BMW. Долетаю до школы в мгновение ока. Захожу в здание, в котором гробовая тишина. Урок ведь. Ну, и слава богу. Нечего этим обезьянкам мне настроение с самого начала портить. Успеется. В учительской тоже почти никого. Разве что историк, который пытается поднять ручку с пола, но его необъятное пузо препятствует этому, и еще парочка учителей. Имен не помню. Мне все равно. Скоро перемена, надо бы учебники взять и подготовиться к уроку.. Ах, я такой шутник. Лучше руки помою, а то я дотронулся аж до двух дверных ручек. В коридорах, освещенных весенним утренним солнцем, глушь и тишь. Блаженство, короче.. Не хватает только лягушонка, печально смотрящего из окна на улицу.. Кстати о нем: после его выпуска мы вообще не виделись и не слышались. Я не знаю, где он, что с ним и как он. Между нами пропасть. Вот и все. Собственно, в этом и заключается печаль четырех лет. Ему сейчас 20, по идее. Интересно, каков он теперь?.. Так, ладно. Помечтали и хватит. Сама школа не изменилась. Только в туалетах надписей на стенах больше стало. В этот раз, пока руки мыл, обратил внимание на то, что несколько новых прибавилось. А вот и звонок. Дожить бы до конца дня, ведь потом лето.. И отпуск.. О, да.. Но, черт. Сегодня вечером состоится бухалово в ресторане с нынешними выпускниками. Проводить-то надо. Я как учитель, обязан присутствовать. Мое мнение на этот счет никого не волнует. Да, я таки дожил до конца. Свежие двойки в журнале мне несказанно подняли настроение. Однако, пати в ресторане затмевает эту минутную радость. Сейчас я стою среди толпы замученных за год учителей, которые дожили до отпуска, и слушаю что-то по поводу ресторана и ремонта в школе летом. Ни то, ни другое меня не волнует. Я хочу домой. Но ничего не поделаешь. В общем, для всей этой кучки, состоящей из учителей, выпускников и меня, был выделен целый автобус. Не поскупились, смотри-ка. Ну, конечно: речь идет об алкоголе и нормальной еде. Чего бы и не раскошелиться? Сажусь на самое последнее сидение. На сидящих рядом я внимания не обращаю. Лишь бы выжить. Потом - свобода. Ну, ресторанчик так-себе. Но есть можно. Для нас выделили большой стол, который был накрыт всякой всячиной. Все дружно уселись и стали шумно пировать. Похоже, кроме меня, перед едой руки никто не моет. Свиньи, блин. В разговорах я старался особо участия не проявлять, так как все они были сопливыми. Воспоминания о лучших моментах этого года и подобное. Я же безнадежно ковырялся в тарелке вилкой. Внезапно в поле моего зрения промелькнуло что-то зеленое. Я поднял голову и замер: к столику напротив подошел официант, за ним милая брюнетка с довольной моськой в сопровождении зеленоволосого достаточно высокого юноши. Этот паренек был одет в белую рубашку, черные брюки и такого же цвета сапоги до колен на шнуровке. Волосы чуть ниже плеч. Не может быть.. - Хей, девушка.. - подозвал я проходившую мимо официантку. - Да? - подошла ко мне. - Бутылку самого дорогого белого вина за вон тот столик. - я указал на столик, где сидела эта сладкая парочка. - Хорошо.. Спустя какое-то время, официантка подошла к тому столику с бутылкой, что-то сказала им, после чего парень обернулся на меня. Боже мой, да это ж Фран.. Те самые татуировки под глазами, этот взгляд.. Ошибки быть не может. Я послал ему воздушный поцелуй и слащаво улыбнулся. Тот впал в секундный шок, покраснел, едва заметно улыбнулся и отвернулся. А я ждать не собираюсь. Теперь я точно убедился, что это он. Вылезаю из-за стола и подхожу к ним. - Мисс, я ненадолго заберу этого младого человека. - не дожидаясь ее ответа, я схватил Франа за руку и потащил за собой в туалет. - Бел-семпа-а-ай, отпусти-ите.. - И тебе привет, жабка.. Ши-ши.. - заходим в уборную. - Вы не измени-и-ились.. - Ты, знаешь ли тоже: все такая же мерзко растягивающая гласные лягушка. - А вы все еще не дружите с биоло-огией.. - Какого хрена? - Это многозна-ачный вопрос.. - Уточняю: какого хрена ты с этой мадемуазель? - А что? Нельзя-я? - Эм. Мы с тобой, вроде, переспали.. Ты мой, короче. - Звучит ми-ило. Особенно после четырех лет разлу-у-уки. - Ясно. То есть, ты больше меня не любишь? - Ну.. - Давай же. - Люблю.. - почти шепотом. - Что? - Люблю.. - чуть громче. - Я глухой, не слышу! - Бел, я люблю тебя. - Другое дело. А кто эта девка? - Одноку-урсница. - Вы встречаетесь? - Не-ет. Просто друзья-я. - Знаешь, друзья по ресторанам не ходят. - Говорю-ю же: мы друзья-я, не больше-е. - Я хочу тебя.. - Мы дру-ужим.. Что? - Прямо здесь и сейчас. - Но.. Тут же люди.. - вот, засмущался и перестал тянуть гласные. - А мы будем тихо себя вести.. Правда ведь?.. Он улыбнулся и потянулся ко мне за поцелуем.