Билет в новую жизнь..

      Что чувствует человек, выйдя из комы? Смятение? Растерянность? Наверное, всё и сразу. Мой период жизни я могу сравнить именно с комой. Всё это время я жила чужой жизнью, жизнью девушки, которая была в розовых очках и с стёртой памятью.       Вновь вернувшиеся воспоминания причинили мне дикую боль. Улыбки и слёзы потерянных дней… Любовь и ненависть, моменты, которыми я жила или которые хотела раз и навсегда вычеркнуть из своей жизни. Вернулось всё. И я снова их пережила.       Тогда в катакомбах я потеряла счёт времени, я как мышь спряталась и ждала своего приговора, но мой приговор оказался суровее, чем смерть от рук Мехмеда. Я осталась наедине с собой и своими воспоминаниями…       Воспоминания душили меня, я бредила. К ним постепенно присоединялись и другие чувства: ревность, страх, смирение, пустота.       И среди этой пустоты, среди этого ада, робко пробивался росток надежды. Маленький, незаметный, но такой важный. Надежда на то, что я смогу выбраться, смогу снова почувствовать вкус жизни, смогу стать собой. Настоящей. Не той девушкой в розовых очках, а той, кто пережила страх, кто готова начать всё с чистого листа.

***

      Я открыла глаза и посмотрела на часы. 6:05. Ужас, раннее утро.       За прошедшие пару недель я переосмыслила очень многое. Осталось только одно: я по привычке уходила с головой в работу, реставрируя и писала отчёты о проделанной работе. Это был мой антидот от мыслей о нём.       Влад был самой большой проблемой. И если с воспоминаниями я смирилась и приняла их, то отношения с ним оставались неразрешенной проблемой      Безусловно, он спас меня, но он снова ушёл. Снова молча.       Его уход я помню отчётливо. Молча, как и в прошлый раз, дождавшись, когда я очнусь, когда он убедился, что я в порядке и мне ничего не угрожает, тихо вышел и ушёл. Всё. Точка. Без объяснений.       Ненавижу его. Или это скорее побег от того, что чувствовала в прошлом? Наверное. Не знаю.       И вот я снова здесь, наедине со своим переосмыслением. Снова зализываю раны, нанесенные тем, кто, казалось, должен был их залечить. Или я неправильно всё понимаю и снова строю баррикады вокруг сердца, опасаясь непрошеных гостей, способных посеять хаос и разрушение.       Эта привычка Влада — исчезать без слов — ранила глубже, чем я была готова признать. Я злилась, мне было обидно, я чувствовала себя преданной. Но больше всего я боялась, что это моя вина. Что я сделала что-то не так, что оттолкнула его, пусть даже не специально. Эта мысль грызла меня изнутри, словно червь, подтачивающий дерево. Но нет, это было его решение.       Я начала новую жизнь. Да, вполне. Но снова меня ждал самолёт. Снова 10 часов полёта, встревоженные взгляды Лео и Сандры и ожидание продолжения…       И если ребята всё это время были рядом и помогали мне восстановиться, то главного виновника не было рядом до сих пор…       Я запнулась. И выругалась.       Позади осталось 6 км по лесной тропинке, средний темп бега, airpods в ушах, громкость выкручена на максимум. Благодаря Imagine Dragons все мои мысли отступили на второй план.       Но Влад… Стоп, стоп, стоп! Наши отношения были в прошлом, я их завершила, а были ли они вообще? Даже хорошо, что он больше не появляется. Моя жизнь для него закрыта. Я продолжаю жить.       Только почему смотрю на телефон и жду сообщений? — Потому что дура.       Холодный душ смыл последние дурные мысли, по плану у меня сейчас завтрак и работа. И заявление об увольнении. 1:0. В мою пользу. Как только распрощаюсь с проклятым аудитом.       Серые спортивные штаны, белая футболка и пучок на голове — просто красотка, и очень удобно.       Ах да, я обрезала волосы: средний каскад с чёлкой. И я снова перекрасила волосы в свой родной тёмно-русый оттенок. И уже не блондинка, как говорил Лео.       К сожалению, Лео сложно было различить светло — русый цвет волос от оттенка блонд.       Это вызов и начало нового жизненного этапа!       И как, сказала Сандра, этой причёской я просто кричу и заявляю:       — Я не буду похожа на твою бывшую!       Да, я снова задумалась о моём сходстве с Лале… Ревность? Да. И я совершила глупость в порыве, но итак всё было испорчено.       Девочки, такие девочки…       Я быстро спустилась в столовую, там уже сидели мои родители, Милли, Сандра. Родители, узнав, что я повредила ногу и провожу время дома экстренно вернулись из отпуска. Ага, особенно папа. Он забросал меня звонками и тревожными смс, когда узнал, что я улетела в Румынию. Да, мне знатно влетело в мои 27 лет. До сих пор стыдно. И седые волосы моего отца на висках, наверное, из-за этого.       Папа, конечно же, был в курсе происходящего, так что приезд Сандры был замаскирован под дружеский визит. И дуться за прошлое было уже бессмысленно.       Но на самом деле, Сандра выполняла функцию моего временного телохранителя, пока всё не устаканится, и мастера моего душевного спокойствия.       К счастью, моя мама этого даже не знала, она больше готовила Мил ко взрослой жизни. И была этим очень увлечена, ведь завтра этот птенчик вылетит и поедет учиться в лучший университет Лиги Плюща. И конечно же родители её сопроводят, а мы с Сандрой устроим девичник.       Ура! Наконец-то! Можно будет расслабиться.       — Всем доброе утро, сегодня будет чудесная погода, — сказала я всем, сидящим за столом.       — Я смотрю, у тебя хорошее настроение, сестренка. Даже подозрительно. Кого-нибудь встретила на пробежке? Может быть, рыцаря в доспехах, который наконец-то растопит твоё ледяное сердце? — с сарказмом сказала Милли. Я ей показала язык в ответ, Сандра усмехнулась.       Вот такое доброе утро.       Конечно, она была, как все младшие сестры — язвой.       Кроме последних полутора лет. Но сейчас мы снова как прежде были сёстрами с разницей в 10 лет. И острота её высказываний вернулась и порой била все рекорды.       — Тогда передай ему, что у меня нет сердца! Он опоздал, — сказала я в надежде, что моя сестра угомонится и наконец-то закончит говорить намёками о Владе в присутствии мамы.       Я видела, как мама посмотрела на меня в надежде, чтобы кто-то уже из нас замолчал. Но Милли была уже готова поспорить, и все в моей семье уже привыкли к этому. И возможно сегодняшний день был бы намного лучше, и сейчас бы я заставила Милли замолчать, если бы не прозвучал звонок в дверь.       О нет! Господи, всё же начиналось так хорошо. Ох, не люблю эти ранние приходы в гости.       Спокойствие. Милли была такой язвой, что, улыбнувшись, я пошла открывать дверь, и её радостный визг ничего хорошего не предвещал.       Господи, ну пожалуйста…            Пожалуйста…       Я наливала себе горячий кофе, когда в гостиной раздался этот голос.       — Здравствуйте, извините за беспокойство… — сказал голос, который я не спутаю ни с кем другим.       Влад. Разрази его гром! За эти недели я миллион раз представляла, как произойдёт наша встреча, но не сейчас, только не сейчас, а в далёком будущем. Может, через месяц? Полгода? Год?       Да, идеально, но в глубине своей души всё-таки чуть-чуть надеялась на эту встречу, а сейчас проклинаю себя за такое желание.       Вот я сейчас стою и думаю, когда земля уйдёт у меня из-под ног. Нет, не уходит. Кофе уже давно налит, я держу горячую кружку, но огня в руках не чувствую.       Я поворачиваюсь и вижу его. Он уже о чём-то разговаривает с моим отцом, Милли и Сандра смотрят на меня. Я улыбнулась им. Да, получилось нервно, но сейчас не надо подавать виду.       Я знала и понимала, и в разговорах с Сандрой мы сходились во мнениях, что именно разговор с Владом должен расставить все точки над i. Но только не сегодня и не сейчас.       Скажем, что я понимала, что к моей стёртой памяти он имеет прямое отношение, да, безусловно, он. Я вспомнила до момента свадьбы с ним, но потом всё обрывалось. Неважно. Но сейчас единственными людьми, кто знал, что я вспомнила, были только Милли и Сандра, и да, эти две недели пошли определённо мне на пользу…       — Доброе утро, Влад, присаживайся, мы как раз завтракаем, — моя мама любезно поприветствовала его.       Он, естественно, согласился. Замечательно, она вообще знает, кто он? Думаю, нет.       А он изменился. Вокруг глаз появились мелкие морщинки, но они очень идут ему. Больше нет прилизанных волос и пара шрамов на шее, но серая водолазка их бережно скрывала. Он стал выглядеть на 33 с хвостиком и плюс 600 лет. А его глаза… Я, наверное, всегда помнила эти глаза, даже в тот момент в туннеле именно они заставили вспомнить его.       Он почувствовал мой взгляд. И мы встретились взглядами. Его голубые глаза и мои карие. Я отвела взгляд и, пожелав всем приятного аппетита, ушла.       Ушла? Я убежала под предлогом, что не включила сервер. Глупо.

🎵Imagine Dragons- Lonely🎵

      Работа сама меня нашла. И проблема состояла в том, что я не могла включить сервер. Это правда. Безопасность, конечно, была превыше всего, но меня ждала большая работа, и сейчас я дистанционно пыталась взломать защиту.       — Почему ты не можешь мне помочь, какой ещё пароль? Всегда было достаточно моего. Это чёртов аудит, я бы уже лучше занялась реставрацией. Сделай что-нибудь! — нервно говорила по громкой связи с IT-специалистом.       Я так расстроилась, что не заметила прихода Влада. Наверное, он действительно моё проклятие (или спасение).       — Проблемы с сервером? — спросил он, скорее констатируя факт, чем предлагая помощь.       — Да, вот, пытаюсь обойти новую систему безопасности, а этот… гений, — я кивнула в сторону телефона, — не может мне помочь. Говорит, нужен какой-то второй пароль. Зачем? Я вчера без проблем до двух ночи всё подгружала. А теперь проблематично. Я хочу просто завершить аудит и уволиться.       — Лайя, — начал он, но я перебила.       — Мисс Бернелл для тебя, — поправила его, стараясь не смотреть ему в лицо. Потому что он всё поймёт.       Я держалась, главное — не вспылить. Теперь я уже помнила те времена, когда мы работали вместе с Владом, когда спорили и когда смеялись…Когда мы были командой, хотя нас сложно было так назвать.       Я чувствовала его напряжение, и он не знал, с чего начать. Он не знал, что сказать. Но Влад понимал, что до меня очень сложно достучаться.             Молчание. Я закусила губу, чтобы не расплакаться от обиды. Только не сейчас.       Это неловкое молчание надо было прекращать, и он это понимал. Хорошо, что на рабочий ноутбук пришло уведомление, и он перевёл взгляд на него.       — Второй пароль у меня, так как я являюсь вторым собственником фирмы. И я не подпишу твоё заявление, — сказал он, ввёл пароль, и в рабочем окне открылось облако, куда я все это время формировала архив для аудиторской компании.       Какого чёрта? Получается, он успел уже с утра испортить мне жизнь?       — Зачем ты снова ворвался в мою жизнь? — вырвалось у меня, я не могла молчать. Мы были совсем близко. От слова "совсем". Я отошла от него, мне не хватало воздуха. — Ты… ты специально? — прошипела я сквозь зубы, чувствуя, как закипает кровь. — Ты знал. Ты знал, что я пытаюсь закончить аудит.       Моему возмущению не было предела. Я смотрела на экран, где красовались мои отчёты, мои бессонные ночи, моя работа, которую он держал в заложниках.       Влад смотрел на меня с каким-то странным выражением лица. Тревога? Сожаление? Неужели хоть капля совести в нем осталась? Нет, быть не может. Король Тьмы просто не способен на такие чувства. Не сейчас.       Большое панорамное окно было затонированным, я могла наблюдать за происходящим на улице, но никто не мог наблюдать за нами.       Он всегда так делал. Я не вытерпела и повернулась, и несчастью встретилась с его задумчивым взглядом. Он обдумывал, что сказать в ответ.       — Я хочу предложить тебе совместную работу, тебе нужна помощь, не смей отказываться, никаких личных тем, только работа. Завершим до завтра аудит, затем я отвезу коробки с бумагами в офис, и мы обязательно поговорим. Мы должны поговорить, расставить всё по своим местам. Не смей отказываться и не упрямься, Лайя. Я знаю твой характер и предполагаю л чём ты сейчас думаешь, — достаточно твёрдо, убедительно и с аргументами начал Влад.       Я удивленно вскинула брови, ожидая подвоха. Совместная работа? С ним? После всего, что произошло между нами? Это было похоже на плохой анекдот. Но он говорил серьезно. В его глазах читалась решимость и, как ни странно, искренность.       — Зачем тебе это? — настороженно спросила я. — Ты же знаешь, что я хочу уволиться. Меня ждёт Бостон. Новая жизнь.       — Я знаю, твой отец сказал, что тебя пригласили и теперь уже по-настоящему. Я проверил, — ответил он, не отводя взгляда. — Но я также знаю, что ты лучший специалист в этой области. И я не могу позволить тебе просто так уйти. Фирме нужна ты. Ты нужна галерее.       — Хорошо, — сдалась я, не в силах больше сопротивляться. — Но только до завтра. И никаких разговоров о личном.       Влад облегченно вздохнул.       — Договорились.       Я протянула руку в знак согласия. Он пожал её в ответ. Да, правая рука была аккуратно перебинтована. И он заметил, что я заострила своё внимание на этом.       Мы принялись за работу. На удивление, работалось легко и слаженно. Словно и не было этих полутора лет разлуки. Мы дополняли друг друга, понимали друг друга с полуслова. В голове мелькали обрывки воспоминаний: наши споры, наши шутки, наши совместные проекты. На мгновение мне показалось, что мы вернулись в то время, когда были счастливы. Но это была лишь иллюзия. Завтра всё закончится. Я отдам отчёт и уйду. Навсегда.       Итак, мы приступили к работе. Снова мы были непобедимой командой, как в старые времена. Сформировали архив по разным критериям: заказчики, исполнители, договоры, план работы, отчёты по проделанной работе и бухгалтерские бумаги. Всё это сканировалось и отправлялось на облачное хранилище. Бумажные версии отправлялись в коробки, переподписывались и складывались в углу гостиной.       Вскоре к нам присоединились Милли и Сандра, но они больше старались снять напряжение в нашем передвижном офисе — он же дом для гостей. Это означало, что, как только мы закончим, я должна буду уйти. Теперь здесь временно будет жить мой «начальник» и меня охранять.       «Начальник», я уже и забыла, какой он. Но сейчас он выглядел так, как будто с него сняли бремя. Он вёл себя расслабленно, разговаривал с Милли, с Сандрой. Они смеялись, обсуждая общие темы.       Но девочки не отпускали ситуацию и время от времени наблюдали за мной. Словно я была бомба с часовым механизмом. Нет, с ними определённо интереснее, они разряжали обстановку и были миротворцами.

🎵Madonna-Ghosttown 🎵

      — Две последних коробки, и это работа Лайи Бернелл, реставрация Чёрного замка. Входная группа. Ты молодец, — он прочитал на коробках моё имя. В ответ я нервно засмеялась.       Это, конечно же, получилось случайно, по закону подлости. Я помнила этот проклятый отчёт. На часах уже было 3:40, девочки уже ушли, ну а мы доделывали свою работу.       — Спасибо, но это была кошмарная работа. Мне казалось, работала за всех и сразу, за реставратора, руководителя и бухгалтера, там сплошные фактуры, и надо было всё сводить, — я замолчала и стала раскладывать документ по порядку на столе. Я остановилась и затем посмотрела в его голубые глаза.       — Мне не хватало тебя. Когда я потеряла память и вернулась в офис, мне не хватало чего-то. Я работала в Чёрном замке, но там было пусто. Потому что не было тебя. И только сейчас я понимаю, кого мне именно не хватало..       Он отвернулся. Я догрузила файл и вышла из программы. Всё — конец. Скоро я уеду в Бостон.       Он стоял у окна и смотрел на небо. Предсказуемо. Дежавю. Я не смогла терпеть, и то, что я сказала, было искренним порывом. Мы изменились. Я должна оставить его.       Я молча вышла и направилась в сторону дома родителей. Моросил мелкий дождь, было холодно.       — Постой… Пожалуйста, — сказал он, догоняя меня.       Я обернулась. Его лицо оказалось в сантиметре от моего. В его взгляде полыхала целая буря эмоций, и она сносила меня. В одно мгновение он обнял и поцеловал. Поцелуй был неторопливым. Здравомыслие покидало моё тело, и оставались только эмоции.       Я не хотела сдаваться, но не смогла противостоять, не сейчас.       В этот момент начался сильный дождь.       Капли дождя барабанили по лицу, смешиваясь со слезами, которые невольно навернулись на глаза. Объятия его были такими крепкими, словно он боялся, что я снова исчезну.       А поцелуй… Он был как возвращение домой после долгого и изнурительного путешествия. В нем были и горечь утраты, и надежда на будущее, и нежность, которой мне так отчаянно не хватало.